Водяной 5 (СИ) - Паули Константин - Страница 1

Annotation

Вадим и Василиса ищут нового стража для легендарного Калинового моста.

А в поселке вновь происходит что-то необъяснимое.

Что случилось в поселке?

Кто станет новым хранителем моста?

Смогут ли герои распутать клубок тайн и вернуть покой в родные края?

Идеальная книга для любителей русской сказки с современной изюминкой.

Водяной 5

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Водяной 5

Глава 1

Общежитие на замке

В Колдухине царствовал февраль. Время, когда зима всё ещё правит, но из каждой щели выглядывает весна. Снег уже не ложится надолго, быстро превращаясь в грязь под лучами дневного солнца, а ветер, особенно если он дул со стороны моря, нёс весенние нотки…

Моя переодетая в отечественный наряд якудза, с надписью на боку «Почта России», которую, впрочем, сейчас было практически не видно, месила грязь по окраине посёлка в направлении общежития.

Жизнь в Колдухине налаживалась, и это было, пожалуй, самым странным из всех возможных чудес. Заработала первая, насколько я понял — пробная линия на обновлённом Кирпичном заводе.

Там вовсю суетились бригады строителей и монтажников, пахло свежей краской, соляркой, сваркой, кипела работа. И не просто работа как процесс, а такая, что стала давать плоды, отгружая первые грузовики с бурыми брусками продукции.

Была проложена нитка дороги от завода к трассе, мост ещё не починили.

Виктор Сергеевич оказался на редкость хватким директором, который успевал быть везде и всюду. С общежитием он тоже разобрался и теперь там обитал пёстрый, шумный рабочий народ.

Январь выдался на удивление тихим. Никаких кровожадных сектантов, колдунов, фанатиков или инквизиторов. Даже местное население вело себя тихо, без особенных фокусов.

ДК устраивал дискотеки по выходным, дядя Толя переводил тексты, Агафья врачевала людей, причём получалось у неё лучше, чем у Давлета Марксовича. Павел Семёнович утрясал детали насчёт асфальта. В здании почты, в пустующем помещении, местный предприниматель Гайк открыл пункт выдачи Wildberries.

Однако главным событием прошедшего января оказалось вовсе не появление новых дорог, пунктов доставки или дискотеки. Важнее всего было другое: нас обошли стороной любые вторжения из Нави. Ни бесы, ни мертвецы, ни прочие обитатели потустороннего мира ни разу не прорвали границу.

Впрочем, мир и покой в этом направлении не был чем-то естественным или случайным.

Каждую неделю, выбрав день, поздней ночью, мы с Василисой надевали защитные костюмы и отправлялись в район Калинова моста. Мочить мелких бесов, причём буквально мочить, выгоняя их назад по мосту.

Всё дело в том, что мост всё так же продолжал оставаться без присмотра — никакого стража до сих пор на нём не было.

Бесы — мелкие, злобные твари, время от времени преодолевали весь мост, добираясь до «нашей» стороны.

Василиса, изучив свои умные книги и проведя какие-то магические опыты, определила, что продавить границы миров эти твари могут только со стороны условно «нашего» берега реки Смородины.

Таким образом, выполняя зачистки, время от времени выбивая бесов со своего берега, мы не допускали прорывов, однако это потребовало серьёзных усилий.

Мегалит, каменное сердце Колдухина, постепенно приходил в себя, набирался сил от нашей бурной социальной деятельности. В силу чего теперь мог держать для нас пространственный разрыв на территорию моста целых одиннадцать минут и сорок секунд.

Одиннадцать минут — это довольно много.

Но нам с Василисой за эти минуты нужно было вбежать в раскалённое марево Нави и найти заблудших бесов, которые тусовались у переправы, как гопники у круглосуточного ларька. Массово применить по ним боевую магию и успеть выпрыгнуть обратно в наш родной колдухинский сугроб, чтобы не застрять в Нави на сутки.

Как человек практичный и хозяйственный, однажды я предложил заблокировать мост кирпичной стеной.

— Ну, а что? — рассуждал я вслух, сидя на кухне, попивая чай после очередного «рейда». — Забегаем в портал. Ты прикрываешь, я тащу кирпич и ведро с раствором. Если бесы есть, дерёмся. Если нет, то за одиннадцать минут можно положить два десятка кирпичей. За месяц мы этот мост замуруем к чёртовой матери. И всё. Нет прохода, нет прорывов. Аккуратная кладочка, в два кирпича. Берег каменный, первые ряды можно класть прямо на камень.

Василиса тогда крепко задумалась.

— Вадим, — сказала она после долгой паузы. — Кирпичная стена — это нормальное явление для мира Явь. Физика Нави иная, скорее всего, она разрушит кладку, как радиация убивает жизнь. К тому же, от кого ты собрался отгораживаться кирпичами? От мелких бесов? Ну, такие твари, конечно, утрутся и вернутся обратно. Но в Нави водятся существа, которые без разбега вышибут дубовые ворота средневекового замка, окованные железом. Твоя кирпичная кладка для них — как пенопластовая декорация. Только разозлит или вовсе позабавит.

— Думаешь, только время зря потратим?

— Да, и силы… и кирпич. Дело в том, что главный элемент любого КПП — это не шлагбаум, а охранник. Нам нужен страж, это решение проблемы, а не баррикада, мины или противотанковые ежи.

На том мы тогда и порешили, что надо искать дальше.

Пока искали, январь и пролетел.

* * *

Я подъезжал к заводскому общежитию.

Физически здание находилось на территории, смежной со школой, но было отгорожено от неё высоченным, глухим забором. Видимо, чтобы миры школы и общаги не соприкасались между собой.

Въезд на территорию общежития тоже располагался с другой стороны.

Я припарковался, подхватил сумку и направился к вахте на входе в здание.

Там за стеклом, в небольшой каморке, пахнущей цветущей геранью и жареными семечками, восседала баба Нина.

Если вы когда-нибудь читали древние мифы про титанов, которые своими плечами держат небесный свод, чтобы тот не рухнул на землю — забудьте эту поэтическую чушь. Небосвод держат такие вот бабы Нины.

Будь за стенами общежития не Колдухин, а Валгалла, то баба Нина была бы валькирией. Взрослой, но вполне боеспособной.

Фигура её была крепкой и монументальной, словно вырубленной из цельного гранитного блока. И характер — мощь! Даже если бы огромный океанский лайнер получил огромную пробоину торпедой во время подводной атаки, силы одной лишь бабы Нины хватило бы, чтобы заткнуть эту дыру, причём, она бы ещё успевала и отбиваться от остальных вражеских снарядов.

— Здравы будьте, Нина Васильевна, — сказал я, почтительно просовывая в узкое окошечко пачку газет, уведомлений и писем. — Почта приехала.

Она медленно подняла взгляд, неохотно отрываясь от прочтения журнала про любовные похождения эстрадных звёзд девяностых, где рассуждали о том, кто из них от кого произошёл.

— Давай сюда, Вадим, вечером придут, раздам.

Я, как игральные карты, стал отлистывать то, что причиталось обитателям этого дома.

— Вот, баба Нина, фамилия интересная попалась — Шапич.

— Да, это из моих. Сербы, — лицо бабы Нины немного смягчилось. — Бригада электриков. Хорошие ребята, очень обаятельные, красивые, а когда в глаза смотрят, то не оторваться. Все со мной здороваются, вежливые: «Добар дан, баба Нина, добар дан».

Она усмехнулась, но потом тут же посуровела.

— Только вот к этим невинным сербским овечкам уже местные стервятники слетелись. Представляешь, припёрлась сюда на днях наша Тамарка.