Искушающий яд (ЛП) - Кент Рина - Страница 45

ПРЕСТОН

Продолжай трепаться, и я пырну тебя ножом для сливочного масла и медленно скормлю своим собакам.

Я

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Как бы умилительно ни выглядели твои попытки съехать с темы с помощью жестоких угроз, сегодня вечером это не прокатит. Нам нужно поговорить.

ПРЕСТОН

Нет, спасибо. Я лучше насажу себя на тупой меч в стиле сэппуку 8, чем буду проходить через этот геморрой.

Я

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Настолько боишься просто поговорить со мной?

ПРЕСТОН

Ой, прекратить нести чепуху. Я никого не боюсь. И уж тем более тебя.

Я

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Боишься, Престон. Тебя до чертиков пугает сама мысль провести со мной время, если это не связано с хоккеем, поркой или тем, как я зажимаю тебя в раздевалке и заставляю кончать. Ты мгновенно закрываешься, стоит тебе испытать оргазм, и до сих пор бьешь меня, когда я пытаюсь прикоснуться к тебе. Ты отказался проводить вместе Рождество или Новый год только потому, что это выходит за рамки привычного сексуального безумия, в котором тебе комфортно. Если это не страх, то что тогда?

ПРЕСТОН

Проводишь мой психоанализ? Потому что, блять, это прям жутко. Не знаю, заделался ли ты доморощенным психиатром, но я отказываюсь от твоих услуг. У меня хватает врачей, которые дадут фору твоим жалким потугам.

Я

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Это они выписывают тебе те таблетки? Зачем?

ПРЕСТОН

Ты рылся в моих вещах?

Я

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Нет, случайно их увидел. На них не было этикетки, вот мне и стало интересно.

ПРЕСТОН

Это таблетки для психов.

Я

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Будь серьезнее.

ПРЕСТОН

Я серьезно. Ты наверняка о нас слышал. О психах, которым голоса в голове приказывают убивать и калечить других. О невменяемых преступниках, которых считают угрозой для общества. Доступно на «Netflix» в великолепном разделе тру-крайма.

Я

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Какой у тебя диагноз?

ПРЕСТОН

Называется «не твое собачье дело, блять».

Я

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Ладно. Можешь не рассказывать, если не хочешь.

ПРЕСТОН

Хватит строить из себя само гребаное благородство. Можешь не рассказывать, если не хочешь? Пошел на хуй. Спустись с небес на землю.

Я

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Хочешь, чтобы я надавил на тебя? В этом дело?

ПРЕСТОН

Я

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Взрослые люди так не общаются, Престон. Не веди себя как ребенок.

ПРЕСТОН

Представь себе, я И ЕСТЬ ребенок. И пошел ты на хуй, мудак. Хватит лезть в мою жизнь только потому, что я позволяю тебе к себе притрагиваться. Ну и что с того, что мне нравится, когда ты меня трахаешь? Шокирующая новость — мне МНОГОЕ нравится. Это не делает наши развлекаловки особенными.

Я

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Продолжай врать самому себе, если так тебе легче спится.

ПРЕСТОН

Сплю я просто отлично. А вот ты, наоборот, ведешь себя как прилипала. Впервые у тебя такое или это отголоски твоего комплекса спасателя?

Я

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Это ты вел себя как прилипала, когда изо всех сил цеплялся за меня, пока я вжимал тебя в дверь.

ПРЕСТОН

Не путай похоть с благотворительностью.

Я

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Благотворительностью?

ПРЕСТОН

Ага. Похоже, ты просто не в состоянии держать руки при себе, вот я и плыву по течению. У меня всегда была слабость к обездоленным.

Я

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Пиздабол. Тебе плевать на обездоленных.

ПРЕСТОН

Это мое новое хобби. Все равно что подобрать бездомную собаку. В моменте хорошо, но мимолетно.

Я

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Ты только что сказал «мимолетно»?

ПРЕСТОН

Да, мимолетно. Знай свое место, Маркус. Ты просто белый шум между приемами таблеток.

Я

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

В таком случае давай заглушим этот шум.

ПРЕСТОН

Что?

Я

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Раз уж ты проявляешь такое великодушие, потакая моим капризам и позволяя к себе притрагиваться, я с радостью сообщаю, что сыт по горло и теперь переключаюсь на следующую свою жертву. Тебе больше не придется возиться с этим «объектом благотворительности», и ты сможешь вернуться к той скучной жизни, которой жил до моего появления. Не скажу, что ты был хорошим мальчиком, но было весело.

ПРЕСТОН

Ты только что назвал МЕНЯ своей гребаной жертвой?

Я

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Слово «интрижка» тебе больше нравится? Уверен, у тебя их было навалом. Какая разница, одной больше, одной меньше.

ПРЕСТОН

Ты, че, вообще не догоняешь, с кем, блять, связался?

Я

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Очевидно, учитывая, что ты никогда со мной не разговариваешь. Поздравляю. С этого момента я избавляю тебя от этой головной боли.

Это был последний наш разговор с Престоном.

Который состоялся пару дней назад.

С тех пор я сосредоточился на тренировках, работе и походах в клуб с парнями. Делал все возможное, чтобы поддерживать свою форму и сохранять полную концентрацию.

Потому что завтра мне нужно выиграть важный матч, и я не позволю какому-то ничтожному мудаку сбить меня с настроя.

И все же, пока я поздно ночью в одиночку отрабатываю упражнения на арене «Стантонвских Волков», в моих мышцах скапливается неестественное напряжение.

Я плавно торможу в самом центре льда, подтягивая шайбу к себе.

Лучше прекратить тренировку, чем получить нелепую травму, когда мы так далеко продвинулись в турнирной таблице.

Проблема в том, что хоккей — единственный способ выплеснуть эту нездоровую ярость, кипящую прямо под моей кожей.

И я отказываюсь верить, что она появилась из-за того, что в это время я обычно нахожусь на арене «Гадюк», где меня ждет один зеленоглазый блондинистый принц с вызовом во взгляде.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Интересно, он сейчас на арене, в своей компрессионной кофте, скользит по льду с таким изяществом, что похож на фигуриста…

Нет.

Мне вообще плевать, чем там занимается Престон.

Он явно считает меня кем-то вроде подстилки чисто для секса, так что нет ни единой причины, почему я должен о нем думать.

Прошло уже сколько? Почти пять недель с тех пор, как я завел этот ритуал перед играми. Три недели с тех пор, как мы стали встречаться раз в неделю, даже во время зимних каникул, но Престон напрочь отвергает саму мысль о том, чтобы пересечься за пределами арены, если речь пойдет не о хоккее или сексе. Иногда мы сначала тренируемся, а потом я зажимаю его в углу и не оставляю иного выбора, кроме как наслаждаться моими пальцами, ртом и членом.

После той ночи в переулке, больше трех недель назад, я думал, что он, возможно, немного раскроется. Он явно ревновал к Далии, а когда я спросил ее об этом, она сказала, что Престон стал относиться к ней иначе, как только узнал, что мы когда-то были вместе.

Две недели назад он даже немного оттаял по отношению ко мне — ну, насколько Престон вообще на это способен. Он ведь отдал мне свой шарф и назвал меня красивым.

Так что я сохранял надежду, что он одумается, но это было лишь пустой иллюзией.

Престона бросает то в жар, то в холод — причем в холод гораздо чаще.

Иногда он смотрит на меня с приоткрытыми губами и выжидающим взглядом, и мне кажется, что передо мной настоящий Престон, принадлежащий только мне. Повзрослевшая версия того семилетнего мальчика, которого я так и не смог забыть.

Но потом, стоит мне попытаться стать к нему ближе, например, прикоснуться к его лицу или спросить про синяк, который я заметил у него на боку или животе, как он тут же меня отталкивает.

Я стал замечать, что он часто ввязывается в драки, учитывая, что на нем есть и другие следы, помимо тех, что я оставляю на его заднице.

Что показалось мне странным, ведь Престон не особо агрессивен в силовой борьбе на льду. Я предполагал, что за пределами арены он такой же, но, с другой стороны, не будем забывать, как хладнокровно он убил кого-то одним ножом в лесу своей семьи.

Всякий раз, когда я пытался узнать, в какие именно драки он ввязывается, он наглухо замыкался в себе. Если я прикасался к нему, то в ответ получал от него лишь проявления грубой силы, потому что именно так он реагирует на то, что не может контролировать.

Чрезмерным, жестоким, чаще всего импульсивным насилием.

Он словно сначала действует, затем только успевает подумать, и на его лице обычно застывает выражение, которое так и кричит: «Я не хотел этого делать». Он даже сжимался всем телом в ожидании, что я ударяю его в ответ. Я не стал бы этого делать, но он был к этому готов.