Семья Лучано (СИ) - Выборнов Наиль Эдуардович - Страница 12

— Мне нравится, — сказал Багси. — Гораздо веселее, чем бокс.

А вот второй бой, похоже, был попыткой продемонстрировать что-то новое. И он получился скучнее — оба парни попытались продемонстрировать борцовскую технику, и большую часть времени провели на полу, пытаясь друг друга задушить. Публика начала скучать, кто-то свистел.

К тому же боролись они, откровенно говоря, плохо, и Демпси дважды поднимал их, просто потому что они лежали, и ничего не происходило.

— Надо дать им указание, чтобы такого поменьше было, — шепнул я Макгрегору. — Скажи Демпси, что борьба на полу — это хорошо, но только если в перерывах что-то происходит.

— Понял, — кивнул тот.

А вот третий бой получился совсем уж интересным. Два парня в среднем весе.

В первом же раунде один из бойцов бросился вперед, пытаясь пройти в ноги, но второй просто выставил вперед колено, на которое парень и наткнулся. Прилетело ему прямо в лицо, и неудавшийся борец рухнул на настил, как подрубленный.

Мне это даже напомнило кое-что — как парень, олимпийский чемпион по борьбе, точно так же упал. Это в двадцатом году было или около того. Все еще подумали, что он умер.

Народ отреагировал, зрители повскакивали с места, кто-то заорал. Я заметил, что некоторые даже отворачивались. Такое зрелище было для них слишком непривычным.

Демпси тут же кинулся к упавшему, присел рядом. Парень лежал без движения, из разбитого носа текла кровь, глаза были закрыты. Демпси махнул рукой врачу, который дежурил у ринга — они и медицинской бригадой озаботились. Молодцы, на самом деле, ничего не скажешь.

Врач, пожилой мужчина с саквояжем, поднялся на ринг, наклонился над бойцом. Пощупал пульс, приподнял веко, посветил фонариком, потом кивнул Демпси. Жив, просто в отключке.

Я сам не заметил, что выдохнул с облегчением. Если кто-то помрет, да еще и на первом же бою, то нас просто закроют на хрен. А мне этого не хотелось бы, все-таки к этой идее я относился с любовью. Даже с определенным трепетом.

Пока бойца приводили в порядок, начался перерыв. Стали разносить еду, напитки, я тоже взял кружку безалкогольного пива, которое подавали вполне законно. Отхлебнул — мерзость, конечно. Багси побрезговал, достал фляжку, выпил немного из нее, протянул мне. Я отказался — пить не хотелось совершенно.

Так, помимо билетов еще и еда. Ну, чуть больше заработаем, да. Но пока не выйдем на настоящий уровень, не получим тысячи зрителей, трансляции по радио и спонсоров…

В общем, семечко я посадил, и мне предстояло его вырастить.

Багси вдруг повернулся и махнул рукой.

— Знакомого увидел, — сказал он. — Он мне денег должен. Пойду поздороваюсь.

— Только без крови, — предупредил я.

— Да ну, ты же меня знаешь, — усмехнулся он.

— Знаю, поэтому и говорю, — ответил я.

Он снова улыбнулся улыбкой кинозвезды и пошел куда-то в сторону.

И тут рядом со мной встал мужчина. Я не видел, откуда он подошел, он просто появился на месте, которое освободил Макгрегор. Мне он показался смутно знакомым. Невысокий, коренастый, по виду старше меня лет на пять. С маленькими ушами и зачесанными набок волосами, светло-русыми. Ирландец еще один?

— Мистер Лучано, — проговорил он с явным североанглийским акцентом, и я понял, что ошибся. Не ирландец, англичанин. — Разрешите?

— Вы уже встали рядом.

— Меня зовут Оуэн Мэдден, — сказал он, протянув мне руку. — Но все зовут меня просто Оуни. Может быть, вы слышали обо мне.

Я прищурился, пытаясь вспомнить. А да, точно. Оуни Киллер, владелец «Коттон-клуба» в Гарлеме. Коппола вел с ним дела, он занимался пивом, а еще — промоушеном боксерских боев, но в это мы до сих пор не лезли. И все-таки он ирландец, хотя и пытается строить из себя англичанина.

— Меня вы знаете, — сказал я. — Чем обязан?

Он вытащил из кармана пачку сигарет, сунул одну в зубы, и проговорил:

— Хороший вечер, мистер Лучано. Хорошие бои. А главное — наконец-то что-то свежее. Я ведь слежу за этим бизнесом, сами понимаете, бокс — это моя территория. И когда я услышал, что кто-то собирается открыть новую бойцовскую лигу, не уведомив меня, я, признаться, встревожился.

Звучало это высокопарно, но в первую очередь из-за английского акцента.

— И вы натравили на нас полицию, — догадался я. Вот почему те двое приперлись проверять наш зал.

Он посмотрел на меня, и в его маленьких глазах мелькнуло что-то похожее на уважение. Он явно не ожидал, что я скажу это в лоб.

— Да, — он ответил прямо, не стал юлить. — Я не знал, что такой высокопоставленный человек стоит за этими боями. Думал, это Макгрегор каким-то образом вышел на Демпси и решил нажиться. Но один из патрульных вас узнал, рассказал об этом мне. Я приношу свои извинения.

Интересно. Сам признался в том, что собирался вставлять мне палки в колеса, а теперь извиняется, пусть и не при свидетелях.

— Именно поэтому я подошел извиниться лично, я ведь знаю, кто вы такой, и слышал о вашем новом статусе, мистер Лучано.

— Смело, — сказал я.

— Я мог бы промолчать, и вы никогда бы об этом не узнали, — он улыбнулся. — Но я считаю, что между серьезными людьми должна быть честность, по крайней мере в таких вещах.

Он запустил руку в карман, и я напрягся, но вместо оружия он вытащил визитницу, достал одну карточку и протянул мне. Я посмотрел. «Оуэн Винсент Мэдден, Коттон-клуб». Адрес и телефонный номер.

— Бои — это трудный бизнес, мистер Лучано, — продолжил Мэдден. — Я этим занимаюсь много лет и знаю все подводные камни. Промоутеры, комиссии, лицензии, журналисты… Полиция, опять же. Все это требует связей, которые строятся годами.

— Я в курсе, — ответил я.

— Мне понравилось то, что я увидел, — сказал он. — Новые правила. Особенно этот бой, последний. Это впечатляет, это что-то новое. Но вам нужен человек, который знает эту индустрию изнутри.

— Вы предлагаете свои услуги? — спросил я.

— Я предлагаю поговорить, — он улыбнулся. — Не сегодня, сегодня вы заняты, и хотите посмотреть бои. Но как-нибудь, может быть, на следующей неделе. Приезжайте в мой клуб, я угощаю. Приводите вашу даму, если хотите, у нас лучшая музыка в городе. И поговорим, как деловые люди.

Владелец «Коттон-клуба», самого знаменитого в Гарлеме, где выступали лучшие джазовые музыканты, где развлекалась нью-йоркская элита. На самом деле это было бы очень полезным знакомством, особенно с учетом того, что я планировал залезть и в музыкальный бизнес, да и вообще.

А еще это третья сила в Гарлеме, помимо Шульца и Квинни. Которую я проигнорировал, когда полез в эти разборки. И он мог бы помочь мне в задуманном, правда, придется делиться с ним. И следить за тем, чтобы он и черные не вцепились друг другу в глотки.

Но, естественно, прямого ответа я дать не мог. Мне нужно было посоветоваться со своими людьми.

— Я подумаю, — ответил я.

— Конечно, — кивнул он и снова протянул мне руку. — Приятного вечера, мистер Лучано.

Мы обменялись рукопожатиями, и он тут же ушел. Я повернулся и увидел, как в мою сторону идет Багси, потирая костяшки правого кулака. Похоже, что умудрился кому-то наподдать, при этом не поднимая шума.

— Оуни Киллер? — спросил он. — А ему чего надо?

— Предложил помощь с боями, — ответил я.

— Ну да, это же его бизнес, — кивнул он. — А ты?

— Сказал, что подумаю.

— Ну смотри сам, но это могло бы быть полезным. Он знает все входы и выходы.

Багси был прав, только вот об обстоятельствах он не знал. Он ведь не извиняться пришел, а показать, что у него есть рычаги влияния: связи, полиция. И одновременно с этим предложил дружбу. Классический прием: сначала кнут, потом пряник. Я и сам это делал постоянно.

Нет, в открытом противостоянии против меня он не вывезет, особенно если я натравлю негров и на него. Но воевать с ним я не хотел, у меня и так хватало проблем: Маранцано, Паппалардо, Шульц, да и с наследством Массерии нужно было разобраться.

И он мог быть мне полезен. Его связи — это именно то, что мне нужно для того, чтобы вывести свою бойцовскую лигу на серьезный уровень. А еще знакомства с продюсерами, журналистами, политиками. Людьми, которые могли бы открыть двери, закрытые для обычного мафиозо.