Укротитель Драконов 4 (СИ) - Мечников Ярослав - Страница 29

Я резко развернулся и побежал обратно вглубь деревни.

Высоко над головой раздался раскатистый клич. Я на бегу вскинул голову. Искра парил над хребтами. Звуком давал знать, что видит меня и не бросил.

И тут до меня дошло. Он закладывал вираж, складывая крылья, и шёл на снижение в центр деревни. На площадь у колодца — единственное широкое место, где можно сесть, не переломав крылья.

Люди на площади с воплями бросились врассыпную. Паника. У большого дома Барко оттесняет мальчишку Брена за дверь. Задвигает его спиной, сам остаётся на крыльце, сжав челюсти.

— Нет! — вырвалось у меня.

Открытая площадь — это тир. Если Искра сядет, охотники его расстреляют.

Я рванул к колодцу, под траекторию падающего дракона.

Вжик. Цок.

Каменная крошка брызнула в лицо. Болт ударился в сруб колодца возле бедра. Второй со свистом прошил воздух у уха. Охотники вошли в деревню. Били на бегу.

Я выскочил на середину площади, вскинул руки и замахал, показывая ладонями направление за переулок, в сторону амбаров.

— Дальше, Искра! Дальше! За дома!

Он был близко. Воздух волной ударил в грудь. Тёмный глаз дракона блеснул. Он распахнул крылья, тормозя падение, и взмыл над крышами. Так низко, что черепица посыпалась на снег. Дракон скользнул дальше. Сухарь пролетел следом.

Я нырнул за сруб колодца. Выглянул.

Охотники двигались перебежками, прикрывая друг друга. Впереди пёр здоровяк с молотом. Чуть правее, обходя дом по дуге, перетекал над снегом другой парень. Арбалет в руках, взгляд сканирует укрытия. До меня дошло. Гарь.

Тот самый, кто учил меня выживать во Мгле. Отдал заточку в знак признания. Теперь он пришёл за моей головой. Приказы Клана не обсуждаются, если хочешь выжить. Вот Гарь и выбрал выживание.

Оставалось лишь бежать.

Я рванул в сторону ближайшей постройки, рассчитывая проскочить в видневшийся за ней узкий проулок. Сзади снова грохнуло, и очередной стальный болт с треском раздробил каменную кладку буквально в паре сантиметров от моего плеча, обдав лицо холодной пылью.

Никогда раньше я не носился с такой сумасшедшей скоростью, заставляя тело работать далеко за пределами привычных человеческих возможностей. Однако сугробы играли на стороне преследователей: ледяной наст постоянно ломался под весом, ноги вязли в этом белом капкане, а мне приходилось выдирать их оттуда с диким хрипом. Я чувствовал себя загнанным волком, которого опытные охотники уверенно гонят на расставленные номера. И почему-то именно сейчас в голове всплыла абсолютно дурацкая мысль о том, что я ведь клятвенно обещал мелкому Брену вернуться обратно.

Оставалось продержаться метров пять до поворота. Спасительный угол был уже совсем рядом, когда за спиной раздался неприятный тупой шлепок.

Казалось, кто-то с размаху огрел меня по бедру тяжёлым дубовым поленом, после чего правая нога просто выключилась. Я с разгону рухнул на дорогу, сильно проехавшись лицом по мерзлой корке льда, и тут же попытался опереться на руки. Но тело перестало слушаться команд — мышцы стали мягкими, а обзор начал стремительно затягиваться серой пеленой.

Где-то далеко над крышами отчаянно заревел Искра, сопровождаемый тонким писком Сухаря. Ну хотя бы они успели уйти в безопасное место.

Собрав жалкие остатки сил, я заставил себя перекатиться на спину и уставился на торчащий из бедра длинный болт с характерным серым оперением.

[Системное уведомление: Критическая интоксикация нервной системы. Паралитический токсин на основе алкалоидов мглокорня. Из-за высокой дозировки сопротивление Закалённого подавлено. Полный отказ моторных функций ожидается через несколько секунд.]

Периферийное зрение уже отказывало, когда бойцы Клана неторопливо замкнули полукольцо вокруг меня. Из этой толпы выделился Гарь с опущенным оружием. Он подошёл вплотную и молча уставился на меня сверху вниз. Лицо оставалось совершенно бесстрастным, но в его позе угадывалось какое-то скомканное чувство вины за происходящее. Я попытался выдавить из себя едкую фразу напоследок, однако парализованный язык отказался шевелиться, а спустя мгновение темнота окончательно затопила сознание.

Из забытья меня вытягивало рывками.

Сначала сквозь вату пробился противный скрип слежавшегося снега под чьими-то тяжёлыми ботинками. Меня волокли куда-то по земле за шиворот, и от постоянной тряски желудок скручивало мучительными спазмами. Впрочем, даже на попытку проблеваться сил совершенно не осталось, поэтому я благополучно отключился во второй раз.

Затем до слуха долетели приглушённые обрывки чужого разговора. Я честно пытался разобрать смысл сказанного, но отравленный алкалоидами разум упорно отказывался превращать звуки в осмысленные слова. Осознав тщетность усилий, я сдался и позволил темноте снова поглотить меня.

В третий раз вынырнул из темноты уже окончательно. Хотя налитые свинцом веки не поддавались, слух более-менее сфокусировался, и я осознал, что лежу на чём-то твёрдом и неровном.

— … да нахрен бы нам нужен был такой псарь? — раздался хриплый голос… — Владыка стай, мать его. Два дракона у него. А сам даже уйти с ними не смог. Идиот. Из барака вылез, а мозги там оставил. Взяли, как слепого щенка.

После недолгой паузы наконец заговорил Гарь, и голос его прозвучал на удивление ровно.

— А ты сам подумай. Как он уйдёт? Нить у него с грозовым не встала толком, летать не может. Куда он улетит на одних руках? Деревня была для него единственным выходом.

Кто-то недовольно хмыкнул. Гарь продолжил:

— Сдох бы он там от холода. Драконам жрать надо. Мы знали, что он туда сунется. У него просто вариантов других не оставалось. Ошибся он в одном — не знал нашу скорость и то, что мы все наперед подготовим.

Гарь не выпячивал себя и не лез защищать предателя. Он просто объяснял факты, сохраняя авторитет альфы. В его словах я не был трусом или дураком, а просто проиграл в математике выживания.

Возразить другим на это было нечего, да и голоса охотников начали стремительно отдаляться, пока я в очередной раз не ушёл в забытье.

Очнуться заставил болезненный удар.

Меня небрежно швырнули в снег, и плечо с хрустом впечаталось в булыжник. Я дернулся на рефлексах, однако толстые верёвки на запястьях и лодыжках быстро напомнили о текущем положении дел — спеленали меня на совесть.

Лагерь вокруг буквально стоял на ушах. Отовсюду доносился треск ломаемых досок, лязг металла и отчаянные вопли драконов, которых загоняли куда-то ударами кнутов. В нос ударила адская смесь из запахов гари и характерной кислой вони Мглы. Судя по всему, руководство Клана в панике поднимало вольеры с Нижнего яруса на Средний, пытаясь спасти ценных зверей от надвигающегося Прилива.

Рядом снова захрустели шаги.

— Хорошо же его приложило этой дозой, — прогудел незнакомый басистый голос. — В таком виде он минимум сутки проваляется. Что с ним делать будем, старшой? Скинем в Яму?

— Эту Яму уже начало заливать мутью, — раздался в ответ знакомый холодный тон Пепельника. Железная Рука лично контролировал процесс. — Тащите его на площадь и привяжите к центральному столбу. Только посадите на нормальную цепь, потому что обычную веревку он рано или поздно перетрёт.

— Прямо к столбу? Так он же там околеет насмерть.

— Не околеет, Закалённые такой мороз нормально держат, — отрезал командир. — Выделите людей для постоянной охраны и глаз с него не спускать. А если его крылатые твари учуют запах и рискнут сунуться на площадь — сразу стреляйте на поражение. Он нам теперь как приманка.

Заскрежетали цепи. Меня ухватили за ворот куртки и потащили по снегу.

Я приходил в себя долго.

Сначала прорезался слух. Треск костров, лязг железа, крики людей.

Я с трудом разлепил слипшиеся от инея веки.

Сумерки. Пронизывающий ветер гнал по площадке снег. Я висел у каменного столба. Руки заведены за спину, ноги стянуты. Токсин выходил из крови медленно. Оставлял после себя слабость и ломоту. Второй круг держал тепло внутри, но мороз драл лицо. Странно, но я не чувствовал раны на ноге совсем.