Разбитое сердце Алеиды (СИ) - Султанова-Ус Евгения - Страница 57

— Что значит минус один? Мы должны найти его и вызволить из лап этих чудищ, — упрямо сказала она.

— Красотки, — промурлыкал Бьянко. — Они такие красотки.Он широко улыбнулся, но увидев хмурый взгляд Асанта, замолчал. Скрылся среди деревьев.

— Вызволить? Ты серьёзно? Он явно шпион Омбриэль, а ты хочешь кинуться на его спасение? Забыла, что королева казнить нас хотела, а тебя бы посадила в клетку?

Асант был возмущён до глубины души. Как Мариса может желать подобного? Она ведь прекрасно знает, что собиралась сделать с ними королева эльфов. И вряд ли её планы изменились. Асант ни в коей мере не доверял Туину, яростному стороннику королевы. То, что его теперь с ними нет, только им же и на руку. А Мариса хочет пойти за ним? Немыслимо!

— Какой ты эгоистичный, — фыркнула Мариса, топнув ножкой. Эви шепнула Барду, что у Марисы твёрдый характер, она не уступит Асанту в споре. Певец кивнул. Он знал из разговоров с Эви обо всех приключениях друзей. То, что королева эльфов точит зуб на Асанта и Бьянко, было не новостью. Однако, он не желал, чтобы королевский план привели в исполнение. Мариса и Асант спасли его от кровавой дамы. Он обязан им обоим. И что ему делать теперь, когда они сами оказались по разные стороны баррикад? Чью сторону занять? Делемма. Ссориться ни с одним из них не хотелось.

Эви и Бард стояли в стороне и наблюдали за спором Асанта и Марисы.

— Он спас мне жизнь, и я не брошу его в беде!

— Спас жизнь! Да он тебя в темницу препроводил!

— Он не хотел этого, между прочим, так и сказал!

— А что он там ещё тебе наговорил, когда вы танцевали? А?

— Это не твоё дело. Мы пойдём за ним!

— Чёрта с два!

— О, Бьянко тебя научил выражаться?!

— У нас и свои выражения есть! Например, упрямая ослица не даст водицы! А глупая девица, признать правду боится!

— Я значит глупая по-твоему!

— Именно так, у тебя нет ума! А ещё ты упрямая и невыносимая, - ворчал Асант.

Они парировали словесные удары друг друга ловко и красноречиво. Эви попыталась было вступить в переговоры, но Бард её отговорил.

— Подобру-поздорову останься здесь. Иначе и тебе попадёт. Это всё равно скоро закончится. Раскол может и не избежен, но им всё-таки ещё держаться вместе. Думаю, оба это понимают.

Из-за кустов появился Бьянко. Он ходил на разведку и ему было что сообщить друзьям. Увидев картину на поляне, он усмехнулся про себя. «Да, эта пара не заскучает вместе», — подумал он и подошёл ближе.

— Мяу, мрррр…

— Чего?

Двойное восклицание и раздраженные взгляды Асанта и Марисы на него не смутили кота. Он встал на задние лапы и сказал:

— Спором ничего не решишь. Мариса, куда указывали часы?

Мариса достала часы. Она засветились в сторону, где кончался лес.

— Воот! Ты хочешь пойти за Шохогом, так?

— Так, — Мариса гордо вскинула голову.

— А тебе Асант нужен осколок, — это был не вопрос.

— Я добежал до края леса. Вдали виднеется обитель тёмных эльфов. Ну, в общем тот замок на вулкане, о котором говорил Шохог. Думаю, гарпия унесла Шохога именно туда. А что, он хороший трофей для тёмных, как считаете?

Это было так.

— Но и осколок скорее всего там, — он улыбнулся. Да, если две цели в одном месте, то не избежать похода. - Если честно, я против Шохога, с удовольствием бы ещё пару раз выцарапал ему глаза, но...

— Нам всё равно предстоит идти туда, — прошептала Мариса. Асант застонал от досады и проигранного спора.

— Это точно за лесом, — кивнула Эви. — Я чувствую, оттуда так и веет мрачностью и темнотой.

— Так что хочешь ты или нет, — Мариса с торжеством посмотрела на Асанта. — А Шохога мы спасём. И заберём осколок.

Мариса была настроена воинственно. После боя, свидетелем которого она стала, что-то изменилось внутри неё. Их путешествие было совсем не сказкой. Сейчас она хотела только одного: скорее убраться из Амодиффа. Но для этого нужно найти осколок и спасти Шохога. И они сделают это.

Она натянула свой плащ, хорошенько прикрыла его, сжала часы в руке до побеления костяшек и двинулась вперёд.

— Ну что, вы так и будете стоять как замороженные? Или пойдёте выполнять миссию? — спросила она, не глядя ни на кого.

Она не знала, что их там ждёт. Но догадывалась, что ничего хорошего. Отступать Мариса не собиралась. А значит нужно сделать то, зачем они здесь. Ни больше, ни меньше.

Глава 49 Дорога перемен

Глава 49 Дорога перемен

Мама укрыла Сильви бордовым пледом и поцеловала спящую дочь в висок. Мариса, стояла у входа, теребя кулон в виде месяца, что висел на шее, и наблюдала идиллию со стороны.

Анна заметила дочь и мягко улыбнулась:

— Сильви уснула, пойдём?

Даже сквозь шёпот была слышна забота в её голосе. В Марисе поднялась волна возмущения и она развернулась, покидая коридор второго этажа.

В гостиной они опустились в кресла. Отца не было дома, он работал сегодня до самого позднего часа. Анна видела как встревожена её старшая дочь. Авария оставила след не только на теле Сильви, но и в душе Марисы. Но Анна, от природы наделённая добротой, мягкостью и пониманием, не винила старшую дочь ни в чём. Она боялась, что Мариса отдалится от них с мужем после аварии. Но дочь была прежней. Почти.

— Милая, я знаю как ты обеспокоена, — начала она, но Мариса перебила мать, что было ей совсем не свойственно.

— Мама, она меня всю дорогу отвлекала, хихикала! Я потеряла бдительность, а теперь все меня винят, что Сильви не сможет ходить, — девушка по-детски надула губы, а глазах мать прочла бунт.

Она поднялась с кресла и подошла к Марисе. Та подвинулась и Анна опустилась рядом с девушкой. Она обняла её за плечи, притянула на грудь. Мариса хоть и была раздражена, но от ласки матери не увернулась. Она зарылась лицом в её теплоту и заботу, по-прежнему теребя кулончик на шее.

— Никто тебя не винит, моя дорогая. Ни я, ни отец, ни Сильви, — ласково уверила она дочь. — Просто в жизни бывают обстоятельства, которые приводят к плохим последствиям.

— Вы с папой лишь говорите так, а на самом деле так не думаете, — возразила девушка. Она не верила, что мама и папа не винят её в аварии.

Тогда мама чуть отстранилась от Марисы, мягко подняла её лицо за подбородок, взглянула в глаза и произнесла:

— Я говорю искренне. То, что думаю. Родная моя, ты не виновата. Но знаешь, что я тебе скажу?

— Что? — Мариса всхлипнула. В глазах матери она прочла всю правду.

Мама улыбнулась ей:

— Сейчас у Сильви будет не простой период. Ты ведь понимаешь?

Мариса кивнула. Ещё бы не понимать! Сильви будет трудно смириться с тем, что ходить она больше не будет. Сильви. Такая жизнерадостная, весёлая, любительница побегать по лесам и саду… Мариса даже не представляла, что чувствует её сестра, осознавая, что в таком молодом возрасте она пожизненно прикована к инвалидному креслу.

— Так вот, я хочу, чтобы ты не отдалялась от неё. Только вместе вы сильны. Всегда были. Люди всегда сильнее вместе, чем по отдельности. Поэтому будьте рядом, поддерживайте друг друга как и раньше, и тогда всем нам будет легче пережить не простой период в нашей жизни.

Мариса с отчаянной верой посмотрела матери в глаза ещё раз. Любимая мама! Как же ты мудра, говорил её взгляд. Мама кивнула, словно прочтя мысли дочери. А Мариса тихо произнесла:

— Я буду с ней рядом.

Но Мариса Грант покинула отчий дом и уехала в Лондон.

Мариса открыла глаза. Сон, приснившийся ей, напомнил о вине, которую она признала лишь недавно. Стало так тоскливо и печально, что захотелось снова уснуть, чтобы совесть не грызла её душу. Но сон не шёл. Она оглянулась по сторонам. Бьянко, Эви и Бард спали недалеко от костра, а Асант сидел напротив неё и оттирал кинжал от крови гарпий и дарков.

С тех пор как они двинулись в путь, в обитель тёмных эльфов, в замок на вулкане, прошло около двух дней, по подсчётам Марисы. Дорога через лес была трудна. Он стал гуще. Тёмные дебри и непроходимые болота, с водой настолько горячей, что от неё шёл пар, встречались на их пути. Словно само провидение не желало, чтобы они добрались до своей цели. Часы по-прежнему показывали в нужную сторону, но путникам приходилось обходить болота и сложные участки леса. От этого путь казался длинною в вечность.