Семья Лучано (СИ) - Выборнов Наиль Эдуардович - Страница 28

Багси подался вперед, посмотрел на меня. Похоже, что он только ждал приказа, чтобы начать тут все громить. Но я покачал головой, это было не в моих планах.

— Вы хорошо подумали? — спросил я.

— Да, — ответил он. — Мои фабрики работают в убыток с сентября. Продукция лежит на складе, заказов нет. Крупные магазины режут закупки, у них нет денег. Мелкие вообще закрываются. Мне пришлось уволить часть рабочих, остальным я плачу из собственного кармана уже несколько месяцев. Платить еще кому-то я не могу.

Я знал, что он весь в долгах, как в шелках. Потому что Лански пробил его, и у него было несколько крупных займов в банках. Без просрочек, гасил он их вовремя, но…

— У меня есть предложение к вам, — сказал я. — Стать моим партнером уже полноправно. Мы организуем продажи вашей продукции в Канаде, на Кубе и в Италии. Да, я буду забирать с этого дела половину, но моей работы тут будет больше, чем вашей.

— Нет, — ответил он. — Извините, но платить Массерии за защиту — это одно. А работать с вами, как с полноправным партнером — это совсем другое. Я же знаю, что очень скоро окажусь на улице, а мои фабрики станут вашими.

— Я хуже Массерии? — спросил я.

Он замолчал, посмотрел на меня, потом на Багси. Он знал, кто мы такие.

— Может быть, я не его полета птица? — задал я следующий вопрос.

Ответ на это был бы уже прямым оскорблением, и он это знал. Де Лука откашлялся, после чего проговорил:

— Я не хочу проявить к вам неуважение, но платить мне нечем, это факт. Извините меня. Может быть, в будущем.

— В будущем сюда придет кто-нибудь другой, — сказал я. — И заставит вас платить ему на других условиях. И все будет гораздо хуже. Мое предложение выгодно нам обоим…

— Нет, — он покачал головой.

— Это ваше последнее слово? — спросил я.

— Да, — кивнул он.

— Хорошо. Идем, Бен.

Мы поднялись. Прощаться я не стал, мы вышли на улицу, сели в машину. Ирвинг, который был с нами на этот раз, сразу же завел ее, и мы поехали по улице прочь от фабрики.

— Вот ведь ублюдок, — проговорил Багси. — Ты ведь мог сказать слово, и я бы заставил его платить. А ты стал разводить сантименты с ним, он почувствовал слабость.

— Он не будет платить нам, — я покачал головой.

План уже сложился у меня в голове. Я не мог ему позволить отказаться платить, потому что знал, что Маранцано тоже точит зуб на швейный профсоюз. И я не мог позволить Сэлу забрать себе такой огромный кусок бизнеса. Так что придется действовать иначе. Жестко.

И отказ платить подорвет мой авторитет. А иначе я поступить не могу.

К тому же я ведь действительно сделал ему выгодное предложение, от которого остальные фабриканты не отказались. Так что…

— Он весь в долгах, Бен, — сказал я.

— И что? — спросил Багси.

— А еще он женат, — сказал я.

Сигел подумал немного, после чего спросил:

— Ты хочешь прижать его через жену?

— Нет, — я покачал головой. — Но как ты думаешь, если с ним что-то случится, жена его будет возиться с фабрикой, да еще и в кризис? Или просто продаст ее, чтобы расплатиться с долгами? Тогда еще и на жизнь останется.

— Я понял, — Багси просиял. — И кто…

— Ты, — перебил я его. — Выжди несколько дней, чтобы нас не заподозрили, и разберись с ним. Не надо устраивать шоу, сделаешь все тихо и наверняка. Договорились?

— Договорились, — кивнул он.

Вот и все. Первое в этой жизни убийство, которое я поручил конкретному человеку, и не из-за мести или самозащиты, а потому что он отказался платить. Первое убийство не гангстера. Но он сам виноват, он знал правила игры.

Память Лаки подсказывала, что придется подождать месяцев шесть-семь до того, как его жена войдет в права наследства. А потом просто отправить к ней нужного человека, чтобы он сделал ей хорошее предложение — вдова нуждаться ни в чем не будет.

Мы поехали дальше. Нужно было заехать к Лански и рассказать, как все прошло.

Глава 13

Скализе позвонил в четверг утром, когда я еще пил кофе с сырниками, которые для меня приготовила Гэй. Удивительно для дворянки, но она умела готовить. Как выяснилось при разговоре, она была из обедневшей семьи, и из прислуги у них была только кухарка и дворецкий. Ну и гувернантка. И вот эта кухарка научила ее готовить самые разные блюда — от борща до пирожков.

А мне жаловаться было не на что, сырники я люблю. А еще и такие — с изюмом. Не очень пышные они, правда, потому что разрыхлителя теста не хватало, и скорее были больше похожи просто на оладьи из творога. Но все ингредиенты, как оказалось, можно купить и в Америке. Впрочем, там ничего особенного — творог, мука, яйца, изюм да сахар. Ну и сливочное масло для жарки.

Гэй посмотрела на меня, ей не хотелось, чтобы я вставал из-за стола, за которым мы расположились с комфортом и удобством — он был большим, да и стулья тоже были хорошие. Тысячу долларов, которую я ей выдал, она истратить еще не успела, вот постоянно и занималась тем, что покупала то или другое домой.

Я пожал плечами — работа, что тут поделаешь — поднялся и двинулся в прихожую, где стоял телефон, сейчас бешено трезвонящий колокольчиком, который находился внутри. Взял трубку.

— Лучано слушает.

— Лаки, — услышал я голос. — Это Фрэнк.

Ну, судя по голосу, это не Костелло. Остается только один вариант — Скализе. Интересно, чего это вдруг понадобилось боссу Семьи Минео, и почему он позвонил мне домой лично? Номер, понятное дело, мог у кого-нибудь из подчиненных спросить, да и я не делал секрета из того, где теперь живу. Война официально закончилась, и можно было не прятаться.

— Слушаю тебя, Фрэнк, — ответил я.

— Нам нужно с тобой поговорить. Есть одно дело.

Так. Похоже, что между нашими Семьями появилось разногласие. И нам предстоит его решить. Скализе знает, что я могу решить их по-своему, вот и решил обратиться ко мне лично.

— Что за дело, Фрэнк? — спросил я.

— Паппалардо. Я знаю, где он.

Интересно. Все-таки не разногласие. Паппалардо мне нужно было найти, причем срочно, и все мои люди — да и не только мои, парни Багси и Лански тоже — искали его, рыли носом землю. Но весть о нем неожиданно принес Скализе.

А он напряжен, это по голосу слышно. Что там такое могло случиться?

— Где? — спросил я.

— Один из моих солдат, — продолжил он. — Витторио Салерно. Они с Паппалардо были друзьями еще со старых времен, когда он был в вашей Семье, только потом перешел в мою. Он навестил Паппалардо в больнице, а тот сказал, что ты обязательно попробуешь до него добраться. И Вито забрал его оттуда, спрятал у себя.

— Ты знал об этом? — спросил я напрямую.

— Нет, Лаки, не знал, — ответил он. — Я узнал только сегодня, Вито сам пришел и сказал мне все. Он узнал, что вы его ищите, и понял, что если я узнаю от кого-то другого, то решу, что он скрывал все намеренно. А я с тобой ссориться, уж извини, не хочу.

Вот. Теперь я узнаю Фрэнка. Он в действительности понимает, что с кем с кем, а со мной ссориться может быть очень опасно. Особенно если учесть, что наши территории граничат, а Семья у него достаточно слабая.

— И что ты ему сказал? — спросил я.

— Сказал, что нельзя его прятать, — ответил Скализе. — Лаки… Вито — хороший парень, наш. Он прятал Паппалардо не потому, что имеет что-то против тебя, он просто помогал другу. Но когда узнал, что ты его ищешь, испугался. К тому же я сам сказал им, что если кто-то узнает о Паппалардо, то должен доложить мне.

Понятно. Значит, этот парень поставил преданность Семье выше дружбы. Смог бы я так? Не знаю, и очень сильно сомневаюсь. Все-таки мне придется еще очень долго работать, чтобы стать настоящим мафиозо. Наверное, попытался бы скрыть друга или выпроводить его из города. Тем более, что у меня есть место, куда я могу ссылать всех неудобных людей — мое поместье на Кубе.

— Я не собираюсь трогать твоих людей за то, что они дружат с моими врагами, — сказал я, понимая, что этим «хороший парень», Скализе пытается отмазать своего человека. — Разбирайся с ним сам. Но Паппалардо мне нужен.