Спокойный Ваня 7 (СИ) - Кожевников Павел Андреевич - Страница 3

— Иван, возьми шлем. Михаил вызывает. — Внезапно посерьёзнел Кагье.

— Что случилось. — Спросил я у Михаила, напялив шлем на голову.

— К зданию, в котором вы сидите, подтягивают пехоту и танк.

— Это ерунда. Пусть хоть расстреляют его. Мы в подвале, на минус втором этаже — Успокоил я его.

— Тогда есть вторая новость. Из крепости эвакуируют всех людей, и разворачивают тяжёлые миномёты. При удачном попадании вас засыплет. Мне кажется, они тоже знают о подземных ходах.

Глава 2

Пришла проблема откуда не ждали. Пленных набиралось под сотню человек. Благодаря лечебному конструкту, все были ходячими или перенесут любую транспортировку без проблем. Вопрос только в том, куда их вести? Сто человек незаметно не проведёшь, а тяжёлый миномёт может долбить очень далеко. Бегать и уничтожать технику, можно до бесконечности. Но даже вдвоём со Степаном против регулярной армии мы не выстоим. Живыми, может, и останемся, но если начнут бомбить, то подземелья долго не продержатся.

— Кагье, ты сколько сможешь покойников поднять?

— Количество неважно. — Покачал головой доктор. — Их расстреляют, как мишени в тире. Хорошего мертвяка нужно долго готовить, и то я не уверен, что он выстоит под пулями.

— У меня есть ещё одна новость. Европейцы крутятся возле развалин церкви. — Добавил Михаил. — Кажется, они связали воедино эти два происшествия. У вас очень плохие перспективы.

— Стёпа, слышишь нас? — Спросил я.

— Слышу. Мы все слышим. Что делать будем, Иван? — Степан был спокоен.

— Куда ведёт коридор?

— Ты про тот, куда я… — Он смутился и недоговорил.

— Ага. — Подтвердил я. — Что в той стороне?

— Такой же завал, но на сотню метров дальше. Это плохой вариант, Иван. — Догадался он о ходе моих мыслей. — В тоннелях нет вентиляции. Я это уже на себе ощущаю, хотя мы здесь всего втроём.

— Ясно. Михаил ударить колотушкой сможешь?

— Нет. Так далеко от базы и без веской причины? Однозначно нет. Ты, конечно, можешь плюнуть на мои запреты, но тогда хрупкая защита баз, основанная на страхе, рухнет.

— А пытки военнопленных? Ваш ведь запрет. — Попробовал я другой вариант.

— После резни, которую вы устроили, аргументировать удар пытками будет сложно. Есть риск втягивания нас в противостояние.

— Что у вас за проблема? — Подошёл к нам Эттув. — Рассказывайте.

Я описал ситуацию. Кагье тоже добавил деталей.

— Проблема понятна. Сколько у нас времени?

Я переадресовал вопрос Михаилу

— На мой взгляд, не больше часа. На территории крепости много тыловых служб. Их тоже эвакуируют. Если не будете дёргаться, возможно, времени будет больше.

— Снимите свои шлемы и давайте отойдём в сторонку. — Выслушав мой ответ, произнёс Эттув. — Я бы хотел услышать всю правду о ваших возможностях. Обещаю, что дальше меня она никуда не уйдёт.

Бецалель с трудом выкроил время для короткого сна, но поспать ему, естественно, не дали. Разбудила его непривычная вибрация в нагрудном кармане.

— Да чтоб тебя, Ваня, также будили по пять раз за ночь. — Недовольно пробормотал он и приложил пластину к скуле. — Слушаю.

— Это Эттув говорит. — Раздался знакомый голос. — Нужны сведения о базе диверсионно-партизанского резерва. Я знаю, что такая точно есть возле Великих Лук.

— Это закрытая информация. — Остатки сна сдуло, словно Бецалель и не ложился. Он даже не стал уточнять, как Ивану удалось освободить Эттува. — Откуда тебе известно о базах?

— Мне многое известно, и твоя секретность сейчас волнует меня меньше всего. У меня сотня человек, которым нужно убежище.

— Я не могу тебе сообщить эту информацию. Нужно разрешение сверху.

— У тебя час. Потом нас похоронят заживо. Здесь, между прочим, далеко не последние бойцы собраны. Жду твоего положительного ответа. — Завершил разговор Эттув.

Бецалель сел. Потряс головой. Потом подошёл к зеркалу и начал приводить себя в порядок. Впереди его ждала масса важных разговоров.

— Иван, нам нужно оружие. Наверху оно есть?

— Немного. — Я вздохнул. — Не думал, что оно понадобится, поэтому тела скидывали вместе с оружием, а чаще половинки и того и другого. Не люблю, когда в меня стреляют.

— Плохо. Судя по развитию событий, нам придётся прорываться с боем. Бери парней и начинайте доставать то оружие, которое уцелело.

— Я его быстрее один надёргаю среди тел.

— Дело твоё. — Не стал спорить Эттув. — Кагье, выбери двух мертвецов и постарайся в кратчайший срок привести их хоть немного в норму.

— Что ты задумал? — Доктор первым озвучил, крутящийся у меня на языке вопрос.

— Если нам не победить противника в открытом бою, то его надо напугать и увести отсюда. Чего человек боится больше всего? — Ответить нам он не дал. — Больше всего люди боятся неизвестности и потери контроля над ситуацией. Вот этих двух эффектов нам нужно достичь с одновременным уводом противника из крепости, по ложному пути. И здесь без Ивана нам не обойтись.

Мертвяки под управлением Кагье усердно грызи своих бывших сослуживцев. Зрелище было не слишком эстетически приятным, поэтому я решил выглянуть в холл. Заодно посмотрю своими глазами, чем заняты европейцы.

Дверь, ведущая в холл, была заклинена с внутренней стороны. Замок я сломал, пока таскали покойников. Чтобы не предоставлять лишние удобства европейцам, её я подпёр, если можно так сказать, обломками автоматов, воткнув их в косяк.

Холл оказался пустым. Входная дверь закрыта. Если кто-то и заходил внутрь, то долго здесь не задержался. Кровь на полу подсохла. Следы волочения, ведущие в подвал, остались заметны, хотя я и пытался их затереть, когда стаскали тела. Впрочем, скоро это не будет иметь никакого значения.

Пнув входную дверь, я мгновенно перешёл в сумеречный режим и вышел на крыльцо. Солнце ещё не появилось над горизонтом, но было уже достаточно светло. Европейцы, собравшиеся перед зданием, с большой задержкой открыли по мне огонь из лёгкого стрелкового оружия.

Они собрались двумя группами по бокам танка, который стоял метрах в пятидесяти от крыльца и навёл ствол прямо на меня.

— Приготовились. Как только подниму руки, пусть сразу включает. — Шепнул я в переговорник. Кагье тут же передал мои слова Михаилу.

Видя, что стрельба не приносит результата, европейцы поумерили пыл. Я же, наоборот, поднял руки вверх и расхохотался так громко, как только мог. Получилось достаточно инфернально. На мой взгляд.

Одновременно с флаера ударила инфразвуковая волна. Досталось всем, кто собрался перед зданием. Надеюсь, до наших в подвале волна дошла ослабленной.

Новая порция пуль полетела в мою сторону. Особенно усердствовал пулемётчик на танке. Хорошо, что калибр у него был обычный, стрелковый, а не крупнокалиберный. Перестав смеяться, я одновременно опустил руки. Инфразвук выключился. Я погрозил пальцем пулемётчику и, развернувшись, спокойным шагом вернулся в здание. Дверь изрешетило и сорвало с петель. Поэтому демонстрировать европейцам свою возможность проходить сквозь твёрдые предметы не пришлось.

Психика человека очень интересно устроена. Видя, как пули пролетают через меня насквозь, не каждый может сообразить, что это я для них прозрачен, а не они меняют свойства, встречаясь с моим телом. Ведь внешне я выглядел, как обычно.

Бежать за мной дураков не нашлось.

— Кагье, что с носильщиками? — Спросил я.

— Ну ты и мастер! Даже мне жутко стало от твоего смеха. — Ответил доктор. — Не готовы ещё, но если надо, то сейчас выйдут.

— Пора. Пока у европейцев полная сумятица, надо её поддерживать и усиливать.

— Сейчас. Ещё немного… — Бормотал Кагье.

Стоя возле выхода, я прислонился спиной к стенке. Из двери, ведущей в подвал, несло очень неаппетитно. Похоже, мертвяки успели не только наесться, но и переварить часть еды. А может, чью-то требуху разворошили. Заглядывать к ним у меня не было никакого желания.