Имперский Хранитель. Том 5 (СИ) - Ра Дмитрий - Страница 12

Новиков не играет. Он мечется от окна к столу и обратно, словно его завели на пружине — лицо серое, на лбу испарина, пальцы нервно перебирают край жилета. Этот маятник Новикова скоро сломается, если он не сядет. Я уже хочу предложить ему стул, но боюсь, что он начнёт метаться вместе с ним.

Он замечает меня, замирает на мгновение, а потом бросается навстречу:

— Ну? Склад? Там чисто? Ничего не взорвали?

— Чисто, — отвечаю, стряхивая невидимую пыль с куртки. — Три диверсанта, один из них — твой подменённый охранник. Все нейтрализованы. Склад в целости, Борис.

Он выдыхает с таким облегчением, будто, помимо чуждых ему иномирцев, там у него хранится нечто ещё, гораздо более ценное для него. Он не садится, а буквально стекает на стул, словно у него вынули все кости.

Воронцов, не поднимая глаз, хмыкает:

— А мы тут коротаем время. Княгиня предложила бридж, но Шереметев сказал, что бридж — игра для тех, кто может просчитывать на три хода вперёд. А мы сейчас, если честно, едва просчитываем на один выстрел. Так что домино — нагляднее.

— Я сказал, что в бридже слишком много правил, — поправляет Шереметев, аккуратно ставя костяшку. — А в домино правила простые: кто первый закончил — тот и победил. Как в жизни. Только без пуль.

Мещерская поправляет сползшую шаль — но не накидывает обратно, а только перехватывает пальцами край, словно раздумывая, не снять ли совсем. Смотрит на меня с лёгкой улыбкой, которая, как я уже очень хорошо знаю, обещает ровно столько же проблем, сколько тварь на капоте.

Ветров, сидевший за планшетом, подходит ко мне. Говорит негромко, чтобы не привлекать внимание всех:

— Извини, дрон я увёл на подзарядку. То, что там происходило ранее, я успел заснять. Но ты, я думаю, и сам всё уже видел, и даже поучаствовал.

— Благодарю за помощь, — киваю я. — Справились, ничего сложного.

Если не считать того, что я чуть не остался без головы из-за серпа, а потом мы прорывались через засаду и получили тварь на капот. Но для отчёта я сказал абсолютно верно — да, ничего сложного: аристократам не нужны подробности, им нужен результат.

Воронцов, не поднимая головы, бросает костяшку на стол:

— Садись, ешь. Ваша госпожа Клавдия Петровна кормит куда лучше, чем в моих владениях. Передай ей, что я оценил.

Только сейчас замечаю, что на столе также стоит одинокая тарелка с супом — видимо, для меня, остальные, по ходу, уже поужинали. Сажусь за стол, суп ещё тёплый, очень и очень кстати. И ещё кстати то, что суп и правда отличный. Клавдия Петровна, кажется, единственная, кто не пытается меня убить или использовать в своих целях.

Мещерская наклоняется к столу, и шаль окончательно сползает с плеча, открывая тонкую бретельку платья.

— Артём, — говорит она с той же улыбкой, — вы, кажется, принесли нам не только хорошие новости, но и дождь.

Я смотрю в окно. Дождь поливает двор, и я вспоминаю, что оставил в джипе приоткрытое стекло. Впрочем, джип и так насквозь прострелен и измазан тварью — вода сильно хуже не сделает.

Мы продолжаем совещание. Шереметев откашливается и говорит:

— Нам нужны деньги. На оружие и топливо. Полагаю, никто не станет спорить.

Новиков хмурится, Воронцов отодвигает костяшку.

— И откуда же мы их возьмём? — спрашивает князь.

Шереметев смотрит на него спокойно:

— Формально мы — временное правительство. А значит, формально мы имеем доступ к резервам Госбанка. Вопрос только в том, кому мы это прикажем исполнять. Потому что по факту — исполнять некому.

Воронцов хмыкает:

— Ты предлагаешь просто взять?

— Да, я предлагаю взять. Потому что, если мы не возьмём, до них доберётся какой-нибудь Орлов, кем бы он ни был. Или просто разбегутся по карманам.

Новиков пожимает плечами:

— Бумаги мы подписать можем. Дальше — вопрос, кто поедет в банк. У нас есть люди, у которых есть ключи?

— У меня есть человек, — говорит Шереметев. — Бывший казначей, он сейчас в моём поместье. Знает, как открыть сейфы.

Они обсуждают это так, будто решают, кто сходит в магазин за хлебом. Но по сути так оно и есть. Правительство, которое само себя назначает, само же идёт брать свои деньги. Потому что больше некому.

— Берите, — говорю я. — Всё, что сможете вытащить, пустим на дело.

— Господа, — окликает нас Ветров, — Волкова, наконец, вышла на связь. Я подключаю её.

Через секунду на планшете в центре стола появляется Варвара Волкова — освобождённая после переворота, одна из ключевых фигур временного правительства. Она за столом в каком-то кабинете, держит в руке лист бумаги. Волосы у неё собраны в пучок, но половина уже выбилась, воротник рубашки расстёгнут на две пуговицы, и она сидит, подавшись вперёд, будто готова встать прямо сейчас и побежать.

— Прошу прощения за задержку, — говорит она. — Связь ни к чёрту. Господа, Воронцов, Шереметев, Новиков, Артём — вижу, вы уже в сборе. Княгиня, рада вас видеть.

Воронцов хмыкает, отодвигает костяшку:

— Варвара, вы выглядите так, будто не спали со вчерашнего совещания. А оно было долгим.

— Долгим, — соглашается она. — И бесполезным.

— Тогда скажите мне сейчас, что с гарнизоном на юге? Они так и не присягнули временному правительству?

— Нет. — отвечает Волкова. — Они подчиняются только тому, у кого есть патроны.

Новиков спрашивает быстро:

— А что с водоснабжением на юго-востоке? Мне вчера докладывали — перекрыли насосную станцию. Мои люди не могут пробиться, чтобы проверить.

— Перекрыли, — кивает Варвара. — Орловцы, полагаю. И хорошо, что только перекрыли, оборудование должно быть цело. Если выбить их оттуда, станция заработает.

— Хорошо, — говорит Новиков. — Я попробую собрать группу. Как всегда, нужны люди и патроны к ним.

Воронцов добавляет:

— У нас тоже не сладко. Мои люди сообщили, что Орлов стягивает силы к Садовому кольцу. Если он пойдёт на прорыв, нам придётся отступать.

— Отступать некуда, — жёстко говорит Волкова. — Мы держим центр. Если сдадим Садовое — он перекроет нам все пути к продовольствию.

Шереметев поднимает голову:

— Варвара, что с гражданскими на восточных постах? Они уже вторую неделю стоят и пытаются пробиться в центр. Мы не можем их пропустить — не знаем, кто из них нормальный, а кто подменён. Проверять некому. Артём не может быть везде и сразу.

Волкова кивает:

— Я знаю. Они бегут с востока — там уже нечем дышать. Твари выходят из разломов. Воды нет, еды нет. Те, кто остался, либо уже мертвы, либо прячутся в подвалах и ждут смерти. Центр для них — последняя надежда. Но вы делаете всё правильно. Нельзя никого, даже их впускать без проверки. Но и если не пустим — они погибнут. Понимаете, господа, ситуация так себе с любой стороны. И сейчас у нас нет решения по этому вопросу.

Шереметев откидывается на спинку стула и больше ничего не говорит.

Я выжидаю паузу. Что ж, если пока все вопросы заданы, то теперь время задать главный вопрос.

— Варвара, я буду краток. Мне нужна армия. Кто сейчас командует войсками в Москве и как с ним связаться?

Она чуть наклоняет голову и вздыхает.

— Генерал Кузнецов, — говорит она. — Старый, упрямый, недоверчивый. Он не верит никому, особенно аристократам. И особенно тем, кто приходит к нему с просьбами. Он боится подмены, и у него есть на то основания.

— Значит мы можем пообщаться с генералом, — говорю я. — Отличать подмененных — это как раз моя работа.

— Я знаю, — отвечает она. — Что ж, могу попробовать организовать встречу. Сразу скажу, именно это он и поставит тебе как условие для продолжения вашего знакомства — ты должен будешь проверить его людей. Каждого. Докажешь свою полезность. И слава богу, если этого Кузнецову хватит от тебя. Скорее всего, потребует что-то ещё. О, можешь быть уверен, он будет проверять тебя жёстче, чем ты проверяешь своих людей!

— Когда? — спрашиваю я.

— Я сообщу. Пару дней думаю. Я постараюсь быть там тоже лично, чтобы он также видел, что я тоже не подменена.