Эпоха Опустошителя. Том XII. Часть II (СИ) - Павлов Вел - Страница 41

Я отошел от всех дел. Не вмешивался ни в какие дрязги. Абстрагировался от всех новостей и событий, как на Альбарре, так и в Инферно. Я просто пытался жить и делал это так, как умел.

Ночные «променады» с Искридой и Фи. Ох, сколько же их было после моего возвращения в Лавалар, просто не сосчитать. Я не просто видел их заботу и любовь, я сумел прочувствовать её на себе. Они отдавали всех себя мне, а я же в ответ всеми силами пытался делать то же самое.

Увеселительные прогулки с Дианой и Рейной. Лишь недавно я смог понять, каковы они обе на самом деле. Занимательные беседы с Велестой. Только пару недель назад я осознал, насколько умна и добросердечна альсеида. О Серинити и говорить не стоит. Наверное, с её воинственностью и честностью мало кто мог посоревноваться. А Талисса даже в Инферно не забывала работать. Тёмная альва практически всегда помогала Фи и Искорке. Одним словом, хускарл во всей красе.

Я не только сумел познакомиться с ними гораздо ближе, чем раньше, я сумел увидеть в них нечто особенное. Впрочем, и не только в них. Некоторую часть времени я проводил и в резиденции у Хтаров. Не только Рамас умудрился обвыкнуться на новом месте, но и Аркас с Тэйном. Бывшие смертники достаточно легко отыскали язык не только с Бароном, но и с его внуками. Грамар Хтар медленно отходил от дел, но его эстафету весьма быстро подхватила Селеста и Роквал. К тому же прибытие Илая и Эйсона во многом им подсобило. Баламут и Дубль в хвост и в гриву гоняли не только воителей Барона. Они также отыскали общие связи с Вальгроном и Навией. А Илай, судя по всему, сумел найти очень тесную связь с Верховной Искриды, о чем явственно вопило его довольное лицо наутро. Ведь большую часть ночи тот на протяжении последнего месяца проводил в покоях зверородной.

Ко всему прочему семья Фьётры тоже не осталась без дела. До сих пор я не шибко сильно был знаком с её родными, но благо время у меня еще имелось. Фейлан стал самым настоящим собутыльником Вальгрона. Пешая Молния не просто взял себя в руки после возрождения дочери, он сумел превзойти себя во многих аспектах. Фрам отыскал себя среди преторианцев Искриды. Нолла и Тария всячески помогали Талиссе. Как-никак все они являлись северянками. Тёмная альва хоть и бежала с Севера в Аронтир в детстве, но от собственного наследия не убежишь. Уж об этом-то я знаю не понаслышке.

Да, прошедшие два месяца напоминали сон. Сон, похожий на сказку. Пока Искорка и Фи спали, я зачастую сидел на балконе. Я сидел и страшился того, что сказочный сон развеется на рассвете. Рассвет наступал… Наступал каждый день, но сказочный сон не прекращался.

Вот только время всё равно стремительно утекало. В Инферно я мог беспрепятственно пользоваться Руной. Хоть и слабо, но её сила и действие подавляли присутствие тёмной твари в душе. Я всё чаще призывал клинок. Всё чаще я смотрел на собственное отражение в черной стали блеска спаты. И всё чаще меня стали посещать те самые губительные мысли. Мысли о собственном конце.

Я лишь примерно представлял сколько мне осталось. И это время катастрофически быстро таяло. Даже сейчас я не знал, как лучше поступить в дальнейшем, но чем дольше я размышлял над своим положением, тем чаще обращался мыслями к прошлому. Я догадывался, что не смогу держаться дольше отведенного, но при взгляде на Фи и Искриду всё переворачивалось вверх дном — мои принципы рушились, а вместе с этим менялся и рушился я.

Слова тётки порой звучали в голове. Её просьба. Последняя просьба. И всё чаще чаша весов моей неуверенности склонялась в их пользу. В пользу тех, к кому я не желал идти.

К Лазаревым.

Однако, чем больше времени я проводил в Инферно, и чем глубже углублялся в свой сказочный сон, тем больше я боялся потерять то, что обрёл лишь чудом. Смерть не страшила меня. Меня страшило то, что я уйду и оставлю их одних, но, как и всегда всё решил случай. Злополучный случай, который поставил крест абсолютно на всём…

Глава 18

Рассвет и Раздор…

Земля. Российская Империя.

Москва. Первое кольцо.

Резиденция таинственного рода Лазаревых.

Рабочий кабинет Хранителя Земли.

Время шло. Причем шло достаточно быстро. А для тех, кто спешит оно утекало еще быстрее — буквально как песок сквозь пальцы. Лазаревы и те, кто им помогал спешили. Страшно спешили. Денно и нощно они делали всё возможное, чтобы добиться хотя бы малейшего результата. Мельчайшего прогресса. Они всеми силами пытались отыскать хотя бы тончайшую нить надежды на спасение. Вот только время неумолимо улетучивалась, а вместе с ним улетучивалась крохотная искра той самой призрачной надежды. Как бы Лазаревы ни старались, как бы не упорствовали, но пока что исход всех титанических трудов был всего-навсего один — пустота. Полная и беспросветная пустота. Они ничего не сумели найти.

Ни могущественные владыки Инферно, ни бесстрашные божества, ни сильнейшие смертные нескольких миров не сумели найти то, о чем просил хранитель Земли. Ни единого способа помочь. Владислав Верейский, он же Владислав Лазарев, он же Ранкар Безродный никоем образом не мог избежать уготованной ему судьбы.

Чудовищное напряжение и тотальная безнадёга. Только это сейчас витало в рабочем кабинете Хранителя Земли. День ото дня к нему прибывали как различные послания, так и разнообразные существа из соседних миров, но итог по-прежнему был тем же самым — безнадёга.

Уставший и страшно измождённый Реахзор Хсе-Рар был последним, кто пожаловал в кабинет. Он тотчас взглянул на Мелисандру. Мелисандра переглянулась с Ас-Ннаем. Ас-Ннай, тяжело вздохнув, от безысходности покосился на Паллада Драгуна, а сам Драгун, поджав губы, посмотрел на Марриуза. Все прибывшие визитеры молчали и вслушивались в беседу Хранителя Земли с мудрейшим правителем архангелов Мерраввина.

Однако, чем дольше они слушали разговор, глядя на спину Лазарева, тем более сгорбленным и постаревшим он им всем казался.

— Я и мои архивариусы перевернули всё от начала и до конца, — удрученно произнесла проекция архангела с горечью в тоне. — Мы подняли из глубин хранилищ всё, что имелось. Все самые старые писания и трактаты. Абсолютно всё, что сохранилось с незапамятных времен…

— И каков итог, Каэл? — тихо вопросил седовласый, невольно перебивая собеседника.

На миг образовалась пауза. До ушей собравшихся донесся тревожный шелест страниц. Складывалось впечатление, что сам Каэл пытался хоть что-то отыскать в самый распоследний момент. Однако, увы, всё было тщетно.

— Прости, Зеантар, — нехотя пробормотал архангел с полной безнадёгой в тоне. — Ничего. Совсем ничего. Но мы будем продолжать искать! — ободрительно спохватился мужчина. — Обещаю тебе! Мы обязательно, что-нибудь отыщем! Мы поможем твоему сыну и…

— Спасибо тебе, Каэл, — сипло обронил Зеантар, мягко перебивая архангела и коснувшись изможденного лица ладонью, выдавил из себя улыбку. — Спасибо за твои труды и помощь. Конец связи.

В кабинете вновь воцарилась неловкая тишина, но голос Хранителя Земли разрушил молчание и обернулся к прибывшим визитерам, и при взгляде на возвратившихся владыки Инферно в его глазах вспыхнула призрачная надежда:

— Вижу вы вернулись из Геенны. Как всё прошло? Нашли что-нибудь?

Правда, через миг вся надежда в очередной раз рухнула. Лица Зиула и остальных говорили сами за себя.

— Ты же знаешь, что Геенна Огненная глубокий бездонный омут. Они существуют в ином плане бытия, — угрюмо произнес Ас-Ннай. — Таким как я, Реахзор и Мелисандра там приходится крайне туго. Владыки Инферно для них никто, мы скорее враги, чем друзья. Да даже хранителям там придётся несладко. Впрочем, юлить нет смысла, — нехотя заключил Зиул и тяжело выдохнул. — Те ублюдки с которыми мы изредка контактируем отказали нам по той причине, что не слышали ни о Безграничных, ни о Опустошителях, а тревожить тех, кто хоть что-то может знать они не будут. Их правители редкие привереды и по силе вам точно не уступят. Да и воевать с ними бессмысленно. Вы и сами это понимаете.