Рюрик. Князь из будущего (СИ) - Марков-Бабкин Владимир - Страница 42

— Узнаешь его на экране?

— Не могу знать, товарищ командор. Я его никогда не видела. Но, узнать князя из толпы черни несложно. И, товарищ командор, прикажите команде мечи.

Замечание верное и по делу. Как-то мы расслабились.

— Дежурный. Команда по кораблям и Ладоге.

— Есть. Через две минуты картинка от аэроразведки.

Киваю.

— Принято. Сразу на большой экран. Преслана, ты нужна.

Она склоняет голову:

— Есть, товарищ командор. Я готова.

Наконец экран отобразил целую флотилию. Ладьи. Много. Цифры в углу экрана: «34». Поиск. Найти искомое несложно, зная логику построения. Скан трёх возможных вариантов. Вероятно, этот.

Преслана кивнула:

— Это он.

С экрана на нас смотрел властный и авторитетный старик. Да, тут трудно ошибиться. Вероятно, так и должен выглядеть князь. Интересно, а как должен выглядеть бог? Ну, точно не как я.

Жаль, что на коптере нет динамика. Было бы эффектно. Впрочем, его наверняка бы сбили стрелой. Обойдёмся без эффектов.

Да, коптер заметили. Даже несколько человек приготовили луки, но князь команду не отдавал, рассматривая чудо-птицу в вышине.

Первый контакт с реальным князем этих земель.Это не Мечислав какой-нибудь. Это настоящий правитель.

— Преслана, знает ли твой дед, как ты выглядишь?

— Примерно, товарищ командор. Он меня ещё в люльке видел. Но я на мать похожа фигурой, а лицом на отца.

Это проблема эпох до фотографии. Да появись у Гостомысла внучкин портрет, не факт бы что он её узнал. Одного и того же человека разные художники рисовали по принципу: «я так вижу, и заказчик хочет быть красивее». И каждый по-своему. До неузнаваемости. Особенно сейчас. А сходство с родителями всегда обманчиво.

Киваю.

— Понятно. Будем надеяться, что он тебя узнает.

— Это несложно, товарищ командор. Я знаю слова. И есть знаки.

Блин, я туплю. Конечно же, она «знает слова». Зачем им фотографии…

— Преслана, переоденься в своё. И всё что нужно для встречи с дедом.

Я сам не знаю, что там нужно. Но, она знает.

Преслана повернулась, и я сам для себя заметил, насколько нелепо в IX веке выглядит её камуфляж: он был частью нашего мира, нашей обороны, но тут он кричал «ты — чужая!!!!!!!!!».

Однако, прежде чем выйти, она поправила тонкую серебряную фибулу у плеча — ту самую брошь, с переплетёнными корнями. Я её раньше толком не замечал. Ну, украшение и украшение. Видимо, не просто так. Иначе с чего бы Преслана вдруг невольно вспомнила о ней и проверила её наличие?

Одна деталь вдруг сделала её «своей» даже в чужой одежде — а через двадцать минут она будет выглядеть так, как и положено княжне. Как мало я знаю об этом мире…

Доклад дежурного:

— Двадцать минут, товарищ командор.

— Принято.

Напряжение на мостике растёт. Посты заняты по боевому расписанию. На берегу тоже готовы к бою.

— Товарищ командор, лейтенант Хандаев на связи.

Хандаев — это связь с местным начальством в Альдейгьюборге.

— Лейтенант?

— Товарищ командор, я у Ингвара.

— Он меня слышит?

— Да.

Перехожу на с-горем-пополам-местный-язык.

— Это Один.

— Да, мой бог. Я слушаю тебя.

— У нас гости. Гостомысл и дружина. Прикажи своим не стрелять, но быть готовыми ко всякому. Понятно?

— Да, мой бог.

— Выполняй.

Так, теперь еще Мечеслава надо «в ружьё» поднять. Там у нас старлей Громов. Да и Михалыча с ушедшими на лесозаготовки надо извещать.

* * *

Через полчаса все были на своих местах по боевому расписанию. Катера в фарватере, драккары готовы к погрузке. «Штокман» приготовил боевые точки, но якорь не стали поднимать. Гости не стали бы атаковать «Штокман». Это было бы глупо. Борта высокие. Топором не прорубишь. Остаются стрелы. Так со «взгорка» ими сподручней стрелять.

Где-то в полукилометре ладьи пристали к берегу. Я и компания тоже сошли в больший катер и отправились к ним. Думаю, что массивная ладья без паруса и вёсел, идущая против течения, произвела нужное впечатление, извините за рифму.

Мягкий толчок и мы уткнулись в берег. До гостей метров тридцать. Мы прекрасно друг друга видим.

Звено морпехов высаживается и занимает оборону. Мы сходим следом. Мы — это я, Преслана, Торсон и три бойца с мечами и автоматами. Ну, про пару крупнокалиберных пулемётов, гранатомет и ещё одно отделение стрелков на катере я уж молчу. Сила. Если знать, а не на число смотреть.

Берег.

Небольшая делегация.

И с той стороны примерно такая же.

Идем навстречу друг другу.

Мы в камуфляже, в брониках и касках. Преслана в одежде княжны. Я вдруг подумал, что она самая беззащитная среди нас. Как глупо было ей переодеваться «в своё». Но, что тут поделать? Я бы предпочёл вообще её не подставлять, но «переговоры» без неё невозможны.

Мои меч и автомат. Смешно.

Фибула Пресланы куда эффективнее сейчас.

Киваю.

— Князь Гостомысл. Рад видеть тебя. Со мной твоя внучка Преслана. Как ты и хотел.

Я говорю рублено. Я плыву в языке. Надеюсь Гостомысл понял то, что я хотел сказать. Во всяком случае Торсон и Преслана меня не поправили. Значит, приемлемо сказал.

Князь вскользь оглядел меня и взгляд его впился в черты Ланы.

— Ты — дочь Тобымысла?

Кивок.

— Я — Преслана, дочь Тобымысла, дед мой Гостомысл.

Князь переводит взгляд на фибулу, потом вновь на лицо девушки.

— Откуда у тебя это?

— Она у меня столько, сколько я себя помню, дед мой Гостомысл.

— Что значит сие?

Мне почему-то хочется рассмеяться. Не увидеть очевидную схожесть деда и внучки просто невозможно. Но ритуал «свой-чужой» не мной писался и не один век существует.

— Это наш родовой знак. У тебя, дед мой, такой же я вижу.

— Кто эти люди с тобой?

Ага, первый раунд «узнавания» мы почти прошли.

Преслана спокойно ответила:

— Это боги Один и Тор. И их дружинники.

Нет, Гостомысл не стал ржать, как конь или биться в истерике неверия. Спокойное посмотрел на нашу странную компанию, потом на наши корабли, и лишь уточнил:

— Ты их пленница?

Лана покачала головой:

— Нет, дед мой Гостомысл. Я тут по доброй воле.

— А где дружина, которая должна быть с тобой?

— Она на другой стороне реки. Там лагерь.

Молчание.

— Почему ты не с ними?

Ответ не менее завораживающий по своей простоте:

— Потому что я с богами.

Как говорится, не добавить и не убавить.

Но, Гостомысл недоверчив. Не мальчик с улицы.

— Ты с богами? А боги разве с тобой? Или ты отказалась от своих людей ради легенды?

Тут уж я вступаю.

— Гостомысл, Преслана под моей защитой и ей не нужна дружина для охраны.

Пауза.

— Ты — бог?

— Я — Один.

Понимай как хочешь.

— Ты можешь сделать чудо?

Хмыкаю.

— Твоя внучка заболела оспой. Она была излечена.

Гостомысл посмотрел на Преслану. Та кивнула.

— Да, дед мой. Я захворала и меня излечили. Я могла умереть.

— Ты веришь им? Как я могу верить, что ты не под действием колдовских чар? Как я могу знать, что твоя дружина не отвернулась от тебя?

Молчу, хотя есть что сказать и есть аргументы. Но, кто я тут такой? Бог? Не смешите мои тапочки с божественными крылышками.

Лана спокойно отвечает:

— Дед мой, мы готовы на твоей ладье отправиться в лагерь моей дружины. Сам у них все поспрашивай.

Задумчивый кивок.

— Я так и сделаю. Но, позже. Хорошо. Я тебя услышал. Кто у вас главный?

Вопрос после нашего знакомства пустой. Это если бизнес-опыта и тёрок в девяностых не иметь. Тысяча девятьсот девяностых.

Старик умеет права качать. Так что — слова не мальчика, но мужа. Сразу чувствуется опытный правитель.

— Здесь главный — я, князь Гостомысл. Прогуляемся?

— Не возражаю.

Мы пошли вдоль берега.

Мне нравился Гостомысл. Не самовлюблённая пустышка вроде Мечислава.