Имперский Хранитель. Том 5 (СИ) - Ра Дмитрий - Страница 46

— У нас гости с тыла! — Гром разворачивается на сто восемьдесят градусов. — Человек восемь! Штурмовая группа в тяжелой броне!

— Прикрыть командира! — рявкает старший спецназовец.

Коридор взрывается грохотом. На нас прет свежая смена орловцев — спешно, однако, подтянули резервы. Гром и спецназ вступают в жесткую перестрелку, которую я не вижу, но слишком прекрасно слышу. Катя, судя по свисту воздуха, закручивает воздушный вихрь, и отправляет по адресу, валя передних нападающих на пол, раскидывая их по стенам. Я уже говорил, что даже немного жаль эти девственные полы и стены, не знавшие ни крови, ни даже царапин?

Сам я застрял у двери. Прерываться сейчас нельзя, если отпущу нить, Орлов, будем считать, что это всё-таки он, запечатает замок как-нибудь посильнее, а нам зачем такие сложности?

— Артём, долго ты там еще будешь ручки крутить⁈ — кричит Гром сквозь грохот автоматов.

— Не отвлекай, я ищу уязвимый пункт в его характере! — рычу я в ответ.

Орлов с той стороны прет как танк, формируя нить за нитью взамен каждой мной разорванной. От напряжения у меня начинают дрожать колени. С обычным «Разрывом» или простым «Расторжением» я не поспеваю — он мгновенно восстанавливает структуру.

Ладно, уговорил. Меняю тактику. Ты этого хотел — лови позитив!

Глава 23

Нет, ну я не спорю: замок этот — ну просто загляденье. Видно, что дизайнер старался, чтобы любой заходящий сразу понимал — здесь сидит солидный человек с амбициями. Правда, этот солидный человек забыл главную мудрость: чем сложнее замок, тем веселее Посреднику менять в нём правила.

Захватываю красную Орлова нить и применяю старую добрую «Подмену договора». Это уже теперь не про уничтожить его связь с дверью — меняю один пункт в его же собственном заклятии. Вшиваю туда мелкое искажение: заставляю магический замок воспринять импульс Сергея как его же команду на экстренное разблокирование створок.

Орлов по ту сторону двери продолжает давить магией, думая, что укрепляет защиту, а на самом деле своей же собственной силой срывает запоры!

С той стороны слышится приглушенный мат Орлова — его шарашит эфирной отдачей от сорванного мной его первоначального заклятия. Индикатор на двери вспыхивает зеленым, внутри тяжеленной конструкции со скрежетом и шипением срабатывают гидравлические приводы.

— Готово! — отряхиваю я руки друг о друга.

В этот же момент Гром и спецназовцы отправляют в тоннель последние автоматные очереди, окончательно заваливая проход орловцами, и разворачиваются ко мне.

Тяжелые створки с металлическим гулом уходят в стены, открывая перед нами пространство командного пункта.

Мы врываемся в огромный зал, и зал этот впечатляет. Командный пункт больше всего похож на главный офис какого-нибудь зажравшегося IT-гиганта. Мигающие экраны с картами Москвы и Подмосковья, ряды черных серверных стоек уходят в потолок, под ногами — фальшпол с аккуратно уложенными пучками кабелей, а кондишна тут столько, что можно запасать в банки. Сразу видно, куда уходили налоговые отчисления половины губерний: не на дороги и больницы, а вот на этот самый климат-контроль для одного обиженного на жизнь аристократа.

Спецназовцы сразу рассыпаются веером, четко, по фэншую. Прямо по центру, вальяжно опершись на консоль главного терминала, нас дожидается сам Сергей Орлов.

Он же брат Глеба. Он же полевой командир четвертой расы, человек, который едва не утопил Империю в крови.

Вид у него — хоть сейчас на обложку журнала под заголовок «Успешный злодей подмосковного разлива». Китель отутюжен, сапоги блестят так, будто их два часа полировал отряд личных адъютантов, поверх кителя — пластины темного доспеха, испещренные рунами, а в левой руке — массивный сферический артефакт, пульсирующий фиолетово-черным светом.

— Оценил позу, — вполголоса замечает Гром, приседая за ближайшей стойкой сервера и наводя ствол. — Встал-то как. Словно на трибуне в Манеже.

— Пришли-таки, крысы, — голос Сергея гремит на весь зал. — Думали, раскололи кристалл — и всё? Вы ничто. Грязь под ногами нового порядка!

Из-за моей спины выходит Глеб. С пистолетом, который, правда, слегка дрожит, будто аристократу тяжеловато его удерживать, взгляд прикован к брату.

— Ты убил отца, Сергей, — тихо, но с неприкрытой ненавистью говорит Глеб. — Я знаю. Я видел записи из его кабинета. Ты задушил его своими руками, когда он отказался отдать тебе коды управления Родом.

Орлов даже не вздрагивает. Он медленно переводит взгляд с меня на брата, и на его лице расплывается снисходительная ублюдочная гримаса. Он громко хохочет:

— Отец был слаб! Он был слизняком, который цепляется за старые догмы, как, собственно, и ты! Я освободил его от бессмысленного существования. И я хотел, чтобы ты знал это, Глеб! Хотел, чтобы ты мучился каждой секундой своей никчемной жизни!

— Слушай, Сергей, — подаю я голос. — Извини, что перебиваю. Эта твоя драма, этот твой монолог… Скажу так: текст красивый, персонаж, которого ты играешь — на пятерку, а вот сценарий — хрень. Кстати, ты этот монолог один перед зеркалом репетировал или тебе референт из четвертой расы помогал?

Орлов мельком скашивает на меня свои темные глаза. Улыбочка у него слегка дергается.

— А, Серпов, — хмыкает он. — Посредник. Освободитель нищих и убогих. Думаешь, сорвал пару наших трансляций и притащил сюда этот сброд, и стал фигурой? Ты… ты… Ты просто мелкая помеха.

— Помеха, которая списала твой подсектор Б-4 в утиль, — напоминаю я. — И, между прочим, чтоб ты знал, прими это как жест заботы от меня — твой бюджет на коммуналку здесь просто астрономический! Наш Петров, если б увидел эти серверы, сначала заплакал бы от восторга, но потом удавился бы от сумм в чеках за электричество.

Сергей разводит руками, словно проповедник перед паствой, и продолжает вещать, не замечая моих комментариев:

— Вы на пороге нового порядка! Вы так держитесь за этот мир? За что⁈ За гниль, за болото, где старые Роды дряхлеют в своих имениях? Точнее, дряхлели, пока мы не открыли двери настоящей силе!

— Ага, знаем мы эту силу, — бурчит Гром из-за сервера. — Воняет плесенью. Мы такую на даче в компостной яме каждую весну травим.

— Ты смотри, Глеб, — говорю я вполголоса. — Только глянь, как расцвел твой брат. Такому артисту не в подвалах «Детского мира» прятаться — сцена Императорского театра по нему рыдает. Там вот такого эпотажа как раз не хватает. А тут прямо-таки концентрат.

Воздух перед Орловым на секунду идет мелкой рябью — это так щит его лагает. Отлично. Раздраженный маг — это маг, который начинает косячить.

Глебу, правда, не до шуток. Он стоит рядом со мной и тяжело дышит. Взгляд прикован к лицу брата.

— Ты задушил его, Сергей. Ты убил отца…

— Я же сказал — он был слизняком! — не выдерживает Орлов, и сфера в его руке начинает гудеть так, что экраны некоторых мониторов идут трещинами.

— Я убью тебя, — выдыхает Глеб и поднимает ствол.

— Не торопись, — я кладу ладонь на плечо Глеба. — Сделаем это вместе.

Сергей Орлов не ждет. Он вскидывает артефакт, и из фиолетовой сферы с ревом вырывается огонь. Плотный вал огня, уж не знаю, магического или настоящего, проверять не хочется.

— «Сфера»! — ору я, вскидывая обе руки.

Огонь с грохотом врезается в мой барьер. Удар такой силы, что ноги едва не уходят в пол, а в глазах на секунду темнеет. «Сфера» трещит, удерживает, но я скажу, что так по ней ещё никто не лупил. Пули, гранаты, чем там ещё нас пытались гасить — детский лепет. Ощущение такое, будто я попытался сходу отбить ракеткой летящий на двухстах километрах в час бетонный блок.

Огонь стекает по прозрачному барьеру алой жижей, выжигая на полу черные полосы.

Ясно одно, что Сергей — не просто заносчивый аристократ, он первоклассный боевой маг с огромным практическим опытом, не говоря уже о том, что он накачан иномирной энергией под завязку.

— Ты думал, я просто чиновник, Серпов⁈ — хохочет Сергей, поднимая обе руки. Вокруг его пальцев закручиваются тугие жгуты фиолетово-золотого пламени. — Я — архитектор нового порядка! Я перешагнул через слабаков вроде нашего отца, через императора, через весь ваш гнилой Совет!