Я не виновата, господин ректор! (СИ) - Боброва Елена - Страница 25

Второй кандидат в кураторы огненного новобранца — Вигго. Но новобранец девушка! Как бы абсурдно это не звучало. И как доверить ее любвеобильному дракону? Нет. Нужно другое решение.

Перевел взгляд на озадаченное лицо курсанта Гехарда. Он-то думал, что поймал злостную нарушительницу, а словил самую настоящую головную боль. А что, замечательная идея. Как раз будет занятие для этих четверых гуляк.

— В общем так, попаданке Беспаевой необходима регистрация. Курсанта Гехарда определяю куратором будущей курсантки боевого факультета, — тот возмущенно задохнулся, но ничего не сказал, а я добавил: — Ваши сокурсники вам помогут, — обвел взглядом притихших молодых драконов.

— Но, — одновременно произнесли Гехард и Беспаева.

— Никаких но, я и так опаздываю в штаб. Гехард, понесете попаданку на себе. Летите со мной. Проведу вас в администрацию, чтобы не было лишних вопросов, на обратном пути зайду за вами. Учтите, попаданка Беспаева имеет исключительное право обучаться в нашей академии. Да, прецедент, но древний амулет выбрал ее, спорить с древней магией не каждый осмелится, — глянул на ковер и вспомнил, как Руби обошла древнюю защиту моего кабинета, хулиганка.

— И что я как куратор должен буду делать? — курсант Гехард спросил сквозь зубы, его моя идея не впечатлила. Не мои проблемы. Нечего по ночам гулять, нарушая распорядок, а по утрам ловить попаданок и пропускать утреннее построение.

— Будете помогать сокурснице освоиться в академии и в нашим мире в целом, — ответил ему и обратился к девушке: — В вашем мире есть магия?

Та мотнула головой.

— Вот видите, начинать придется с нуля, курсанты. Но я в вас верю. И запомните, — добавил в голосе приказных ноток: — Курсантка Беспаева под защитой древней магии. Не советую девушку обижать. Вы четверо, наоборот, должны ее защищать. Всем ясно?

— Ясно, — нестройно ответили драконы.

— Отлично. Гехард, вылетаем. Кстати, Аделина, амулет не снимайте, пока ваша сущность не наполнится энергией этого мира. Иначе может затянуть в межмирье, а там верная смерть.

Девушка опасливо прикрыла амулет ладонью.

— Не стоит волноваться. Снять амулет можно только по собственной воле. Сдернуть его никто не сможет. Это ваша верная защита, и эти курсанты боевого факультета тоже, с ними вам предстоит учиться, — Вигго будет счастлив узнать, что на его факультете впервые за всю историю академии будет учиться девушка, да к тому же попаданка.

Полет в столицу выдался беспокойный. Попаданка распекала своего нового куратора, а он на нее рычал и все норовил уронить. Продолжалось это ровно до того момента, как я вышел из себя и нарычал на обоих.

Проводил парочку в администрацию, а сам отправился в штаб.

В штабе встретился с генералом разведки и получил неутешительную информацию: Теско освободить не получается, на его место назначен другой командир.

— Вы понимаете, что завербовать драконицу сможет только дракон! Представителей иных рас она и близко не подпустит! Разве то, что она раскусила идеально обученного, талантливого ведьмака и весьма умелого мага-разведчика, не натолкнула ни на какие мысли?

— Что же я сделаю? — развел руками генерал. — В разведку драконы не идут. Где я вам его найду!

— Есть один, — намекнул генералу.

— Неужели вы согласитесь⁈ — поразился он.

— Ради своей истинной и не на такое соглашусь.

Глава 29

Рубина

— Что за девушка? — спросила будто невзначай, усаживаясь в кресло.

— Всего-навсего утреннее происшествие. Но необычное. Почему ты спрашиваешь? — глаза Киллиана хитро блеснули.

— Не потому, что ты думаешь. Я вовсе не ревную, — дракон усмехнулся, а я прикусила язык. Никогда раньше не замечала за собой особой ревнивости.

— Значит, тебе повезло, — дракон сказал неожиданно серьезно. Он что, намекнул о собственной ревности?

— Поверь, все мои привязанности заканчиваются зельями и лабораторией, — хотела успокоить своего дракон, а получилось наоборот:

— Я заметил, — хмыкнул Киллиан, явно вспомнив наш первый поцелуй.

— Кил, — протянула я, чувствуя, что речь о лаборатории зашла не зря. — Я хочу признаться.

— В чем, Рубина? — ректор положил руки на стол и наклонился вперед, внимательно глядя мне в лицо.

— Насколько ты знаешь, Кил, я много экспериментирую. То зелье, что я хотела применить на Ананте, понимаешь, оно очень редкое, — принялась теребить складки своей юбки, опустив глаза. — У меня было всего два пузырька. Остался один. Зелье не просто приворотное, оно специальное, для драконов.

— Хочешь сказать, ты научилась обманывать драконье сердце? — по голосу было слышно, что Кил ни капли мне не поверил.

— Да, именно. В зелье были слезы радужной драконицы.

— Серьезно? Их же не осталось в нашем мире.

— Одна была, очень пожилая. Когда я вычитала в древнем талмуде по редким компонентам, что слезы радужной драконицы обладают редчайшими свойствами преломления, то сказала об этом Теско. Он смог разжалобить старушку и собрать слезы.

— И? — Киллиан проявил нетерпение, а все никак не могла собраться с духом и сказать главное.

Глубоко вдохнула и выпалила на одном выдохе:

— У меня получилось сварить зелье, которое заставляет дракона чувствовать истинного в том человеке, которого околдованный поцелует, выпив зелье, — надеялась, что ректор поймет, к чему я клоню, но он продолжал недоверчиво на меня смотреть. Пришлось продолжать мучительное признание: — Выпив зелье, дракон или драконица чувствует притяжение, желание найти истинную пару немедленно. Истинный должен запечатлеться через поцелуй, иначе дракон может сойти с ума.

— А после?

— После все, дракон запечатлен и им можно управлять. Мы хотели таким образом подчинить Ананту, но теперь зелье непонятно где, — я продолжала говорить, боясь сделать паузу. Хотела отвлечь Киллиана, но поздно. Взгляд ректора рассеялся, он ушел в себя, вспоминая и размышляя.

Замолчала, кусая губы. Ладони вспотели. Выражение лица ректора постепенно менялось. Сначала он явно размышлял, потом осознал, вскинул взгляд на меня, и я чуть не вскрикнула. Его глаза были черные. Зрачок затопил светло-голубую радужку. На меня смотрел не Кил, а его дракон. Красивое, точеное лицо мужчины приобрело звериные черты, на скулах проступила чешуя.

Когда я уже готова была подскочить со своего места и убежать с криками куда подальше, ректор закрыл глаза и откинулся назад на спинку кресла.

Он хмурился, внутри него сейчас шла нешуточная борьба. Мои глаза горели, слезы собрались в их уголках.

Страх уступил место стыду. Что я натворила! Загубила судьбу потрясающего дракона. Сначала генерал показался мне грубым и черствым солдафоном, но, когда он стал проявлять ко мне чувства, свою заботу, я осознала, что строгость — лишь его броня, закаленная военным прошлым.

Ректор очаровал меня своей заботой и вниманием, которых мне безумно не хватало после исчезновения брата. Я впервые за долгое время почувствовала, что не одна.

А теперь я теряю своего дракона. Пришло время вспомнить, что это не мой мужчина, и он мне не предназначен. Во всем виновата роковая случайность.

Пусть накажет меня, я заслужила.

Повинно опустила голову и позвала:

— Киллиан? Господин ректор.

Он не ответил. Решилась взглянуть на него. Ректор вдруг так резко открыл глаза, что я подпрыгнула на месте, схватившись за сердце.

Радужки дракона вернули нормальный оттенок. Но смотрели по-прежнему мимо меня.

— Я не верю тебе, Рубина, — хрипло проговорил дракон. — Не хочу верить. Но вот мой дракон. Он сразу чувствовал неладное, но не мог понять в чем дело. Ты сотворила невероятное, обманула природу дракона.

— Прости, простите меня оба. Я не хотела, чтобы так получилось, это была самая большая ошибка в моей жизни!

— Согласен, — ректор потер виски, снова прикрыв глаза. — Наша главная проблема в том, что мои чувства к тебе не изменились, — я всхлипнула, — зато я теперь понимаю, почему ты на них не отвечаешь.