Семья Лучано (СИ) - Выборнов Наиль Эдуардович - Страница 35

— Ты работал против меня, — проговорил он почти шепотом. Насколько я знаю, это еще хуже, чем когда он кричит. — Мы работали вместе при Ротштейне, я считал, что мы свои, а ты…

— Мы никогда не были своими, Артур, — перебил его я. — Мы делали бизнес. Это разные вещи.

— Значит, не свои, — он медленно кивнул. — Значит, так. Ладно. Тогда вот что. Маранцано узнает, что ты помогал неграм против белых. Интересно, как он к этому отнесется? Остальные боссы тоже. Ты думаешь, они одобрят?

— И что ты предлагаешь? — спросил я.

— Ты мне поможешь убрать Сент-Клер, навсегда, — сказал он. — С Бампи я уже разобрался. Никакой доли ты не получишь, и никогда больше не полезешь в мой Гарлем.

Так вот оно как обернулось. Он приехал не убивать, он приехал давить. Хотел использовать это как рычаг, заставить меня выступить на своей стороне против чернокожих.

— И ты выплатишь мне компенсацию, — сказал он. — За мои точки. Сто тысяч долларов.

Я посмотрел на него. Потом посмотрел на Мэддена. Вот если кто и не был согласен с тем, что Гарлем принадлежит Шульцу, так это он. Как и негры, как и Голландец, он считал Гарлем своим.

— Серьезная сумма, но это разумно, — проговорил Оуни, взял бокал и подошел к Шульцу. — Возьми, выпей. И обсудите это уже конкретно.

Он сделал несколько шагов к нему, протянул бокал. Шульц взял — не в его правилах было отказываться от бесплатной выпивки. А Оуни опустил руку в карман, и я понял, что сейчас произойдет.

Первого удара я не увидел. Второй и третий рассмотрел. Шульц открыл рот, но закричать не смог — Оуни закрыл ему рот второй ладонью. Голландец упал на колени, а Оуни ударил его ножом еще пару раз, уже в грудь. А потом аккуратно уложил на пол.

В кабинете стало тихо. Мэдден наклонился, вытер нож об одежду Шульца, убрал, после чего вернулся к бару. Взял два бокала и повернулся ко мне.

— Ну что? — спросил он. — Теперь мы партнеры?

Я посмотрел на Шульца, который лежал на ковре посреди комнаты. Потом на Мэддена. Он принял решение, причем серьезное — Шульц был авторитетом не из последних в Нью-Йорке. Но похоже, что Оуни решил, что работать со мной выгоднее, и решил произвести впечатление. И оправдал свое прозвище — Киллер. Убил его быстро и хладнокровно, как будто муху прихлопнул.

— Да, — кивнул я. — Партнеры.

Мэдден подошел ко мне, протянул бокал. Я взял.

— Тогда за наше сотрудничество, — сказал он.

Мы ударили стеклом о стекло, я сделал глоток. Виски оказался хорош, не хуже, чем шампанское в его заведении.

— Ты умеешь принимать решения, — кивнул я. — И ты меня впечатлил. Встретимся с Демпси и Макгрегором на днях, решим вопрос. Займешься промоушеном.

— Я не только об этом, — сказал он. — Раз уж мы теперь партнеры, то меня интересует Гарлем. Ты знаешь, что я тоже веду здесь дела, и речь касается не только этого клуба. Какие у тебя дела с черномазыми?

— Договор был простой, — ответил я. — Я помогаю Сент-Клер и ее людям избавиться от Шульца, а они начинают платить мне долю. И я решаю вопросы, которые они не могут решить сами.

Мэдден помолчал немного, посмотрел на меня, подумал, после чего сказал:

— Значит, они работают на тебя.

— Да, — кивнул я. — Можно и так сказать. С тебя я доли требовать не буду, я не полезу в твой бизнес, Оуни. Но если у тебя будут проблемы с черными, я решу их.

— А если мне понадобится расшириться? — спросил он. — Новые площадки в Гарлеме. У меня серьезные планы на этот район, и на самом деле с Шульцем я так или иначе планировал разобраться. Как и с Квинни. Но если ты можешь что-то предложить…

— Это разговор для другого раза, — сказал я и кивнул на тело Голландца. — Давай сперва разберемся с этим.

— Справедливо, — кивнул он. — Хотя тут и делать особо нечего. Но мне нужна встреча с Сент-Клер, нам надо договориться о том, как дальше пойдут дела.

— Хорошо, — кивнул я. — Я назначу встречу. В воскресенье, например, увидимся и обсудим все дела.

— Только не у меня в клубе, — сказал он. — Я не хочу пускать сюда чернокожих. Хотя Дюк постоянно просит меня о том, чтобы я им это разрешил.

— Они очень любят музыку, — я улыбнулся.

— Это да. Музыка в их крови. Наверное, это с песнопений с их настоящей родины идет. Ладно, подожди.

Он двинулся наружу, приоткрыл дверь и позвал кого-то. Вошли двое, и Мэдден указал им на Шульца. Они сразу же принялись за работу — стали заворачивать его в ковер, который все равно уже пропитался кровью, и теперь годится только на выброс.

Сам же Оуни подошел к окну, посмотрел наружу и, похоже, что-то увидел.

— Там еще один его человек. Разберитесь с ним, — потом повернулся ко мне и сказал. — Пойдем в зал, Чарли, здесь все закончится и без нас.

Я допил бокал и оставил его на столе. Встал и одернул пиджак, поправил его немного.

Оуни Киллер же выглядел так, будто ничего не произошло, он был абсолютно спокоен. И ни капли не волновался о том, что только что убил человека в собственном клубе.

— Это всплывет, — заметил я. — Рано или поздно его люди узнают.

— Если все пройдет правильно, то уже через неделю ни одного его человека не будет в Гарлеме.

А многих из них не будет на этом свете. Говорить вслух он об этом не стал, но все было и так понятно.

— Пойдем, Чарли, — повторил Оуни.

И мы двинулись наружу, спустились по лестнице и оказались в зале. Эллингтон еще играл что-то, но я его не слушал. Двинулись обратно к нашему столику, где уже стояла новая бутылка в ведерке и наши же бокалы, никто его не занял.

Гэй увидела нас, когда мы подходили к столику, и двинулась навстречу. Посмотрела на меня, потом на Мэддена, потом снова на меня. И тихо спросила:

— Все в порядке?

— Все в порядке, куколка, — сказал я и взял ее за руку, подтянул к свободному стулу. — Садись, послушаем музыку и выпьем еще.

Она села, но продолжала смотреть на меня. Гэй умела читать по лицу, это я знал прекрасно, она была умнее, чем казалась со стороны. Но я старался выглядеть так, будто не случилось ничего особенного, будто мы просто вернулись с деловой беседы.

— А где тот человек? — спросила она. — Который подходил к вашему столику?

— Уехал, — сказал Мэдден и улыбнулся ей. — Не смог остаться. У него образовались срочные дела.

Девушка посмотрела сперва на него, потом на меня. Не поверила, естественно, я уже не раз водил ее на встречи, и она знала о бизнесе, которым я занимался. Но спрашивать дальше не стала, просто взяла бокал и повернулась к сцене.

Мэдден сел, налил себе бокал, потом мне, на правах хозяина, откинулся на спинку кресла. Он выглядел совершенно расслабленным. Более того, он выглядел довольным, потому что добился того, чего хотел. Я ведь согласился на партнерство.

— Дюк сегодня в ударе, — сказал он, кивнув на сцену, явно пытался перевести тему. — Когда он вот так играет, я понимаю, зачем держу этот клуб.

— Это хороший бизнес, — сказал я.

— Хороший, — согласился он. — И теперь станет еще лучше.

Мэдден кивнул и сделал глоток.

— Эта схема, которую ты провернул, она мне понравилась. Да и я наслышан о том, что ты делал раньше. Мне нравится, как ты ведешь дела, Чарли. Я уважаю таких людей.

Я не ответил, только поднял бокал и мы выпили.

Эллингтон перешел на что-то совсем медленное, больше похожее на колыбельную. Гэй прикрыла глаза, чуть покачивая головой в такт. Мэдден же смотрел на нас с гордостью. Он был искренне горд, что его заведение пришлось нам по вкусу.

— Ты ему позволяешь играть, что он хочет? — спросил я.

— В общем, да, — сказал Мэдден. — Иначе он не соглашался. Говорил, что будет играть только то, что считает нужным. Я подумал и согласился, и сам видишь, вышло только к лучшему. А эта Сент-Клер. Она же тоже с характером?

Я вспомнил, как она подала нам с Багси дрянное пиво и кивнул. Это уже точно.

— Ничего, договоримся, — он усмехнулся. — Я умею договариваться, когда хочу.

— Это точно, — я не выдержал и покачал головой. — Сегодня я это увидел.