Измена. Отпуск с мачо (СИ) - Нокс Рокси - Страница 38

Машка учится серфингу. Тимофей научил её оседлывать волну. Я сначала переживала, мол, утонет дитё. А потом понаблюдала и пришла к выводу, что рядом с Тимом ей ничего не грозит. Вот такой вот он надежный мачо, глаз с нее не спускает, пока она на доске стоит.

Собираемся на дикий пляж и берем с собой минимум одежды.

– Она нам не понадобится, – загадочно говорит Тимофей.

– Что, совсем голые будем?

– Почти.

– Мне это уже нравится, – расцветаю в улыбке.

Оставляем наших гостей наслаждаться пляжем, океаном и вкусной едой. Тим велел своим поварам каждый день подавать на шведский стол праздничную еду. А сами едем на джипе в секретное место Тимофея.

Это офигенной красоты пляж! Почти нетронутый людьми. Здесь никого, только мы. Тим надевает на себя тазобедренную повязку:

– Элемент одежды гавайцев, – комментирует он.

– Но у тебя голый зад.

В самом деле, перед прикрыт, а сзади – нараспашку.

– А ты что, против? – сощуривается.

– Неа! Обожаю твою накаченную задницу, – впиваюсь ноготками в его тугие булки.

– Ау. Не царапайся, киска.

– Тогда не свети жопкой.

– Жду, когда ты посветишь. Раздевайся!

– Оох…

– Я тебе костюм Чунга-Чанги подготовил, – бросает в меня лифон, состоящий из двух скорлупок кокоса, и нитяную зеленую юбку. Помнится, у меня дома была похожая нитяная занавеска.

– Офигенный наряд. Мы – папуасы?

– Мы гавайцы.

Переодеваюсь в предложенный наряд, раз уж у нас тут костюмированная вечеринка намечается. Красотка! Но его повязка мне нравится больше – такой секси-шмекси дикарь. Руку только просунь – и можно пощупать хозяйство. А я обожаю его щупать… везде. Не только ТАМ.

А да, трусов мне не полагается. Поэтому доступ к моим интимным частям тела для него тоже открыт.

– Мы развратники, – говорю смущенно.

– Нам положено.

– Почему?

– Патаму шта любим друг друга.

– С этим не поспоришь.

Выкладываю на скатерть еду, и мы обедаем, наслаждаясь видом океана. Я счастлива, что снова на Гавайях, и в ближайшее время отсюда не уеду. Рожать, наверное, придется в Москве, но это еще не скоро будет. А может, и в местную клинику меня пристроит. Деньги решают всё.

– Ешь булочку, родная. Тебе надо хорошо питаться.

– От булочек попа будет толстая.

– Я тебя и жирненькой буду любить, честно-причестно.

– Ой, ну скажешь тоже. После родов буду стройняшка, клянусь.

– Ну, а пока – ешь.

Два чертовски крутых дня на диком острове в костюмах! Мы спим под открытым небом в обнимку, накрывшись одним пледом. Греем чайник на костре и пьем безумно вкусный чай с дымком. Купаемся в океане полностью обнаженными и занимаемся любовью до изнеможения.

Но пора возвращаться в гостиницу. К нашему приезду снова подготовлен праздник. Мы что, будем праздновать свадьбу неделю?

Нахожу маму и папу на пляже. Папа на лежаке в новомодных плавках греет пузико и пьет голубой коктейль из бокала на длинной ножке. Мамуля в широкополой шляпе и в ультрамодных очках читает журнал. Прикид им подбирала Оля – прямо не узнать эту деловую сельскую парочку.

– Ну, как вы тут без своих кур? – спрашиваю, присаживаясь рядышком на песок.

– Папа уговаривает меня остаться здесь навсегда, – улыбается мама.

– А что, оставайтесь. Будешь помогать мне ребенка нянчить, когда родится.

– Ни за что не брошу свой огород, – говорит мама.

– У Тима есть сад. Будешь там копаться.

– Все это, конечно, прекрасно, но… Твой Тимофей, я хотела сказать, широкой души человек. Принял тебя, дочь, с тремя детьми. Таких мужчин больше нет, да, Вась?

– Мгм, – подтверждает папа, отпивая коктейль из трубочки. – Мой зять – самый охрененный.

– Да тише… ты, Вась! Выбирай слова при ребенке, – мама косится на играющую неподалеку Машуньку. Она вместе с братом стоит замок из песка.

– А шо, я ж не матерился.

Папа безумно боится маму. Она у нас рулит в семье. Улыбаюсь, слушая их беззлобную перепалку. Мне будет их не хватать. Часто не поездишь из Штатов в Москву, раз в год, может быть. Но они не останутся здесь, я это знаю. Уговаривать бесполезно.

Эпилог

Год спустя

Фей таки нафеячил себе сына – кто бы сомневался! Назвали Матвей – это по-нашему. А для местных он Мэтью, Мэтт. Ростом в папу пошел, это сразу видно, крупный малыш.

– На меня похож, – гордо говорит Тим.

– Один в один, – отвечаю, чувствуя, как в груди печет. – Блин, давай Матвея сюда скорее, у меня щас фонтан брызнет!

Муж передает мне сына, и я пихаю ему в рот сосок. Фух, успели! Я как дойная корова – молока вырабатываю столько, что на двоих, а то и троих хватит. Но наш богатырь спокойно опустошает грудь, а его папочка с интересом наблюдает за его перекусом.

– Ир, а Ир, – хитрым голосом протягивает Тимофей.

– Та-ак, этот голос не предвещает ничего хорошего. Говори, что надо. Если секса, то это только когда сын уснет.

– Не совсем.

– А что тогда?

– А давай еще дочку родим? Матильду?

– Да ты издеваешься! Просил сына – вот, получи и распишись, – вкладываю ему в руки пищащего от восторга сынулю. Он после моего молочка всегда радостный. Наверное, в нем много эндорфинов.

– А теперь еще дочку хочу. Вон даже имя придумал – Матильда Тимофеевна. Круто, да?

– Мгм.

Вот так и знала, что захочет еще детей, потому что он от них без ума. Тем более место у нас освободилось, наши старшие дети уехали в Нью-Йорк. Теперь там живут, учатся, работают. В гости часто прилетают.

Машку отдали в местную школу, и я диву даюсь, как она шпарит на английском и гавайском языке. И в кого она у нас такая умняшка? Гавайскому её подружка – пятилетняя соплюшка, живущая неподалеку от «Вулкана», научила. Даже ругательствам. Когда Тим сказал мне, что Машка матерится по-гавайски, я впала в ступор. Пришлось её отругать и побеседовать с родителями подруги.

– Так что? – не отстает Тим.

Пока я сидела, обдумывая его слова, он укачал Мэтта. Потрясающая у него способность ладить с детьми любого возраста.

Что мне стоить родить еще одного ребенка? Ну похожу годик толстой, подумаешь, – это никак не влияет на наш секс. Он у нас всегда яркий, даже на 9 месяце беременности. Не обманывал муж, когда говорил, что хочет меня любой.

– Ладно, будет тебе Матильда, – сдаюсь, и он страстно зацеловывает мне руки. – Как завершим грудное вскармливание с Матвеем, так сразу и приступим.

– Спасибо, родная!

– Но больше не проси детей!!

– Хорошо, не буду, – смеется.

– А то стыд. Скоро уже Олька нас бабушкой и дедушкой сделает, а мы тут своего ребенка планируем!

– Будем надеяться, что не скоро.

У Оли есть парень американского розлива. Привозила недавно на знакомство, за что ей большое спасибо. Теперь хоть знаем, с кем она делит жилище. Они вместе с Дейвом снимают квартиру. Вроде хороший парень, мне понравился.

Тимофей помог Роберту устроиться в то самое заведение, где выращивают гениев. Преподаватели хвалят его, обещают большое светлое будущее. Посмотрим!

Я горда за своих детей, что воспитала их достойными людьми.

Что касается бывшего мужа, то…

Мы как-то раз переписывались с Ликой. Я кормила среди ночи Матвея Тимофеича, и мне было скучно. Написала ей в соцсети и вот что узнала. У бывшего мужа всё хорошо. Они с Ликой поженились, детей пока нет. Оба много работают, чтобы взять квартиру в ипотеку. Завели собаню мелкой породы. С ней Егор и нянчится теперь, вместо ребенка. Одежду псинке покупает, косички ей плетет. Ну, каждому своё, как говорится!

Я не мстительная, а взрослая адекватная женщина, и считаю, что Егор расплатился за свои поступки сполна. Нет смысла его наказывать дальше. Пусть живет, пусть будет счастлив и благодарит Лику за то, что его спасла. Я в ней это сразу увидела – сердечную доброту. Так что ему крупно повезло с новой женой.