Пока бьётся моё сердце - Закалюжная Людмила - Страница 3

– Правда? – жалобно произнесла я.

– Да, – кивнула Веста-аджан и, приобняв меня за плечи, снова повела к белокаменному коттеджу. – Но теперь мой дом здесь, и твой тоже.

"Я никогда не забуду родных. Маму, отца, Злату. Если представится возможность их навестить, то обязательно это сделаю", – твёрдо решила про себя, а Веста-аджан продолжала:

– У полубогинь очень много разных занятий, и скоро ты перестанешь скучать по семье. К тому же ты не единственная моя ученица.

Заметив мой удивлённый взгляд, наставница рассмеялась:

– Сегодня у тебя день открытий! Поспешим, я познакомлю тебя с Ликой. Она прошла уже половину обучения.

Едва мы оказались у широкой лестницы, как стеклянные двери распахнулись, и на крыльцо выбежала рыжеволосая кареглазая девушка. Она радостно взвизгнула, широко улыбнулась, и я заметила ямочки на её щеках.

– Привет! – крикнула красавица, с разбега обнимая меня, словно мы были знакомы тысячу лет. – Я Лика! Мари! Как здорово, что ты теперь с нами!

– Лика! Вспомни себя, не нападай так на Мари, – попросила наставница. – Лучше покажи названой сестрице дом.

– Хорошо, Веста-аджан, – воскликнула рыжеволосая красотка и, взяв меня под руку, быстро повела внутрь коттеджа.

Взволнованная и обескураженная, я не спорила. Даже в мечтах подобное трудно было представить, а в реальности тем более. Казалось, что всё это сон. Красивый и яркий.

Лика устроила мне подробную экскурсию по дому. Меня поразили огромные окна без штор. Солнце заглядывало в каждое из них, заливая комнаты тёплым светом. На первом этаже – кухня, столовая, а ещё гостиная. На втором – спальни учениц и Весты-аджан. К каждой комнате прилагалась ванная, гардеробная и кабинет.

– Веста-аджан, наверное, очень богатая? – с благоговением поинтересовалась у Лики.

"Иметь собственную ванную — это большая роскошь", – думала я. В нашей деревне не было такого ни у кого, только в большом городе, где проживала старшая сестра матери, имелась маленькая ванная и туалет. Мы же мылись в бане и ходили "по делам" на улицу.

Девушка заливисто захохотала:

– Мари, наша наставница сама всё это сотворила. И когда ты закончишь своё обучение, тоже сможешь создавать многие вещи. Даже такие, как собственный дом на любой планете, где захочешь.

– На любой планете? – удивлённо спросила я. В деревенской школе мы учились писать, считать. Нам рассказывали историю нашего королевства и близких соседей, но про другие планеты… никогда. Мы знали, что есть Солнце, Луна и звёзды. Но я даже не представляла, что можно жить где-то ещё, кроме Земли.

Лика лукаво взглянула на меня и продолжила объяснять:

– Вселенная всегда предпочитает советниц с планеты Земля. Считается, что чистые души выбирают самую трудную судьбу, а человеческая жизнь полна опасностей. Нашей наставнице в своё время здесь очень понравилось, и поэтому она отдала предпочтение планете Хаумеа. Мари, существует много разных планет и измерений во Вселенной. Мы, советницы, перемещаясь, можем оказаться в любом месте, а пра-аджан и в любом времени.

– Неужели я тоже буду перемещаться? Не верю.

Мне казалось всё это невозможным. Рукой провела по бархатному покрывалу и осторожно присела на мягкую кровать с балдахином. "Такое богатство наверняка было лишь у принцессы нашего правителя", – восторженно подумала я, оглядывая спальню. Лика сказала, что теперь это моя комната.

– Научишься, – заверила названая сестра.

– Скажи, Лика, а все советницы такие… красивые, как вы? И зачем Веста-аджан надела этот плащ? Почему вместо лица у неё была темнота? Бррр… не понимаю.

Лика хитро усмехнулась и присела рядом со мной.

– Сколько вопросов! Ты всё узнаешь в своё время. Веста-аджан обязана тебя научить всему, что знает сама. Ты ей теперь как дочь, а мне – младшая сестра. Наставница несёт ответственность за каждую из нас. С неё спросят, если мы оступимся, – серьёзно закончила Лика.

– Это как? – успокоившееся сердечко вновь забилось от страха.

– Нарушим правила.

Полубогиня спрыгнула с кровати и подбежала к зеркалу, размером во всю стену. Она закружилась, и её изумрудное платье сменилось на красную юбку и белую блузку. Девушка повернулась ко мне, подбоченясь. Длинные рыжие волосы рассыпались по плечам, а на голове появился венок из полевых трав, карие глаза задорно блестели. Вдруг показалось, что красивое виденье сейчас исчезнет, и я проснусь. Слишком всё было нереальным. Волшебным.

– А правил… много?

Неизвестность пугала больше всего. Но Лика не успела ответить: открылась дверь и в спальню заглянула наставница.

– Мари, я предлагаю тебе принять ванну, немного отдохнуть, а после переодеться в новое платье и спуститься в столовую. За ужином я отвечу на все твои вопросы.

– Хорошо, Веста-аджан.

Я попыталась улыбнуться, но плохое предчувствие не отпускало. Вспомнилась папина поговорка: "Бесплатный сыр лишь в мышеловке". С осторожностью теперь рассматривала роскошную спальню. Вокруг были изумрудные и белые тона. Мои любимые цвета. Но откуда Веста-аджан могла знать об этом?

Конечно, с одной стороны, было приятно осознавать, что меня здесь ждали, но с другой – я не понимала, куда попала, и богатство, к которому не привыкла, больше пугало.

Я откинулась на подушки. Какая всё-таки мягкая перина, воздушная, невесомая. Взглянула на огромное окно, через него открывался дивный вид на поляну.

– Я будущая советница, – прошептала, ощущая, как обожгло огнём щёки. – Советница Мари.

Закрыла лицо руками. Не верилось. До сих пор не верилось. Пора осмотреться. Быстро соскочила с кровати и побежала в гардеробную.

– О! Вселенная! – с восторгом пискнула.

Сколько платьев, туфель, сумочек всяких цветов, фактур, форм. Даже закружилась голова от всего этого разнообразия.

Следующей была ванная комната. Чуть не завизжала от восторга, когда увидела белоснежную ванну, прямоугольное зеркало, которое занимало всю стенку над умывальником. Сама комната была оформлена в нежно-розовых тонах.

Новые ощущения и восторг вытеснили из моего сердца печаль и тоску по родным. Плохое предчувствие ушло вместе с мыльной водой. Лёгкая усталость разлилась по телу, я легла на широкую кровать, и сама не заметила, как заснула. Мне приснился чудесный сон: солнечная поляна с радужными цветами. Я подбегала к каждому бутону и вдыхала дивный аромат. Проснулась неожиданно, просто открыла глаза. Долго лежала, наблюдая за лучами заходящего солнца, они окрашивали комнату в розовые оттенки. Жгучая тоска охватила сердце, и я стала задыхаться от одиночества. Стены давили, пространство словно уменьшилось, и казалось, что сейчас рухнет потолок.

Но тут раздался стук в дверь, и Лика заглянула в комнату.

– Мари, – тихо позвала меня названая сестра, – ты не спишь? Ура! Не спишь!

Девушка так заразительно засмеялась, что я не выдержала и широко улыбнулась ей в ответ, украдкой вытерев слёзы. Лика болтала о всякой чепухе: о погоде на планете Хаумеа, о необычных растениях и животных. Я особо её не слушала, но кивала, как мне казалось, в нужных местах.

Лика помогла мне выбрать платье и туфли без каблуков, накрутила локоны и уложила мои волосы в высокую причёску. В зеркале я увидела не пятнадцатилетнюю девушку из деревни, а принцессу в кремовом шёлковом платье с тонкими бретельками. Лика, пока я разглядывала себя, переоделась в нежно-голубой наряд с пышной юбкой и корсетом. Её туфельки на высоком каблуке громко цокали, пока мы спускались по лестнице.

В столовой уже был накрыт стол. У меня побежали слюнки от вида жареных окороков, овощных салатов, фаршированной рыбы. В животе требовательно заурчало, и я поняла, как сильно проголодалась. Веста-аджан, в алом с открытыми плечами струящемся платье, знаком пригласила нас сесть за стол.

– Мари, ты кушай, а я начну рассказывать тебе про полубогинь. Вселенная выбирает девочек до пятнадцати лет, пожертвовавших своей жизнью ради другого человека. В восемь лет я спасла сестру: вынесла её из горящего дома. От многочисленных ожогов я бы умерла, но Вселенная выбрала меня.