Исповедь смертного греха 4 (СИ) - Вальтер Макс - Страница 21

— Принято. Уходим к хребту.

Мишка подхватил из ящика несколько гранат. Дашка и Санёк набили разгрузки, я закинул три штуки в подсумок.

Мы выскочили из купола. Первые твари уже показались на равнине. Они шли быстро, не разбирая дороги. Белые фигуры мелькали между камнями и приближались с трёх сторон. Грохнули первые выстрелы. Используя опыт предыдущих схваток, мы били по ногам. Санёк и Дашка работали короткими очередями, Мишка палил из дробовика, я работал точечно, стараясь попадать в колени. Твари падали, спотыкались, но не останавливались. Раненые ползли, цеплялись за камни, подтягивались на руках. Выглядело это всё ещё жутко.

— Миха, двигай к хребту, я прикрою, — махнул приятелю я.

Пот градом катился по лицу, в висках стучало. Я слышал, как за спиной тяжело дышит Дашка, как матерится Мишка, перезаряжая дробовик. Санёк прикрывал фланг, экономя патроны.

Узкая тропа нашлась быстро. Мы нырнули за валун, перевели дух. Твари, как и рассчитывал Каин, полезли следом, сбиваясь в плотную группу.

— Давай! — крикнул я.

Мишка метнул гранату первым. Я и Дашка бросили следом ещё две. Мы прижались к валуну и зажмурились.

Раздался хлопок. Вначале мягкий, но глубокий, будто в воздухе распустился огромный цветок. Это сработал распылитель, разбросав горючую смесь. А потом ударило по-настоящему: оглушительный гул, вспышка, и небо над тропой вскипело. Огонь мгновенно сожрал воздух, ударная волна прошла снаружи внутрь, подняв пыль и мелкий гравий. Нас обдало жаром, как из раскалённой печи.

И пространство вокруг взвыло.

Поднялся тот самый вой, что мы слышали в лаборатории. Низкий, утробный, пробирающий до костей. Он шёл от горящих тварей, но звучал так, будто кричала сама земля.

Мы выглянули из-за валуна. Двое горели. Они метались по камням, размахивали руками, пытаясь сбить пламя, но огонь не гас. Видимо, их жирно окатило горючей смесью. Остальные смотрели на них и корчились, хватались за головы, выли в унисон, словно чувствовали их боль.

И тут, внезапно, откуда-то сверху на головы белых полетели стеклянные снаряды.

Они падали на тварей, стоявших в стороне, и те вспыхивали, как факелы. Вой стал невыносимым. Я вскинул голову и увидел на скальном выступе знакомый силуэт. Длинная коса, достающая почти до колен, развевалась на ветру.

— Карина! — заорал я, вскидывая руку.

Она не ответила на приветствие. Вместо этого крикнула:

— Валите отсюда! Быстро!

И я не стал спорить. Карина профессионал, и если она говорит валить, значит, к этому стоит прислушаться.

— Отступаем! — скомандовал я, — К вездеходу!

Мы сорвались с места. Позади горели твари, выли, падали, но я не был уверен до конца, что огонь их остановит. Как знать, вдруг они способны восстанавливаться даже после такого?

— Отправь Карине сообщение, — на бегу обратился я к Каину. — Напиши, что ночью мы собираемся в лабораторию. Скинь геолокацию точки сбора. Три километра от комплекса. Там, где мы входили первый раз.

— Отправлено.

Мы влетели в вездеход. Мишка прыгнул за руль, и машина сорвалась с места, выбросив из-под колёс тучу пыли. Позади остался лагерь, горный хребет и Карина, которая всё ещё стояла наверху, провожая нас взглядом. Я не видел её лица, но знал, что она придёт. Не могла не прийти.

Глава 8

Карина и кусочек правды

— Она не придёт, — почему-то решил Саня.

— Придёт, — настойчиво повторил я.

— Почему ты так уверен?

— Просто уверен — и всё, — буркнул я. — А почему ты считаешь иначе?

— Если то, что мы накопали на неё, правда, то это самоубийство, — пожал плечами Саня. — Она должна понимать, какой приказ мы получили.

— Это ещё нужно доказать, — отмёл я.

— А что там доказывать? — усмехнулся Косой. — Дашка всё проверила. Сообщения точно отправлялись с её ай-ди.

— Кому? — посмотрел на приятеля я.

— Да какая разница?

— Нет, Миха, — покачал головой я, — разница есть.

«Замечена активность», — появилась надпись на визоре, и Каин тут же подсветил три тепловых сигнатуры, крадущиеся в темноте. На морозе они выделялись очень яркими пятнами. А трещало вокруг знатно. Несмотря на то, что мы были одеты в комбинезоны с терморегуляцией, я практически не чувствовал лица. Щёки стянуло холодом, из носа постоянно подтекало, и это очень сильно раздражало.

— На семь часов, — скомандовал я и припал к прицелу винтовки.

Саня с Дашкой залегли, направляя стволы «Шквалов» в указанном направлении. Мишка продолжал неотрывно следить за подходами со стороны лабораторного комплекса.

— Свои, — выдохнул я, как следует рассмотрев тепловые отпечатки.

Эти выглядели нормально, как и положено человеку, без равного распределения тепла. Плюс изо рта периодически вырывались целые облака, подсвеченные жёлтым цветом на тепловизоре прицела. Дышат — значит, люди. А других живых, кроме команды Карины, я здесь не встречал.

— А почему трое? — задал резонный вопрос Саня.

— Видимо, у них минус, — предположила Дашка.

— Сейчас всё выясним, — прервал я бесполезный спор и щёлкнул предохранителем на винтовке.

Однако мои друзья не спешили, продолжая наблюдать за приближениемКарины и её людей.

Прошло не менее пятнадцати минут, когда она и её команда вскарабкались на наш холм. Они встали чуть в стороне и не спешили радоваться встрече. Я было дёрнулся к подруге, но она тут же отстранилась.

— Не подходи, — резко выдохнула она.

— Что? — опешил я, не зная как реагировать. — Это же я… Ты чего?

— Ничего, — покачала головой она. — Ты контактировал с тварями.

— Нет.

— Они приходили в ваш лагерь? — перефразировала она.

— Да, — кивнул я.

— Значит, имел место близкий контакт.

— Карин, что происходит? — включилась в разговор Дашка. — Ты можешь нормально объяснить?

— На, сама посмотри, — усмехнулась она и бросила Дашке какой-то предмет.

Та ловко поймала его и подсветила крохотным фонариком. А затем медленно подняла взгляд на Карину.

— Имплант? — спросила она. — Чей он?

— Он принадлежал одному из сотрудников лаборатории, — охотно ответила Карина. — Ян отдал за него жизнь.

— Что случилось? — оживился Саня. — Как это произошло?

— Да как… — Карина опустила глаза. — Когда мы попытались закрепиться в лаборатории во второй раз, Ян разбил одному из них череп камнем и вытащил имплант. А потом… В общем, эта дрянь сожрала его за неделю.

— Сожрала? — переспросил Мишка. — Они что, жрут нас?

— Я образно, — поправилась Карина. — Пусть будет: «поглотила». В общем, он стал одним из них.

— Капец, — выдохнула Дашка. — И что с ним теперь? В смысле, где он?

— Мы его сожгли, — мрачным голосом ответил Лёха. Он числился механиком в группе Карины.

— Хочешь сказать, мы тоже заражены? — спросил я. — Ты это имела в виду под близким контактом?

— Нет, — ответила она. — Мы не сразу поняли, как они нас находят. Там, — она указала на имплант, — есть все ответы. Эти твари… они что-то типа колоний бактерий. При близком контакте на вашей одежде остаётся часть колонии, они и работают как маячки. Как мы поняли, у них единый разум…

— Разум? — скептически хмыкнул Саня. — Ты серьёзно? Откуда у бактерий разум?

— По-твоему, я учёный биолог⁈ — огрызнулась Карина. — Я говорю только то, что мы прочитали на чипе памяти визора. А там чётко и ясно говорится о том, что колония бактерий обладает разумом. Они захватывают живые организмы и управляют ими.

— Как машиной, что ли? — ухмыльнулся Мишка.

— Я повторяю ещё раз, — сухо ответила Карина. — Хотите знать больше — считайте данные с чипа. Я и половины не поняла из того, о чём там говорится. Сами понимаете, язык там… — Подруга покрутила пальцами в воздухе. — Ну это ладно. Вы здесь зачем?

— За тобой, — прямо ответил я. — У нас тоже не всё хорошо. На Монолите крот, и у меня приказ вернуть тебя на базу.

— Ха-ха-ха, — грохнула от смеха она, и мы удивлённо уставились на подругу.