Тренер Гильдии Фамильяров 4 (СИ) - Харченко Сергей - Страница 7

Там, где должен быть смеситель, остывающая пломба и несколько дыр в оплавившейся раковине. Металл тихо потрескивал, приобретая тёмный оттенок.

Я заглянул под раковину и вздохнул от облегчения. Раскалённые капли металла упали не на дощатый пол, а на два старых фрагмента плитки, которые непонятно зачем хозяин однушки хранил в этом месте, за мусорным ведром.

Собрав все полотенца, которые смог найти, я принялся собирать воду с линолеума, пока та не успела просочиться сквозь щели в перекрытиях. Подставил тазик, выжимая в него воду.

Пятнадцать минут интенсивной работы, и вот, пол блестит от влаги, высыхает. Соседи с их элитным ремонтом спасены. Точнее я спасён от их гнева и кредита, который пришлось бы брать, чтобы оплатить ремонт.

Закинув полотенца в стиралку, я вернулся к зачинщикам погрома.

Живчик и Искорка сидели рядышком у стола, прижавшись друг к другу, и виновато смотрели в пол.

— Вы вообще понимаете, что натворили? — устало, но сурово начал я. — Вы не фералы, которые развлекаются в Дикой зоне! Вы мои питомцы. Если не можете контролировать свою силу, как я могу вам доверять?

Затем я спохватился. Они же меня не слышат, улавливают только интонацию. То же самое передал по Сопряжению. Что одной, что второму.

— Двое юнцов слёзно просят пардону-с! — произнёс барон Сверчанский со стола, деловито расправляя усы-антенны. — Уверяют, что бес попутал от радости великой!

Я тяжело вздохнул, принимая извинения.

— Ладно. Проехали. Но чтобы это было в последний раз.

Живчик радостно тявкнул, убежал в коридор, а вот Искорка осталась сидеть на тумбе. Я присмотрелся к ней. И что это такое? Непохоже на чувство вины.

Саламандра дышала тяжелее обычного, её бока часто вздымались. А значит и сердечко бьётся чаще.

Я активировал смарт-браслет, взглянул на дополнительные показатели.

[Состояние Ядра — стабильное.

Уровень стресса — 2,1%]

Решил понаблюдать в динамике. Подождал пару секунд. Цифры изменились.

[Состояние Ядра — стабильное.

Уровень стресса — 3,6%]

Во рту пересохло. Это не может быть переходом. Ядро в норме!

Через пару секунд вновь произошли изменения.

[Состояние Ядра — стабильное.

Уровень стресса — 2,3%].

На первый взгляд абсолютная ерунда. Любой корпоративный фамтех даже не посмотрел бы на такие цифры. Но для моей Искорки, находящейся в спокойной домашней обстановке, такие колебания были ненормальны. Её базовый стресс был в районе единицы, а то и меньше. Да ещё эти странные колебания.

Разумеется, её Ядро активно готовилось к эволюционному рывку на четвёртый уровень. Но этот процесс, если он идёт правильно, не вызывает таких скачков стресса. Что-то неуловимо мешало ей. И это меня настораживало.

В итоге я решил почаще проверять кроху. И успокоился. Как и все остальные.

Чуть позже я уже разлёгся на диване, Живчик устроился сбоку, Искорка побулькивала в ванной, а Сверчанский задрых в своей коробочке, зарываясь в ватные диски.

Перед сном я поразмыслил насчёт следующего испытания. Я проходил в прошлой жизни их множество. И на Бетонке их было порядком. Что меня напрягало, организаторы держали интригу и в этот раз.

Конечно я знал, что квалификационный турнир прикрывают мощные корпорации, с которыми не хотят связываться гильдии, поднимающиеся со дна и рвущиеся в Бронзовую лигу. И в прошлой жизни такие сюрпризы были не редкость.

Из-за этого «Боевые щиты», где я собственно и числился, чуть не вылетели на середине турнира. Тогда никто не предупредил о том, что в лабиринте будут сдвигающиеся стены.

Но здесь организаторы Бетонки слишком зачастили с такими новшествами.

Уже в Бронзе никто бы не рискнул такое вытворять. Как и добавлять ловушки, не уведомляя об этом претендентов. А в Серебряной лиге за «сюрпризы» не только вылетали из кресел, но и в тюрьму загреметь можно было, запросто. Законы Арены суровы для всех.

Но здесь Бетонка, и на ней творится чёрт знает что.

Гадать о том, какое испытание нас ждёт было бессмысленно. Поэтому я закрыл глаза. Как только это произошло, я провалился в глубокий сон.

Утро началось с привычной рутины. Я прибыл на базу чуть пораньше, проверил закрытые бабой Зиной вольеры, убедился, что питомцы сыты и спокойны, заглянул к Бурбуру, который спал так же, сидя, тихо посвистывая в хобот.

Поэтому я отправился в свой кабинет.

Едва успел повесить куртку на спинку стула, как мой телефон завибрировал. На экране высветился незнакомый номер, но голос, раздавшийся из динамика, я узнал сразу же.

— Артур, приветствую! Вот так представление твои вчера устроили! — бархатный, баритон Широкова сочился патокой. — Поздравляю! Искренне, от всей души поздравляю с триумфом на «Столбах»!

— Доброе утро, Самуил. Благодарю, — сдержанно ответил я, садясь за стол. Отчего он такой радостный, мне было непонятно. Не из-за нашей победы, точно. Слишком уж много этой самой радости для одного поздравления.

— Последний бой просто шедевр телевизионной драматургии! — продолжал изливаться Широков. — Рейтинги трансляции взлетели до небес! Я, признаться честно, грешным делом думал, что слаймы способны только полы протирать. А тут такая многоходовочка! Катапульта из слизи! Ну надо же! Публика просто в экстазе!

— Мы старались, — коротко ответил я, не желая поддерживать пустую болтовню. — Вы звоните только ради поздравлений?

Широков рассмеялся, в своём комментаторском стиле.

— Обижаешь, Артур. Я человек слова. Ваше вчерашнее выступление, скажем так, не просто всколыхнуло зрителей, оно заставило кое-кого из серьёзных людей присмотреться к вашей скромной гильдии. Говорил же, что выполню обещание.

Я мгновенно подобрался, чувствуя, как уходит напряжение.

— Я нашёл вам спонсора, Артур, — уже деловым тоном сообщил комментатор. — Среднее звено, не Синдикат. Пётр Ильич Зайцев. Ответственный мужик, бизнес абсолютно прозрачный, никаких грязных схем.

Я ухмыльнулся про себя. Сколько я слышал такое в прошлом, когда шёл к чемпионству. И через один это была откровенная ложь. Так что надо его дополнительно пробить.

— Им нужно свежее лицо для рекламных контрактов, — продолжал изливаться соловьём Широков. — Я дал ему твой номер, и адрес гильдии. Должен связаться с тобой в самое ближайшее время.

— Вот за это огромнейшее человеческое спасибо, — искренне поблагодарил я. — Мы в долгу не останемся.

— Свои люди, сочтёмся, — хмыкнул Широков. — Всё, мне пора, у меня тут репортаж…

Он отключился. Я не спешил убирать телефон, созвонился с Серёгой.

Через пять минут дружище коротко и ясно выдал ответ: «Всё чисто. Можно сотрудничать».

Я отложил телефон на стол, глубоко выдохнул.

Спонсор. Нам сейчас это жизненно необходимо. Вчерашние призовые от Лиги это капля в море. Я и без бухгалтерских сводок Киры прекрасно понимал масштаб финансовой катастрофы «Огненных львов».

Старые, ржавые вольеры с прогнившими досками давно пора менять, иначе в один прекрасный день либо питомцы вырвутся, либо стены начнут разрушаться и повредят кого-нибудь из фамильяров.

Тренировочное оборудование дышало на ладан. Полине нужны были качественные и совсем недешёвые реактивы и медикаменты, а не заменители из ближайшей аптеки.

А ещё нормальный, сбалансированный корм, оплата коммуналки, зарплаты…

Стабильный контракт со спонсором среднего звена выглядел в этом свете словно спасательный круг. Не только закроет текущие дыры, но и станем более независимыми от давления выкормышей «Нео-Синтеза» или «Авангарда».

Теперь оставалось лишь дождаться звонка.

Оставив питомцев в кабинете и строго настрого предупредив их, чтобы не шалили, я направился в кабинет Киры. Она прислала сообщение с просьбой срочно зайти.