Аллей-уп. Том 2 (СИ) - Порошин Влад - Страница 1

Annotation

Баскетбол – это уникальная игра. Так во вовремя первых баскетбольных матчей к корзине из-под персиков прилагалась и настоящая садовая лестница, чтобы доставать заброшенные мячи. А ещё баскетбольный щит появился не как осознанная необходимость, а как ограждение против самых наглых болельщиков, которые, стоя на балконе, помогали любимой команде переправлять мячи в цель. Кроме того, только в баскетболе чемпионат Европы выиграла команда из другого части света, ей стала сборная Египта из Африки. И как вишенка на торте – только баскетболист, главный герой романа Михаил Юрьев, из 2018-го года смог приехать на электричке в 1975-й, где сборная СССР проводит турне по США, чтобы как следует подготовиться к предстоящим олимпийским играм в Монреале.

Аллей-уп. Том 2

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Аллей-уп. Том 2

Глава 1

Во вторник 4-го ноября 1975 года на утренней разминке на новенькой 17-тысячной спортивной арене в городе Блумингтон, штата Индиана, я волей-неволей напевал старенькую песенку: «Мы бродячие артисты, / Мы в дороге день за днем. / И фургончик в поле чистом, / Это наш привычный дом». Ведь сначала наша сборная СССР по баскетболу, частью которой я с недавних пор являлся, перелетела со спортивной базы Цахкадзор в Москву, затем из Москвы мы сделали перелёт до Парижа. Из Парижа, где мы проторчали почти сутки, команда перелетела в Нью-Йорк. Потом из Нью-Йорка в Милуоки. В этом городке наша баскетбольная дружина отыграла первый матч американского турне против местного университета и победила со счётом — 86:88.

И наконец, белый лайнер доставил нас в Индианаполис, из которого сборная на автобусе переехала в маленький уездный 45-тысячный Блумингтон. Так как именно здесь базировалась сильнейшая на данный момент университетская команда «Индиана Хузерс» или, если говорить на языке Пушкина — «Индианские хулиганы». Ей Богу, за прошедшие несколько дней наша сборная СССР по баскетболу пролетела столько километров, сколько я не налетал за всю свою прошлую жизнь.

Кстати, пару слов о своей жизни: родился я в 1998 году в городе Выборге. Мама при рождении назвала меня Михаилом. Фамилия же, за неимением отца, досталась от деда — Юрьев. И до 2018-го года моя жизнь была относительно спокойной — я учился в РГПУ и играл в баскетбол на первенство города. Пока в один прекрасный день не уснул в электричке сообщением Выборг — Санкт-Петербург, а проснулся на Финляндском вокзале города Ленинграда в 1975 году. И теперь я вынужденно скрываюсь под паспортом своего покойного двоюродного деда Михаила Фадеевича Юрьева 1954-го года рождения. Благо мы внешне во многом похожи. У меня точно такой же прямой нос, такой же волевой подбородок, серые глаза и тёмно-русые непослушные волосы. Вот только рост у дяди Миши, как я его всегда называл, был 175 сантиметров, а у меня — 195. Да и мышечной массы во мне было гораздо больше. И если его труп по весне случайно обнаружат на Выборгских болотах, то у меня могу возникнуть очень серьёзные неприятности.

— Шикарная арена, — восторженно высказался Иван Едешко, глядя на огромные ниспадающие трибуны и современное электронное табло под потолком. — Даже не верится, что это построено в городке, который меньше Воскресенска.

К этому моменту из всей сборной СССР на разминку вышло всего семь человек: Саша Белостенный, Серёжа Тараканов, Толя Мышкин, Гена Капустин, Володя Ткаченко, я и вот ещё появился один из наших прославленных ветеранов. Остальные парни, Александр Белов, Алжан Жармухамедов, Александр Сальников, Сергей Белов и Владимир Арзамасков, всё ещё отлёживались после перелётов и переездов. И главный тренер Владимир Кондрашин, понимая, что ребята устали, против свободного посещения этого тренировочного занятия не возражал. Впрочем и он сам, как и наш второй тренер Сергей Башкин тоже остались в номере досыпать. Хотя на трибунах уже скопилось порядка двух десятков корреспондентов и телеоператоров. Эти работники средств массовой информации терпеливо ждали, когда мы вдоволь набегаемся и набросаемся по кольцу.

— Насколько мне известно, Иван Иваныч, — обратился я к Едешко, — то в Штатах народ более мобильный, чем у нас в Союзе. Здесь почти у каждого своё авто. Поэтому приехать сюда из Индианаполиса и других окрестных городков — это не проблема. И я практически уверен, что здесь сегодня будет полный аншлаг.

После этих слов я взял баскетбольный мяч в руки и красивым броском с семи метров поразил кольцо.

— Давай ещё, Майк! — азартно крикнул Генка Капустин и принялся пасовать на меня мяч за мячом.

И мне просто пришлось под вспышками фотоаппаратов не уронить высокое звание советского спортсмена, и из шести попыток реализовать пять. Я бы и шестой мяч положил в цель, но слишком поспешил с броском. Однако и такой результат был встречен аплодисментами.

— Странно, что такой снайпер, как ты, не был никому известен до сего года? — хмыкнул Иван Едешко и тоже попытался поразить кольцо с семи метров.

Правда, оба его дальних выстрела не имели успеха. Поэтому Иван Иваныч по-хитрому улыбнулся в свои шикарные усы, и на третий раз провёл мяч вперёд и, выполнив красивый бросок крюком, наконец-то поразил баскетбольную корзину.

— Ничего странного, Иваныч, — возразил я, — служил на погранзаставе «Нарынкол». Могу показать военный билет.

Это был мой железный аргумент, когда возникали подобные разговоры — кто я и откуда? Даже сопровождавший нашу сборную сотрудник КГБ, Василь Василич, полагал, что я его человек. Ибо пограничные войска ещ с 20-х годов структурно входили поочёредно в состав ВЧК, ОГПУ, НКВД и КГБ СССР.

Тем временем Толя Мышкин тоже решил покрасоваться перед местной прессой. Он взял мяч в руки и с центра поля решительно повёл его на кольцо. А потом от линии штрафного броска сделал два шага, взмыл в воздух и, развернувшись на 360 градусов, шарахнул мячом в переднюю дужку. И американская пресса на трибунах тактично захихикала.

— Не вздумай такое показать во время игры, — улыбнулся я и увидел, что наши центровые Ткаченко и Белостенный филонят. Присели на скамеечку, о чём-то треплются и пьют воду. — Тканя, Белый! — прикрикнул я на них. — Встали под кольцо и отрабатываем обыгрыш спиной. Сначала один защищается, другой атакует. Потом наоборот. Напоминают как это делается: удар в пол, разворот на 180 градусов и бросок от щита. Давай-давай, подъём. В Союзе будете отдыхать! Гена, ты делаешь им передачи. Далее, Князь и Тарик на другой половине играют один на один! — скомандовал я Серёже Тараканову и Толе Мышкину, которые тоже немного расслабились.

— Нифигасе командир у нас нашёлся! — наигранно возмутился Мышкин. — А ты что будешь делать? — резонно заметил он.

— А я сегодня у вас вместо Кондрашина, — захихикал я и предложил Ивану Едешко тоже сыграть друг против друга.

«Ну вот, вроде все при деле. Не может наш народ без командира», — усмехнулся я про себя, когда мы с Едешко начали толкаться, играя на дополнительном тренировочном кольце, которое специально временно установили рядом с боковой линией ближе к центру площадки.

Крепкий коренастый уроженец гродненской области с первого же владения решил показать мне кто здесь хозяин. Он, владея мячом, со всей силы влепил корпусом в мою грудь. У меня даже на какую-то секунду сбилось дыхание. Однако когда Иван подобрался к кольцу, я успел выпрыгнуть и накрыть его бросок. И хоть мяч мне удалось зацепить лишь кончиками пальцев, этого оказалось достаточно, чтобы баскетбольный снаряд ударился в переднюю дужку и отлетел в поле, где я его и поймал.