Эпоха Опустошителя. Том XII. Часть II (СИ) - Павлов Вел - Страница 18

— Ты умна, Вивиан, и уже всё поняла. Былые договорённости между оберегами недействительны. Отныне каждый сам по себе. Раскол назревал давно, мальчишка же стал последним камнем, обрушившим лавину. Ступай, дитя моё, сейчас ты обязана находиться подле наследника.

— Да, моя госпожа, — взбудораженно выпалила Кристальная Ведьма. — Я отправлюсь немедленно.

Свою служительницу Темида провожала с каким-то печальным видом и стоило отмеченной скрыться за пеленой, как в пространстве раздался тихий голос, а в противоположном углу зала образовался призрачный женский силуэт.

— Мальчишка сродни тёмному омуту, — загадочно высказалась явившаяся Тиамат. — Ты уверена, что он справится? Уверена, что устоит? Мы идём на огромный риск. Ты пошла против Ареса и Танатоса, а я пошла против Нергала. Северяне притихли. А Иштар с Бастет выжидают.

— Ты и сама понимаешь, что юноша — тайна за семью замками. Лишь его семья знает всю правду о нём. Однако если он справится, если сумеет совершить немыслимое, мы станем теми, кто будет стоять во главе нового миропорядка. Взгляни на Землю, Тиамат? Взгляни на Мерраввин? Взгляни на Орсилай? Во главе их миров стоят всего несколько могущественных существ, а хранители лишь следят за балансом. Наш же мир разрывается на части.

— Значит, стоим до конца? — осведомилась тихо Тиамат, слегка прикрыв веки.

— Да, отныне стоим до конца…

Инферно.

Манор Пылающей Стали.

Великий город Лавалар.

Цитадель правления.

Искрида не могла припомнить, когда в последний раз в цитадели было столь шумно, а порой гиаре и вовсе казалось, что её апартаменты из-за вездесущей Грации, которая катала на спине Рейну, превратились в детский сад. Но странным являлось то, что она не ощущала никакого дискомфорта, когда наблюдала за оцелотой и ребенком. Наоборот, она испытывала чудесный прилив сил. Всё чаще она стала задумываться над тем, как бы она себя вела, если бы на спине у Грации находилась не Рейна, а их общий с Ваерсом ребенок.

Прибывших гостей разместили не просто в цитадели, их расквартировали на самом верху прямо по соседству с правительницей. Правда, Рамас и Аркас одним из первых умчались к Хтарам. Однако на их смену прибыла мать и именно тогда случилось невообразимое — Марагна Опаляющая каким-то образом отыскала общий язык не только с Фьетрой, но и с и семьей ваны. До самого конца Искрида думала, что матушка замыслила какую-то гадость, но на собственное удивление гиара поняла, что она и вправду просто хотела познакомиться с северянами.

Тем временем не успела правительница Лавалара полностью отдаться во власть воспоминаний, как звонкий детский голос, который слился с довольным рычанием хищницы, оглушил пространство.

— Дядя Вальгрон! Тетя Навия! Догоняйте нас!

Да, с некоторых пор Нав стала тёткой, а глава Пламенного Ока дядькой для маленькой человеческой девчушки. С момента появления гостей в Лаваларе Искрида так или иначе сумела найти общий язык практически со всеми, но чем чаше она смотрела на девушек и женщин, которые прибыли к ней домой, тем больше понимала их.

Велеста хоть и находилась здесь по приказу Тэи, но слишком часто расспрашивала о Ваерсе и его похождениях в Инферно.

Серинити была отдельной темой, но тоже без умолку трещала о Ваерсе.

Талисса души не чаяла в своём господине. Уже долгое время тёмная альва считала Ваерса целым миром, а её почтение было сравни истинному поклонению.

Диана выглядела самой спокойной и приземленной, но когда разговор заходил вновь о Ваерсе, дриада чудесным образом менялась.

О Фьётре и говорить ничего не нужно. Она любила Ранкара до умопомрачения. Это Искрида осознала после их первой общей беседы.

Но в том и состояла беда — Ваерс Пустой и Ранкар Безродный. Всех представительниц женского пола объединял именно он. Гиара не считала себя дурой и всё прекрасно понимала. В Инферно они явились не просто так. Многие из них могли спокойно отправиться на Землю к Лазаревым, но вместо спокойного мира, который находился под защитой хранителя они, напротив, выбрали мир демонов.

Искрида приняла Фьётру, а Фьётра приняла Искриду. Они обе понимали, что им суждено делить ложе с тем, кого они любят, но вот что касательно остальных, то с ними дело обстояло иначе. Совсем иначе. Причем это понимала не только Искрида с Фи, но и Серинити, Диана, а также Велеста. Да даже Марагна прекрасно видела к чему всё идёт! Вот только того самого судьбоносного разговора так и не состоялось. Никто так и не осмелился начинать столь опасную затею. Девушки чего-то ждали, и… дождались.

— Искрида, ты позволишь?

— Входи, Фи.

Каковым же оказалось её изумление, когда первой в апартаменты ворвалась не вана, а горгона. Северянка была лишь второй. Замыкали же шествие никто иные, как дриада и альсеида.

— Я уже устала от вашего молчания! — негодующе выпалила Серинити, стоило Велесте прикрыть за собой дверь. — Я прекрасно понимаю, что ты, Искрида, и ты, Фьётра, будете первыми на очереди, но что прикажете делать нам?

— О какой очереди ты говоришь? — с кислым выражением лица осведомилась Верховная, переглянувшись с ваной, хоть они обе и сами прекрасно понимали, к чему клонит горгона. — И куда будет вести данная очередь?

— Она будет вести в постель! — припечатала нещадно представительница Танебриса. — В ПОСТЕЛЬ К РАНКАРУ…

Глава 8

Кошмары во сне и наяву…

Инферно.

Манор Пылающей Стали.

Великий город Лавалар.

Цитадель правления.

— Она будет вести в постель! — припечатала нещадно представительница Танебриса. — В ПОСТЕЛЬ К РАНКАРУ…

Крик заставил всех разом замереть. Поднявшаяся на ноги Искрида переглянулась с Фьётрой, а Диана, будто извиняясь перед всеми, взглянула на невозмутимую Велесту. Неловкость атмосферы не только заставила всех замереть, но и замолчать. Притихла даже Серинити, когда осознала, что позволила себе лишнего. Как‑никак, что Искрида, что Фьётра были сильнее неё, и если бы кто‑то из них не сдержался, то всё могло закончиться весьма плачевно — в первую очередь для самой горгоны.

Однако всю напряжённость атмосферы разбавила как нельзя вовремя явившаяся в апартаменты Талисса. По лицу тёмной альвы становилось понятно, что она уже о многом догадалась. И, на глазах у всех прикрыв за собой двустворчатые двери, та неторопливо повернулась к девицам и протяжно выдохнула:

— К сожалению, эта беседа напрашивалась давно, — сдержанно заметила хускарл. — И раз уж я тут единственная, кто не планирует запрыгивать в койку к господину, то мне лучше и начать. Во-первых…

— Слабо верится! Хочешь сказать, что у тебя нет никаких планов касательно Ранкара? — прищурился с подозрением горгона.

— Я хускарл, Серинити, — буднично отметила тёмная альва, присаживаясь на кресло прямо перед рабочим столом гиары. — Моё предназначение — служить и я буду служить. Если господин того пожелает я проследую к нему в постель. Если захочет убить, то я с радостью приму смерть. Я вассал и слуга. И не забывай о том, какими именно делами я занималась в Саду Развлечений. Я предприниматель и секретарь. Я безмерно люблю и уважаю господина. Для меня он важнее всего на свете. И я готова пойти на всё, чтобы он добился поставленных целей. Чувствуете разницу между нами?

На мгновение вновь воцарилось молчание. Для присутствующих слова тёмной альвы были сравни холодного душа. Первой в себя пришла Фьётра. Подобно Талиссе та присела на свободное место и безмолвно посмотрела на будущих собеседниц. Ждать остальные себя не заставили и вскоре последовали её примеру.

— Продолжай, Талисса, — мягко произнесла вана. — Мы все тебя внимательно слушаем. Что ты предлагаешь?

— Боюсь, мне нечего вам предложить, — стыдливо улыбнулась альва. — Простите меня за прямоту, девочки, но до сих пор вы ничем толком не помогали ему. За исключением госпожи Искриды, которая протянула ему руку помощи при вторжении в академию, все мы целиком и полностью зависим от него, а не он от нас. Я никого не виню и никого не осуждаю. Так велось испокон веков. Всегда сильные правили, а слабые подчинялись. И потому я хочу спросить у вас: что вы хотите от господина? Какие цели вы преследуете? Чего вы добиваетесь? Я знаю, что он обещал вам отплатить за наше спасение, но неужели… это всё? Вы действительно ждёте платы?