Любить меня - плохая идея (СИ) - Ви Чарли - Страница 6

Да так близко, что его бедро плотно прижимается к моему.

От него веет жаром. Я пытаюсь отодвинуться, но с другой стороны сидит какой-то хмурый бугай.

Мне остаётся только замереть, стараясь дышать через раз.

– Правила простые, Мишка, – Сол чуть наклоняется, так что его губы оказываются в миллиметре от моего уха. По шее невольно бегут предательские мурашки. – Ты сидишь здесь. Не пытаешься сбежать. И не бесишь меня.

– А я-то думала, это твоя любимая часть, – фыркаю я, упрямо глядя прямо перед собой.

Он тихо, с хрипотцой смеётся. Этот звук вибрирует внутри.

– Расслабься, соседка. Я же сказал, мы налаживаем отношения.

Сол откидывается на спинку дивана, по-хозяйски закидывая руку прямо за моей спиной. Я непроизвольно напрягаю спину, чтобы не касаться его, но места слишком мало.

– Раз уж ты всё равно никуда не денешься, давай знакомиться нормально, – хмыкает он, лениво обводя взглядом свою компанию. – С Левым вы уже, можно сказать, знакомы.

Дэн салютует мне бутылкой, а Марина рядом с ним чуть ли не мурлычет, глядя на гитариста влюблёнными глазами.

Сол кивает на хмурого бугая, к которому я прижата с другой стороны:

– Это Стас. Он же Грув. Барабаны. Заодно работает нашим личным вышибалой, когда фанатки совсем звереют.

Грув меланхолично кивает мне, не меняя каменного выражения лица, и отпивает из своего стакана.

Я из вежливости коротко киваю в ответ. Ощущение, что об него можно сломать руку, если случайно задеть.

– Вон тот тип, что залипает в телефон – Кирилл, он же Правый. Брат Левого. Наш басист, – продолжает Сол.

Правый отрывается от экрана, оглядывает меня с головы до ног, усмехается и отбивает кулак Груву. Сходство с братом бросается в глаза.

– Рядом с ним Малой, клавишник. По паспорту Ник. Ему пиво не наливать, он ещё растущий организм.

– Иди к чёрту, Сол, мне девятнадцать, – огрызается симпатичный высокий парень с растрёпанными волосами и подмигивает мне. – Привет, Вик.

– И Артём, для своих Бах, – Сол указывает на парня с тёмными волосами и пронзительными голубыми глазами. В отличие от остальных, он пьёт минералку.

– Бах? – не удерживаюсь я от сарказма. – В честь взрывов или с претензией на классику?

– Второе, – спокойно отвечает Артём, и уголки его губ чуть дёргаются в подобии улыбки. – Скрипач.

– Скрипка? В рок-группе? – я скептически вскидываю брови, на мгновение забыв, что, вообще-то, собиралась молча злиться и игнорировать их всех.

– А ты думала, мы только по струнам бряцать да в микрофон орать умеем, Мишка? – ухмыляется Сол, склоняясь чуть ближе ко мне. Его пальцы мимолётом задевают мои волосы на спинке дивана, и я едва заметно вздрагиваю.

– Судя по вчерашнему концерту над моей головой – вы именно этим и занимаетесь.

Кто-то из парней – кажется, Малой – откровенно прыскает от смеха.

– Слушай, Соло, а она тебе точно по зубам? – замечает Правый, окончательно убирая телефон в карман. – Обычно девчонки в твоём присутствии только ресницами хлопают и на всё соглашаются.

– А эта скорее сковородкой огреет, – философски замечает Левый, делая глоток пива. – Марина, скажи честно, твоя подруга всегда такая колючая? Или это у неё только на Макса аллергия?

Марина вздрагивает, поняв, что обращаются к ней. Она заливается краской, переводит растерянный взгляд с меня на Дэна и нервно поправляет волосы.

– Вика просто... не выспалась, – выдавливает она, пытаясь сгладить углы. – А вообще, она очень хорошая.

Сол поворачивает ко мне голову. Наши лица оказываются слишком близко. В тёмных глазах нет ни капли раскаяния – только наглый, самоуверенный блеск, который бесит меня до скрежета зубов.

– Привыкай, Мишка, – негромко произносит он, так, чтобы услышала только я. – У нас звукоизоляция в доме хреновая. Мы теперь будем видеться часто.

Глава 7. Ну ты и кобель

Глава 7. Ну ты и кобель

– Я куплю строительные наушники, – парирую я, не отодвигаясь ни на миллиметр, чтобы не показать, как сильно меня на самом деле нервирует его близость. – А если не поможет – вызову санэпидстанцию. Скажу, что наверху завелись очень крупные и громкие тараканы.

Малой снова прыскает от смеха, едва не подавившись.

– Соло, она мне реально нравится! Может, оставим её себе? Будет вместо талисмана.

– Перебьёшься, – лениво отзывается Сол, но в его голосе отчётливо слышится усмешка.

Он наконец-то чуть отстраняется, давая мне возможность нормально сделать вдох, и тянется к низкому стеклянному столику.

– Что пить будете, дамы? – Левый по-хозяйски оглядывает стол, плотно заставленный бутылками, ведёрками со льдом и стаканами. – Марин?

Подруга предсказуемо заливается краской, предано глядя на своего кумира.

– Мне... то же, что и тебе.

Дэн довольно скалится и плескает ей в бокал что-то золотистое.

– А колючей соседке? – он переводит насмешливый взгляд на меня.

– Я не буду.

– Да ладно тебе, Вик, – тихо подаёт голос Марина, наклоняясь ко мне. – Выпей с нами. Ты же уже выпила один «Секс на пляже», от ещё одного хуже не будет. Зато расслабишься.

Я сверлю подругу убийственным взглядом. Спасибо, Марин. Сдала со всеми потрохами.

Сол, уже успевший сделать глоток из своего стакана, медленно поворачивает ко мне голову. В его тёмных глазах пляшут откровенно издевательские искры.

– «Секс на пляже»? Серьёзно, Мишка? Как банально.

– Иди к чёрту, – огрызаюсь я.

Сбоку по стеклянной столешнице ко мне тихо подъезжает небольшая бутылочка с минералкой. Я перевожу взгляд и вижу, что её толкнул Бах.

– Держи, – невозмутимо произносит скрипач. – А то эти маргиналы тебя быстро споят.

– Эй! Попрошу без оскорблений! – возмущается Правый, не отрываясь от телефона.

– Спасибо, – я благодарно киваю Артёму. Кажется, хоть один адекватный человек в этой сумасшедшей компании всё-таки есть.

Откручиваю крышку и делаю жадный глоток. Ледяная вода приятно остужает горло, пересохшее после духоты танцпола и... ну, после всего остального. Мои губы до сих пор горят, словно к ним приложили что-то раскалённое, и я изо всех сил стараюсь не вспоминать, что произошло пятнадцать минут назад у той колонны.

Сол вытягивает длинные ноги в тяжёлых ботинках под столом. Его рука так и остаётся лежать на спинке дивана прямо за моей спиной. Я кожей чувствую исходящее от него напряжение и жар.

Парни постепенно переключаются друг на друга, начиная обсуждать какие-то свои дела – проблемы со студией, новые демки, график репетиций. Марина активно включается в беседу с Левым, то и дело поправляя волосы и хихикая над каждой его фразой.

А я сижу, вцепившись пальцами в холодную бутылку, зажатая между молчаливым барабанщиком Грувом и наглым солистом. И хотя Сол расслабленно откинулся на спинку и вроде бы слушает ребят, изредка вставляя в разговор короткие, резкие реплики, я затылком чувствую его тяжёлый, внимательный взгляд.

Он не забыл про меня ни на секунду. И это напрягает больше всего.

Разговор прерывается появлением какого-то лысого мужика с рацией, который просовывается через ограждение и кивает Солу:

– Парни, ваша очередь через пять минут. Сцена готова.

Сол коротко кивает и ставит свой стакан на стол с тихим, но резким стуком. В одно неуловимое мгновение расслабленная, ленивая атмосфера над диваном исчезает. Левый отставляет пиво, Малой деловито поправляет воротник футболки, а каменное лицо Грува становится ещё более непроницаемым. Даже Бах, кажется, внутренне подбирается.

– Погнали, – бросает Сол, поднимаясь на ноги.

Он не смотрит на меня, не прощается, просто разворачивается и идёт к служебному проходу, ведущему за сцену. Остальные тянутся за ним. Левый на ходу подмигивает Марине:

– Не скучай, красавица. И смотри внимательно.

Марина провожает его восхищённым взглядом и тут же пересаживается на освободившееся место Сола, придвигаясь ко мне вплотную.