"Витязь". Провал во времени (СИ) - Чинцов Вадим Владимирович - Страница 7

Вот только когда он лег под бок своей супружнице, то с тоской подумал о завтрашнем дне. И самое страшное для него было не предательство и работа на немцев, а невозможность выполнить свое обещание, задание немцев он не сможет выполнить из-за отсутствия доступа к бланкам строгой отчетности, о чем он побоялся сказать этим наглым шпионам, которые ведут себя в Советском тылу как у себя в Берлине.

Для получения удостоверения сотрудника сначала создается приказ на бланке и за подписью руководства. Потом по выписке из приказа в Спецчасти заполняется спец-чернилами со спец-отметками удостоверение. Под расписку в прошнурованной книге выдается персонально получателю. В случае утери — арест. И наконец, незаполненные удостоверения у него в кадрах не хранятся.

Островский смотрел в потолок, который требовалось побелить и невольно сжимал ягодицы от ужаса, который его ждет завтра. От встречи в столовой ему не отвертеться — в случае его неявки расписка будет отправлена его руководству и скорее всего в наркомат республики. А значит пытки, расстрел и хорошо, если его семью просто отправят в Сибирь.

«Думай, выход должен быть обязательно! Черт! Кажется я нашел его! Я пойду к немцам не пустой, а с такими бумагами, которые их вполне устроят!»

С утра капитан ГэБэ отпечатал на машинке письмо на имя начальника инспекции штаба Западного Особого военного округа, мастерски подделав подпись заместителя начальника Управления и шлепнув печать в канцелярии, взяв служебную машину, поспешил в Минск. В инспекции служил майор, с которым по долгу службы приходилось не раз встречаться.

Поэтому, войдя в нужный кабинет, Островский достал из портфеля бутылку коньяка:

— Здравствуй, Федор Ильич! А я к тебе опять за помощью. Нашим сотрудникам опять понадобились документы прикрытия. Выручишь? Но мне нужна будет ваша печать, верну до вечера, ты меня знаешь.

Майор взвесил в руке бутыль и задумчиво потер лоб:

— Странно, в тот раз ты фото сюда привез и я тебе все оформил.

— Не успели еще сфотографировать сотрудников. В обед фото будут готовы и я сразу как вклею и поставлю печать, вернусь в Минск.

— И сколько тебе нужно удостоверений?

— Двенадцать штук!

— Ого! Да у вас во всем Управлении столько оперативных сотрудников не будет.

Пожав плечами, Островский убедительно ответил:

— На одного сотрудника сразу несколько удостоверений на разные фамилии требуется оформить. Причем под одной фамилией он будет майором, под другой — капитаном. Ты же видишь, в запросе как раз и указано число — двенадцать штук.

— Ладно, раз вы там в свои игры после разделения наркоматов не наигрались, будут тебя двенадцать удостоверений!

— И про бумаги на постановку на довольствие в Барановичах не забудь, Федор Ильич. Вот перечень званий и фамилий. И еще одна просьба — необходимо всех официально зачислить на Девяносто третий склад в Барановичах. У нас есть подозрение, что там окопался вражеский агент. Насколько я знаю, начсклада в отпуске загорает в Крыму, а его заместитель сломал ногу и отправлен в госпиталь. Вот и выручай органы: подполковника проведи врио начсклада, майора — врио его зама, а остальных в роту охраны. А с меня ящик коньяка!

— Тэкс! Подполковник Звягинцев, майор Череда, капитан Иванов, старшие лейтенанты Алексеев и Бойко, Огнев, младшие лейтенанты Бобров, Пустовойтов, Лебедев, Кадочников, Сырцов и Семенов. Добро, я все оформлю, а ты уж будь любезен, не подведи меня, печать верни до вечера и обязательно фотографии привези для военно-учетных карточек. Если уж делать, так делать все по уму. Боевые награды я указывать не буду, во избежание пристального внимания, а вот подполковнику в карточку запишу, что награжден год назад юбилейной медалью «ХХ лет РККА».

Батя, сбривший для похода в фотоателье усы и оселедец, сидел в столовой в уголке спиной к стене, за столиком недалеко от входа расположились Тунгус, Кречет и Змей. Снаружи страховали Вепрь с Хантером. Сегодня было 15 мая, пятница.

Появившийся Островский был напряжен и его взгляд заметался по помещению в поисках тех, кто ему назначил встречу. Однако тогда от страха он толком не запомнил похитителей. Увидев махнувшего ему старика, капитан ГБ оттер пот со лба и, поспешив к нужному столику, подсел к Бате, который тихо выругался по-немецки, затем спросил:

— Принес, милок?

— Тут такое дело, я сразу не успел вам пояснить — я не имею доступа к бланкам удостоверений, зато мне удалось получить в штабе округа командирские книжки и одолжить печать. Мало того, вы официально будете числиться в штабе округа как временно исполняющие должности начальника склада и его заместителя, а также командиров роты охраны. У них с командными кадрами совсем беда. Давайте ваши фото, надеюсь, что их вам сделали не в одном экземпляре, а то их придется в Минск везти. Вы там доложите наверх о том, как я рискую, помогая вам легализоваться на всех уровнях.

Батя недоверчиво хмыкнул:

— И что, так легко вояки согласились нас оформить?

— Уже один раз я получал их по запросу моего руководства для наших сотрудников в качестве документов прикрытия. Вот я и подумал, что мне проще получить их повторно. Хоть и в таком количестве. Помимо самих удостоверений вы получите возможность встать на полное довольствие в той военной части, которая указана в документах. Это Девяносто третий окружной склад здесь, в Барановичах. Начальник склада уже в Крыму лечит свою печень, а его заместителю два дня назад уронили на ногу ящик и теперь он с переломом в госпитале. Мало того, я вам подготовил направление от нашего Управления и вы теперь согласно нему — спецгруппа для проверки порядка передачи Третьего отдела НКВД в НКО. В феврале вышло постановление ЦК ВКП(б) и СНК СССР о передаче Особого отдела из НКВД в ведение Наркомата обороны и Наркомата Военно-Морского Флота СССР, в результате чего Особый отдел получил название Третьего отдела. На этом складе округа из-за нехватки людей распоряжение пока не выполнено. Вот вы и будете пока в этой военной части не создан Третий отдел НКО, выполнять его функции. В документах в штабе укажут, что вам сорок четыре года, так по положению в сорок пять уже отправляют в отставку. Жаль, что вы выглядите старовато.

Батя усмехнулся и распрямился, выпятив грудь, при этом гимнастерка натянулась и сквозь ткань проступила нехилая мускулатура:

— А если так? Скажете, что мне за семьдесят?

Кадровик чуть не поперхнулся от неожиданности:

— Вот это я понимаю маскировка! Вас что, и этому тоже в разведке обучают? А я-то поначалу не обратил внимание на ваши кисти рук, а теперь вижу — вы наверняка подковы гнуть сможете.

Не дождавшись ответа, кадровик из портфеля стал доставать по одному удостоверения и наклеивать фото, которые ему подавал Батя. На фото ставилась печать и корочки вместе с сопроводительными документами исчезали в в вещмешке. Закончив оформлять последнее удостоверение, кадровик протянул сверток:

— Это знаки отличия. Командирскую форму получите на складе, на котором вы и будете служить.

Батя буркнул:

— Оставайся здесь, закажи себе обед.

Через пару часов на КПП окружного склада связи № 93 подошли двенадцать человек в военной форме от младшего лейтенанта до подполковника, один из младлеев на поводке вел овчарку. Узнав, что прибыли новые начальник и заместитель склада, их немедленно пропустили и провели к замполиту.

Батя представился:

— Подполковник Звягинцев Андрей Семенович. А это мой заместитель майор Череда Олесь Богданович.

Тунгус после Бати протянул руку замполиту для рукопожатия.

Батя указал на сына:

— Товарищ Иванов и старшие лейтенанты Алексеев и Бойко уполномочены от НКВД обеспечить порядок передачи Особого отдела из НКВД в НКО.

Кречет предъявил грозную бумагу, отпечатанную на бланке областного управления НКВД и свое удостоверение:

— Иванов Юрий Андреевич, а это члены спецгруппы старшие лейтенанты Алексеев и Бойко.