Влюбить дракона! С гарантией... - Ромм Дарина - Страница 1

Annotation

Спасая сестру, я попала в ужасную переделку! Из приличной баронессы превратилась в преступницу, из нее в служанку. Затем угодила в жены к принцу. Карьера – всем на зависть!

Только замуж я собиралась за другого, а нечаянный супруг смотрит на меня злым драконом. Еще и страшилкой называет!

Эй, ваше высочество, я это так не оставлю! Влюблю в себя, а потом безжалостно брошу!

Приняв решение, я рьяно принялась за дело, но... Не пойму, почему всё пошло не по плану? Видимо, принц контракт не читал...

Это пятая книга в цикле "Ведьмы не стареют" . Все истории цикла являются самостоятельными и могут читаться отдельно друг от друга.

Влюбить дракона! С гарантией...

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

Конец ознакомительного фрагмента.

Влюбить дракона! С гарантией...

1

Пролог

– Ну?! Мне долго ждать? – монстр с силой встряхнул меня.

Ворот камзола врезался в горло, перекрывая дыхание. Я захрипела и впилась ногтями в покрытую чешуйками руку, пытаясь оторвать от себя.

Поняв, что я вот-вот задохнусь, монстр на мгновение замер. Приблизил жуткую морду, словно размышляя, сожрать или оставить, и ослабил хватку. Бросил раздраженный взгляд на дверь, за которой слышался истеричный плач, и рявкнул так, что эхо заметалось под каменными сводами:

– Ты понял меня, мальчик?!

– Девочка, – наконец смогла я выдать членораздельное. Понимая, что выбора у меня нет, с отчаянием выдохнула: – Да, поняла! И... Я согласна!

Монстр неспешно прошёлся взглядом по моей фигуре в мешковатой мужской одежде: от спрятанной под шапку макушки до сапог на два размера больше нужного. Остановился на чумазом, покрытом сажей лице и зловеще протянул:

– Де-евочка?! Что же, так даже лучше. Можешь приступать к своим обязанностям, девочка…

***

Несколько дней назад, замок Северные Пределы.

Роксана

«Благородная леди в присутствии мужчины сидит с прямой спиной, плотно сжав колени и легко положив кисти рук одну на другую. Стопы стоят ровно, глаза слегка опущены, плечи расправлены. Голос у нее мягкий и негромкий. Улыбка приветливая, сдержанная».

Именно так я и выглядела, когда летним утром сидела со своим женихом Филиппом на диванчике в малой гостиной. Расстояние между нами было ровно метр – ближе жениху и невесте этикет не позволял находиться, если они оставались наедине. Да, правила я знала и следовала им неукоснительно.

На мне было прелестное домашнее платье из светлого сатина с закрытым декольте, но зато с короткими рукавчиками – в летнее время такие фасоны допустимы. Тем более руки скрывать мне нет нужды - они у меня красивые. И взгляд жениха, то и дело скользивший по ним, это подтверждал.

Обсуждали мы с Филиппом нашу свадьбу. Конечно, о чём ещё говорить жениху и невесте за год до назначенной даты, как не об этом? Не про любовь же, правда?

- Матушка предлагает провести праздник в нашем саду. Бал устроим там же, благо, летняя погода позволяет. Гостей будет двести шестьдесят восемь человек, — размеренным тоном рассказывал Филипп, а я внимательно слушала.

- Замечательная идея, – похвалила, тщательно скрывая недоумение. Надо же, знают, что будет ровно двести шестьдесят восемь гостей. И даже никаких «примерно двести шестьдесят восемь»!

- Мы знали, что тебе понравится, Роксана, — довольно произнёс Филипп и качнул тщательно причёсанной светловолосой головой.

Из-под опущенных ресниц я рассматривала его. В нём всё было аккуратно: от старательно начищенных сапог до кончиков идеально подпиленных ногтей на не очень длинных пальцах. На светлых брюках ни пятнышка, хотя приехал он верхом, а не в карете, и добираться до наших Пределов из столицы не меньше часа по просёлочным дорогам. Но Филипп Бардольский всегда выглядел безукоризненно, выгодно выделяясь этим на фоне большинства мужчин.

И я тоже всегда выглядела безукоризненно, м-да…

– Роксана, спрячь меня скорее!

Дверь в гостиную с треском распахнулась, и в комнату влетела Амели. В вихре розовых оборок и бантов, слегка прихрамывая, она просеменила мимо нас, юркнула за плотную длинную штору, прикрывающую комнату от яркого солнца, и затаилась. Зашептала из своего укрытия драматичным голосом:

– Рокси, спаси меня от няньки, умоляю! Она хочет заставить меня поменять платье на другое, на серое!

Я с трудом удержалась от улыбки: ох уж эта вечная борьба младшей сестрёнки с суровой няней за право носить розовые платья! Няня Гвена была убеждена, что десятилетние девочки должны наряжаться в серое, коричневое или синее – немаркое. Но у Амели на этот счёт имелось своё мнение, которое она не уставала отстаивать.

– Идёт сюда! Не выдавайте меня! – снова зашептали из-за шторы.

Дверь неспешно открылась, и на пороге застыла сухопарая седовласая женская фигура в неизменном чёрном платье.

– А, господин Филипп, как приятно вас видеть! – пропела Гвена, обнаружив рядом со мной гостя. Её сведённые к переносице брови мгновенно разошлись, хмурый лоб разгладился, а на губах заиграла любезная улыбка – нянька обожала моего жениха. Никогда не уставала его нахваливать, раздражённо ворча себе под нос, что «такое сокровище, а досталось никчемучке».

Никчемучка – это я, старшая дочь барона Валейского. Здравствуйте.

2

- Не видели эту егозу Амели? – сладко пропела Гвена, одновременно рыская подозрительным взглядом по комнате. – Опять нарядилась в розовое, стоило мне отвернуться!

- Видели. Она забежала на секунду и скрылась, – ответила я честно, краем глаза замечая, как напряглись челюсти Филиппа.

- Вот ведь охл… шалунья, никакого сладу с ней, даром что увечная. Ладно, пойду ловить и переодевать эту парш… девочку. Всего доброго, господин Филипп.

Гвена растянула узкие губы в улыбке и вышла за дверь. Когда шаркающие шаги няни стихли, из-за шторы высунулся короткий носишко, а затем выплыло всё розовое облачко по имени Амели Валейская.

- Спасибо, Рокси, ты меня спасла! – зашептала она, обнимая меня за шею. Чмокнула в щеку, мило улыбнулась Филиппу и, помахав нам рукой, прихрамывая, вышла через балконную дверь в сад.

В комнате повисла тишина, и я просто кожей чувствовала витающее в воздухе недовольство жениха.

Наконец он кашлянул и произнёс с заметным осуждением:

- Роксана, ты меня… удивила. Не ожидал, что такая прекрасно воспитанная девушка, как ты, может лгать и выгораживать непослушную девочку. Амели должна подчиняться требованиям няни. И это её вечное «Рокси»! Она обязана звать тебя полным именем, потому что после смерти родителей ты старшая в семье, наследница титула. Знаешь, я решил, что, когда мы поженимся, сам займусь воспитанием твоей сестры.

- Филипп, я не произнесла ни слова лжи, если ты заметил, — возразила я мягко, стараясь не обращать внимания на остальные его высказывания.

Подалась вперёд и на миг, не дольше, прикоснулась к его рукаву примиряющим жестом.

– Ты ведь знаешь, Амели и так ослаблена, а вчера у неё снова был приступ. И хотя он быстро и без последствий прошёл, я хочу, чтобы девочка почаще радовалась. Цвет платья – это такая мелочь, но доставляет ей удовольствие. В её ситуации иметь хорошее настроение — это очень важно и полезно. Жаль, Гвена этого не хочет понять.

Несколько секунд Филипп молчал, только желваки ходили на скулах. Наконец смягчившимся голосом произнёс:

- Ты очень добра, Роксана. Уверен, для наших детей ты будешь заботливой матерью. Но имей в виду баловать их не позволю.

- Конечно, я буду любить наших детей, но бездумно баловать – ни в коем случае, — пообещала искренне и облегчённо выдохнула — слава Небу, разговор не свернул туда, куда не следует.