Разрушитель Оков (СИ) - "Guiltythree" - Страница 102

Его лицо стало угрюмым.

Через несколько мгновений Ноктис сказал:

— Я пытаюсь сказать, Санлес, что тебе не нужно куда-то или к чему-то принадлежать. Тебе просто нужно сделать так, чтобы что-то принадлежало тебе. Именно так ты сможешь обрести дом…

Колдун заколебался, а затем с гордым выражением лица добавил:

— … Я имею в виду метафору, конечно.

Санни долго смотрел на него, потом улыбнулся.

— Это была отличная метафора.

Ноктис усмехнулся.

— Так и есть, не так ли? Как могло быть иначе? В конце концов, я самый эрудированный человек во всем Королевстве Надежды!

В этот момент они прошли между менгирами и приблизились к краю острова, где стояли уродливые чудовища, которых Ноктис называл своими статуями. Их было четырнадцать, каждая по крайней мере вдвое выше Санни и высечена из цельного мрамора. Он не смотрел на плоды трудов колдуна после того первого раза, и его на мгновение охватило беспокойство.

Если первую статую можно было хоть отдаленно назвать изображением человека, то остальные, без сомнения, гораздо больше напоминали ужасающие мерзости. Они были огромными и тяжелыми, с когтями, лапами, клыками, шипами и рогами, по сравнению с ними Санни выглядел жалким. Гигантские горгульи выглядели пугающе, неприглядно, свирепо…

И у каждой из них были могучие каменные крылья.

Окруженный памятниками ужасающим созданиям, он вдруг почувствовал себя маленьким и слабым.

Почувствовав беспокойство, Санни взглянул на Ноктиса и спросил:

— Это… твои статуи?

Колдун рассмеялся.

— О… ну… возможно, я немного соврал. Они никогда не были похожи на меня.

С этими словами из темноты бесшумно появилась Кукла Матроса, неся тяжелую коробку, обмотанную толстыми, тяжелыми цепями.

Как только Санни увидел коробку, он почувствовал, что его сердце замерло, а в уши ворвался приглушенный шепот. Непроизвольно он сделал шаг назад.

— Что… черт возьми… в этой штуке?

Ноктис спокойно взял коробку, которая слегка дрожала, как будто что-то внутри пыталось вырваться на свободу. В то же время Санни показалось, что он заметил какое-то движение под кожей колдуна.

Бессмертный скорчил гримасу, а затем сказал:

— … Души. Несколько особенно мерзких душ, которые я собирал на протяжении веков.

Санни нахмурился, крепче сжимая Жестокий Взгляд.

— И что, собственно, ты собираешься делать с этими душами?

Ноктис взглянул на него, улыбнулся, а затем легко разорвал тяжелые цепи, удерживающие коробку закрытой.

— Что же ещё? Я собираюсь создать несколько маленьких помощников для тебя и твоих странных друзей. Ты что, действительно собирался в одиночку противостоять армиям Города Слоновой Кости и Красного Колизея? Клянусь Луной, Санлес… Я верю в твои способности, но что скажут люди, если я окажусь единственным Лордом Цепи без армии? Как бы это выглядело? Ах, нет, такой позор просто не уместен…

С этими словами он открыл коробку, его глаза засияли холодным лунным светом.

…И в следующее мгновение четырнадцать ужасных каменных зверей внезапно пришли в движение.

Глава 713

Боевые Барабаны

Летающий корабль двигался сквозь глубокую тьму Низшего Неба в сопровождении четырнадцати каменных извергов. Из-за океана пламени внизу и бескрайнего небытия вверху казалось, что они плывут через чистилище.

Ноктис стоял у рулевого весла, ссутулившись, с бледным лицом и темными кругами под глазами. Казалось, ему не очень хорошо, но его рука была тверда, когда он управлял кораблем.

На верхней палубе Куклы Матроса готовились к битве. Они устанавливали на позиции деревянные баллисты и заряжали в них тяжелые болты, а на носу корабля была установлена особенно страшная осадная машина. Сами болты тоже были не так просты. На их поверхности были вырезаны руны, которые мерцали накопленной сущностью души и наполнялись силой.

Сами манекены тоже были вооружены, их элегантные одеяния были заменены на кольчуги. Они несли тяжелые луки, сабли и секиры — как для убийства врагов, так и для защиты корабля от абордажных крючьев. Вокруг было множество колчанов со стрелами, а также бочки с водой, чтобы погасить пламя, если паруса загорятся.

Паруса, тем временем, были развернуты под странным углом, чтобы поймать горячие порывы воздуха, поднимающиеся снизу и окружающие судно с боков, как крылья.

Корабль летел стремительно, но в пустоте Низшего Неба трудно было определить, какое расстояние они преодолевают. Санни мог только сказать, что их скорость была огромной из-за мощного потока эссенции, проходящего через древнее дерево, и воя ветра, который рассекал бронированный таран корабля.

При такой скорости они скоро достигнут Города Слоновой Кости.

Когорта тоже готовилась к битве.

Кай вызвал свои бело-золотые доспехи — Воспоминание, которое он заработал, командуя центурией Легиона Солнца. За обугленной деревянной маской его взгляд был серьезным и сосредоточенным. Он проверял оперение стрел в своем колчане, могучий лук лежал у его ног. Этот лук принадлежал убитому им чемпиону Секты Войны и был смертоносным оружием.

Эффи стояла неподалеку, опираясь на руническое копье, которое дал ей Санни. Осколок Сумрака, почти такой же высокий, как сама девочка, подпирал борт корабля, а на ее плечах лежал белый плащ, казалось, сотканный из звездного света, — Осколок Звезды, который она получила после убийства Повелителя Мертвых.

Конечно, в распоряжении Эффи был целый арсенал других Воспоминаний — тех, что она собрала за годы жизни на Забытом Берегу, и тех, что она получила за убийство бесчисленных мерзостей, чтобы насытить свое Пробужденное ядро перед тем, как отправиться в Семя Кошмара. Оружие, инструменты, чары… она собиралась призвать их, когда возникнет необходимость.

Зная, что предстоящая битва будет долгой и трудной, девочка с жадностью поглощала кусок жареного мяса.

Касси спокойно наблюдала за Ноктисом, ее рука лежала на рукояти Тихой Танцовщицы. Ее роль в предстоящей битве была особенно важна… Когда волшебник столкнется с Солвейн и Принцем Солнца, ей придется управлять летающим кораблем и командовать Куклами Матроса, отвлекая на себя основной гнев противника.

…Санни тоже готовился.

Он призвал Мантию Подземного Мира, которая покрывала его демоническое тело, как ониксовый панцирь. Поскольку сражаться предстояло с людьми, а не с могучими Кошмарными Существами, он решил, что ее польза будет более ценной, чем неприступная защита Несокрушимой Цепи.

Рядом не было Элиаса, чтобы исцелить смертельную рану, если он ее получит, так что её невероятные зачарования были менее полезны.

Цветение Крови покоилось в нагруднике ониксовых доспехов, готовое дать ему свою силу. В четырех руках он держал Жестокий Взгляд, Осколок Полуночи и Боевой Лук Морганы.

Три Тени пребывали в его душе, готовые к тому, чтобы быть посланными вперед для разрушения и резни.

Он был готов…

Настолько, насколько это было возможно.

Как раз в тот момент, когда Санни подумал об этом, Ноктис вдруг зашевелился, а затем поднял голову, и на его губах медленно появилась дикая улыбка. Его голос звучал хрипло, но отчетливо:

— … Ах. Они наконец-то почувствовали нас.

Члены когорты повернулись к нему, их лица были спокойными и собранными.

Колдун усмехнулся, а затем двинул одним из весел, заставив корабль взлететь вверх. Его глаза сверкнули в свете далекой луны.

— Нет смысла больше прятаться. Мы уже достаточно близко, в любом случае… ох, что за ночь, чтобы чувствовать себя живыми, друзья мои!

Его смех прокатился по палубе, пока древнее судно поднималось все выше и выше, стремительно приближаясь к темной стороне Скованного Острова.

Санни смотрел вверх, зная, что всего через несколько минут начнется конец этого Кошмара.

…В этот момент к нему бесшумно подошла Касси и несколько мгновений молча стояла рядом.

Затем она сказала:

— Что бы ни случилось… не позволяй ему войти в Башню.