Ученица Тирана в Академии Ёкаев - Хармон Хэля - Страница 7

На по-мужски красивых губах наставника играла самодовольная усмешка.

– Форма тебе к лицу, – вдруг сообщил он, чем окончательно выбил меня из колеи, – идём в зал собраний. Присоединяйся к своему новому коллективу. Отчитаешься на закате. В моём кабинете, и Юми…

– Господин Ректор?

– Удар, от которого твой соперник даже не потерял сознание, серьёзно?! Просто прозор…

Он снова закатил глаза.

А я не удержалась и очень тихо фыркнула, пряча улыбку в кулачке.

– Простите меня, мастер…

Айрон хмурился. В глазах плясала усмешка.

– Поспеши…

Однако в зал собраний мы не дошли без приключений.

У высоких дверей нам встретился он.

Высокий и мощный молодой высший ёкай. Иссиня-чёрные волосы с алой прядью у лица, длинный хвост с расщиплённым навое на манер ножниц смертоносным кончиком. Ёкай был в таком же тёмно-синем кимоно, как все адепты мужского пола в Академии. Он оскалился…то есть улыбнулся, показывая нам удлинённые белоснежные клыки.

– Эвирей, младший брат Правителей Йомнара, – процедил Айрон, – мне не докладывали, что ты тоже здесь.

– Старшие братья решили, мне будет полезно, – приветственно кивнул Айрону Эвирей и звучно щёлкнул кончиками хвоста, затем перевёл хитрющий взгляд золотистых глаз на меня, – какая красавица с тобой, Безупречный… господин Ректор… Твоя наречённая… твоя мианесса?

– Моя. – после идеально выверенной паузы Айрон договорил, – адептка.

– Значит, красавица свободна? – мурлыкнул ёкай из, как оказалось, “королевской семьи ёкаев”, – я не прочь познакомиться ближе…

Иссиня-чёрный хвост ёкая накрутил в воздухе плавную восьмёрку.

У Айрона застыло лицо.

– Живо в зал, – процедил он, – здесь ты не младший атан Йомнара, Эвирей. Здесь все равны. Чтоб без ваших фамильных замашек! И кстати. Отношения между адептами… запрещены уставом.

– Разве? Не помню такого пункта в уставе, – всё ещё мурлыкал ёкай, не отводя от меня взгляда золотых глаз.

– Вы никогда ничего не помните, – проговорил Ректор холодно и размеренно, – у вас семейная… особенность. Чтоб я тебя рядом с этой… в смысле с какой-либо адепткой не видел. Ясно? Не слышу.

Ёкай помедлил и неспешно кивнул.

Глава 3

Юмина

– А тебе? – вдруг чуть не зарычал на меня наставник, – тебе ясно, Юмина? Никаких… отношений с однокурсниками, выходящих за рамки учебного процесса.

Я спешно покивала.

У Айрона были сложные отношения с хвостатыми ёкаями. Но те из них, что являлись в Храм, были по большей части доброжелательны. С правителями Йомнара – царства ёкаев – у Храма Безупречных был мир. Можно даже сказать, что отношения доброжелательные... но сам это понятие не особо вязалось с моим холодным наставником.

Айрон и, как я слышала, все Безупречные — скорее молчаливые одиночки, в то время как Высшие ёкаи с их хвостами (которые немного себе на уме) — полная противоположность Безупречных по поведению и темпераменту. Сколько раз Храм посещали делегации Высших ёкаев... столько раз и приходилось в Храме делать ремонт. Битые стены, снятые с петель врата, скол на главном алтаре, насколько мне известно, тоже оствил кто-то из высших ёкаев... как-то так. Вот такая была у них "дружба".

И как только речь заходила об условном противостоянии с высшими хвостатыми ёкаями, наставник Айрон становился раздражителен… в смысле ещё раздражительнее, чем обычно.

И однако же в гневе его речь скорее замедлялась, а звук голоса делался холоднее. Но это пугало даже сильнее.

***

Главная зала была вроде амфитеатра. На “трибунах” сидели адепты в форменных кимоно.

А внизу – на её “сцене” – расселись за длинным столом профессора.

За трибуной – возвышении в центре преподавательского стола замер ректор.

– Новый устав, – начал он без приветствия, – вы получите до заката. В течение следующих семи дней вы будете сдавать экзамены на знание различных его параграфов. За особенно нерадивыми адептами я пригляжу лично. Методичность и дисциплина. Порядок и взаимоуважение друг к другу. А также почтение к Ректору. Вот ваш новый курс. Извольте ему следовать. Иначе... пожалеете.

…Айрон говорил.

Если слушать только звук голоса и не вникать в смысл слов, то это всё звучало очень красиво и эффектно. Но если вникать… студенческая жизнь грозила стать чем-то очень скучным и морально тяжёлым. Я более менее знала всё, что он скажет.

Кажется, могла предугадать каждое следующее слово и его интонацию.

И мне они где-то глубоко в душе нравились…

Я любила порядок, который он везде наводил. Однако – самая капелька буйства жизни и красок – не повредит.

Капелька хаоса.

Потому и были натянутые отношения с высшими хвостатыми ёкаями – это не капелька, а целая бадья хаоса со щёлкающим хвостом. Они эмоциональные, взрывные, легко срываются в драку… очевидно, именно этим высшие хвостатые ёкаи и раздражали Безупречных – холодных и продуманных.

Огонь и лёд.

Кто-то подсел ко мне, сдвинув боком. Горячим даже через ткань кимоно. Получилась, что я невольно проехалась по скамье вбок, потеснённая непрошенным соседом. Ну ничего себе, нагло, вообще-то!

– Что ты… – начала было я, – ой…

– Мы не познакомились как следует, красавица. Я Эвирей, – оскалился в улыбке хвостатый ёкай, – я слышал, ты только приехала, но уже избила какую-то человечку. Правда, я был тогда в аудитории и сам не видел... Но я всегда не прочь хорошей драки… В мужском крыле у нас такое постоянно. Не думал, что девушки могут устроить подобное в общем коридоре! Шикарно…

Я улыбнулась ёкаю, но по скамье чуть дальше от него всё же отодвинулась. А то он прижимался ко мне половиной тела.

– Ты правда младший принц Йомнара? – осторожно спросила я.

Я гостила в Йомнаре как-то. Недолго. Но во дворце Эверея не видела. Хотя… если он и правда из той семьи – я знаю двух его старших братьев. Да и в храм они заезжали, чтобы сыграть свои свадьбы. В общем, фамильное сходство с братьями в чертах Эверея, пожалуй, читалось.

– Я не принц, а атан. Так у нас говорят. Младший атан. Но это примерно как принц у людей, да. Не стесняйся, – подмигнул мне золотым глазом ёкай, – после женитьбы двух моих братьев на человечках, у нас в Йомнаре предрассудки о людях запрещены на законодательном уровне.

Про предрассудки это, конечно, хорошо.

А вот то, что ёкай ко мне ещё немного пододвинулся – почему-то насторожило.

Лишь бы не схватил своим вездесущим мощным хвостом, лишь бы не…

– Адептка Юмина. Адепт Эвирей! Встать.

Голос ректора ударил по вискам.

Я подчинилась.

Эвирей лениво – с видом будто делает всем одолжение – но тоже выполнил приказ.

Лицо Айрона пугало. По нейтральному выражению, которое он изобразил – я без труда читала ярость. Всё же я давно его знала.

– Что обсуждаете, адепты? С нами не поделитесь? Что-то более интересное, чем новый устав?

Я отрицательно замотала головой

– Юмина быстро пересела за первый ряд, – процедил Ректор.

Я спешно принялась исполнять приказ. Ёкай Эвирей попытался было пойти со мной.

– Адепт Эвирей остаётся на прежнем месте, – чуть ли не прошипел наставник.

Пока я шла под пристальным взглядом всей огромной аудитории, полной адептов и профессуры, сделала ещё одно открытие. Больше половины девушек-адепток пялились на Ректора, подперев кулачками подбородки с совершенно осоловелыми влюблённым глазами.

Я даже услышала несколько восхищённых вздохов, а кто-то и вовсе томно протянул: “какой мужчина…”

И руки мои невольно сжались в кулаки.

Потому что... ох, ну потому что Айрон — Великий Безупречный! Что за неуважение?!

Но наставник Айрон, кажется, не замечал этого внимания.

Или, что вероятнее, ему было на него плевать.

Он не рассматривал людей в “романтическом” смысле…

Куда важнее Айрону было, чтобы всё происходило “по правилам”. Поэтому он не сводил с меня глаз, пока я спускалась на первый ряд. Удостоверившись, что я заняла свободное место, он окинул острым взглядом весь зал. Голос наставника вновь заполнил пространство: