Тренер Гильдии Фамильяров 4 (СИ) - Харченко Сергей - Страница 16

— Не совсем, — поправил я его. — Огненная саламандра.

Бизнесмен вскинул руку, на которой из рукава выглянул смарт-браслет. Спонсор отсканировал Искорку.

Голограмма мигнула. Глаза Петра Ильича буквально полезли на лоб.

— Ого! — выдохнул он. — Вы правы. Огненная. И всего лишь третий уровень Ядра⁈ Этого не может быть! Я видел промышленных кузнечных зверей, в закрытых цехах Синдикатов. Ядра должны быть минимум седьмого, а то и восьмого уровня! И стоимость каждого такого мутанта… Да редкий самолёт столько будет стоить. А тут… малёк, да ещё и огненный. У вас просто феноменально способная малышка, Артур.

— Это верно. Она очень способная и умная, — я бережно погладил Искорку по тёплой чешуе, чувствуя, как внутри меня разливается гордость.

Феноменально способная. Ещё бы. Ведь никто в этом времени не знал, что её истинный потенциал только начал раскрываться. Это ещё цветочки. Ягодки ждут впереди.

Чтобы окончательно убедиться в реальности происходящего, я решил провести краш-тест.

— Подождите минутку, Пётр Ильич, — сказал я и набрал Белова. — Артём Сергеевич, зайдите ко мне. И захватите с собой тяжёлую кувалду, из технического блока. Да, ту самую, с длинной ручкой.

Зайцев с интересом приподнял бровь, а через пару минут дверь открылась, и в кабинет завалился Белов, с массивной кувалдой на плече. Помощник тяжело дышал, недоумённо оглядывая гостя и щит на столе.

— Артур Викторович… не совсем понимаю. Вы тут что, ремонт затеяли? — проворчал Артём Сергеевич, опуская боёк кувалды на пол.

— Считайте это производственным испытанием, — я поднял щит, подал помощнику. — Видите это синее пятно в центре щита? Прямо там, где была трещина.

— Вижу, — Белов прищурился. — Но почему нет трещин?

Я вкратце объяснил, что произошло, но помощник замер, пытаясь переварить информацию, и удивлённо уставившись на мерно сопящую на моих руках Искорку.

— Замахнитесь как следует и бейте прямо в центр, — добавил я. — Со всей силы, на которую способны.

Глаза помощника расширились.

— Так, а вы уверены? Что Искорка закалила щит, — пробормотал Белов. — Иначе щит разлетится по всей комнате.

— Бейте, Артём Сергеич, — одобрительно кивнул я. — Я оплачу ремонт, если вы повредите что-нибудь.

Белов пожал плечами, мол, хозяин барин. Он положил щит на пол, плюнул на ладони, поудобнее перехватил длинную рукоять, крякнул от натуги и с молодецкого замаха обрушил кувалду ровно в центр синеватого пятна.

— Бом-м-м-м! — раздался чистый звон, от которого слегка заложило уши.

Будто по монолитной танковой броне врезал. Отдача была настолько сильной, что кувалда отскочила, едва не вывернув помощнику руки. Белов опустил боёк кувалды на пол, разминая ладони.

Мы с Зайцевым подошли к щиту, склонились над ним.

Металл выдержал. На том месте, куда пришёлся удар, не осталось ни единой царапины, ни малейшего намёка на вмятину. Остальная, незакалённая часть щита по краям слегка деформировалась от вибрации, но центр был монолитным.

Пётр Ильич Зайцев аж охнул. Вызвал кого-то на помощь. Через минут пять в кабинет зашёл низенький усатый мужчина в очках, который представился помощником Зайцева. Он вытащил анализатор, шлёпнул его по центру щита. По сути с виду обычная шайба, но с небольшим простеньким дисплеем сверху.

— Категория бэ, не иначе, — улыбнулся Зайцев, считывая показания. — Это феноменально. Результаты даже лучше, чем я мог предполагать.

Мысленно я ликовал, чувствуя, как меня накрывает чувство облегчения и триумфа. И я прекрасно понимал удивление Зайцева.

Обычные огненные саламандры в моём времени учились так называемой «кузнечной пайке» долго. И лишь с долей вероятности, на высших уровнях Ядра, в лучшем случае на девятом, они приобретали способность уплотнять металл на молекулярном уровне. Как раз за счёт особой структуры зелёного пламени.

Но был и кузнечный подвид саламандр. Уникальные питомцы из этого отряда на седьмом уровне Ядра спаивали броню, на восьмом уже могли улучшать её, переводить в более высокий класс. И то, лишь после изнурительных тренировок.

Тот факт, что Искорка освоила этот навык прямо сейчас, находясь в стадии перехода на четвёртый уровень, доказывал лишь одно. Моя методика развития, основанная на Сопряжении, доверии и полном отказе от подавляющей химии, была не просто правильной. Она была гениальной.

Вот почему её уровень стресса так хаотично скакал последние два дня. Вот почему от неё исходил невыносимый жар, и терморегуляционные каналы работали на износ, готовясь к эволюционной метаморфозе. Организм саламандры не просто готовился к Пробуждению. Он перестраивался для принятия сложнейшего высокоуровневого навыка, который на третьем уровне Ядра был невозможен.

— Так это и есть спонсор? Что предложил? — пробормотал Белов, когда мы отошли к столу. Артём Сергеич настороженно косился на Зайцева и его помощника, которые проводили замеры щита.

— Потом расскажу, как подпишем документы, — сообщил я ему. — Вы свободны.

Затем я созвонился с Кирой, передал условия, и услышал её радостный голос. Сразу после звонка с владелицей гильдии я протянул Зайцеву руку.

— Мы согласны на ваши условия, Пётр Ильич. Пятьсот тысяч подъёмных и логотипы «Бреста» на нашей форме. И, разумеется, ремонт брони и щитов, — улыбнулся я, и Зайцев ответил крепким рукопожатием. Его глаза поблёскивали от предвкушения сверхприбылей. Хотя жадности я не увидел, лишь радость бизнесмена от удачной сделки.

— Сейчас я ненадолго отлучусь. Тимур подготовит документы, — отозвался Зайцев, обращаясь к тому же и к своему помощнику, тем самым давая ему задание. — И, разумеется отдельный прайс на услуги вашего… карманного кузнеца.

Они вышли, оставляя меня наедине с Искоркой и Живчиком, который на удивление вёл себя тихо, похрустывал костью у батареи.

В кармане зашуршал Сверчанский, выскочив на стол. И саламандра радостно зашипела в его сторону.

— Подумаешь, щит подпаяла, хех, — снисходительно покрутил усом барон. — У нас в полку один жук-бомбардир и не такие фокусы выдавал. Нажрётся, бывало, медной окалины, а потом из афедрона ка-ак пальнёт. Свой парадный хитин до состояния булатной стали закалял. О как! Правда, портки его в процессе сгорали дотла, зато броня — загляденье. Так что, мадемуазель, вы просто талантливый полковой кузнец.

Искорка надвинулась на него, прочитав ироничные интонации в голосе. И сверчок утёк за батарею, заставляя Живчика отвлечься от кости.

— И не надо на меня ругаться! — донеслось из-за батареи. — Я говорю с позиции боевого опыта-с.

Уняв рвение Искорки сжечь сверчка вместе с батареей и подоконником, я принял сообщение от Киры. Она сообщала, что Зайцев уже в её кабинете.

Чувствуя предвкушение от выгодной сделки, я переложил саламандру на плечо, взял Живчика на поводок.

— Я буду здесь, — пробурчал сверчок. — Всё равно лучше, чем в окопе сидеть-с.

Я хмыкнул, отправился в кабинет владелицы гильдии. А переступив порог, кивнул Зайцеву и Тимуру, его молчаливому помощнику. Тот уже раскладывал на столике у дивана ноутбук, а рядом небольшой принтер, который тихо шумел, выплёвывая листы бумаги.

Я же устроился в кресле, рядом с Зайцевым. Питомцы быстро уловили деловую атмосферу. Искорка гордо замерла у меня на плече, а Живчик смирно уселся у моих ног.

Помощник бизнесмена уже распечатал два экземпляра договора, положив их на стол перед владелицей гильдии.

Кира пробежала их глазами, как и я, взяв второй экземпляр. В целом всё понятно, ничего лишнего, никаких пунктов мелким почерком где-то внизу или витиеватых выражений.

Добравшись до приложения с расценками на услуги Искорки, я довольно улыбнулся. Кира тоже остановилась на прайсе.

— Артур… — хрипло прошептала она, поднимая на меня ошарашенный взгляд. — Это шутка?

Цифры в контракте были очень приличными для нашей гильдии. За ремонт одного элемента брони категории В Зайцев готов был платить тысячу рублей, а за полное термическое усиление до категории Б — десять тысяч. Ремонт пробитого тактического щита оценивался в пять тысяч, а полная модификация — в тридцать тысяч рублей за единицу. Учитывая, что Искорка тратила на один щит меньше минуты, это явно была настоящая золотая жила. Всё зависело лишь от регулярности и количества поставок «материала» и возможности самой Искорки.