Клан Волка. Компиляция (СИ) - Райро А. - Страница 171

— Жжёт... еле терплю.

— Может, ещё раз его перевязать? — предложила Бородинская.

— Промой ему рану, пока мы у ручья, а я поищу, чем обеззаразить. Кажется, там дальше торчат кусты коа, они встречаются на таких островах, как этот. Сок листьев должен помочь, иначе к вечеру с Андрея ловить будет нечего, и нам придётся вызывать Целителя.

Котов вздохнул, но спорить не стал — он и сам понимал, что я прав.

— А про кусты коа... или как их... ты откуда знаешь?

— Вообще-то, он ещё и Знахарь-Друид, — тут же напомнила Нора Аверьянова. — Они травы всякие изучают, а не только на пространственных зверях катаются.

Я глянул на Лёву, притихшего у дерева.

Тот сидел подальше от меня, насупившись и опустив глаза — чуял вину, паршивец. Он дважды мог испортить всё дело и теперь понимал, что, скорее всего, потерял доверие группы. И моё, в том числе.

— Пошли, поможешь мне, — позвал я его, и все сразу затихли, отлично понимая, зачем на самом деле он мне нужен.

«Вправить мозги» — так это называлось.

Мне совсем не хотелось этого делать, но опасный путь через лес обязывал контролировать, чтобы никто не самовольничал, не расслаблялся и не примешивал личное.

Лёва поджал губы, поднялся и молча пошёл за мной.

Мы не стали отходить далеко, чтобы не напороться на Охотников, а двинулись по кромке леса, вдоль ручья.

— Вон там кусты с синими ягодами и розоватыми мелкими листьями, видишь? — сказал я Лёве.

Тот на кусты покосился лишь мельком и опять опустил голову.

— Знаешь, я хотел сказать... я больше так не буду... извини, — пробубнил он. — Сам не понял, что на меня нашло. Захотелось укокошить Саблина, когда он к нам приплыл... мы бы и без него обошлись... а он гел-лоя из себя сделал, а потом Исидол-ла...

Я резко остановился, ухватил Лёву за плечо, поворачивая лицом к себе, и процедил:

— Ты считаешь, что это твоё романтическое путешествие с Исидорой, или как? Типа возможность с ней сблизиться? Вот после турнира можешь липнуть к ней сколько угодно, но сейчас я хочу, чтобы ты думал о том, что от твоих действий может пострадать кто-то из команды. Или вся команда. И дело тут вовсе не в турнире, понял? Дело в доверии. После твоих выходок никто тебе спину уже не прикроет, об этом ты не подумал? Это первое. И второе. Мы много чего обговаривали на тренировках, но ты ведёшь себя так, как нужно только тебе. Ещё одна такая выходка, Лёва, и я тебя вырублю, чтобы ты не мешался, положу где-нибудь в пещере, а потом за тобой вернусь, когда всё закончится.

Видимо, я произнёс это настолько серьёзно, что физиономия Лёвы вытянулась.

Он поверил в то, что я правда могу так сделать.

— Нет-нет, ты что-о-о-о... — он в панике замотал головой, — только не это. Я клянусь, что больше не буду... я же не специально... я же пл-лосто... даже не думал... и не хотел никого подводить...

Я отпустил его плечо.

— Мне не нужны твои оправдания. Не извиняйся, а делай. Но знай, что больше я тебя первым никуда не пущу. Мне нужен надёжный человек, а не обожатель Исидоры Гран. И твои любовные волнения тут нахрен никому не сдались. Особенно самой Исидоре. Ты её больше подставляешь, чем защищаешь. А теперь соберись. Через лес будет тяжёлый переход.

Лёва закивал.

— Всё! Я собел-лусь! Вот увидишь! Я очень хочу, чтобы ты мне снова довел-лял.

— Посмотрим.

Пока ему хватило словесного наезда, чтобы что-то для себя переосмыслить.

Он поспешил к кустам и начал собирать синие ягоды.

— Нам листья нужны, Лёва, — вздохнул я и потёр лоб: усталость и нервы брали своё. — А ягоды даже не вздумай есть, они ядовитые. Будет такая рвота, что наизнанку вывернет, а потом ты начнёшь задыхаться, пока не сдохнешь.

Через десять минут мы вернулись к остальным.

Все молча наблюдали за Лёвой, а тот сразу подошёл к Андрею Котову и вывалил листья коа возле него.

— Вот. Лечись.

Я уже собрался показать, из какой части листа выжимать сок, но меня тут же оттеснила Исидора.

— Нет, мы сами всё сделаем. Никто не должен заподозрить, что ты применяешь хоть что-то из других Линий.

Исидора, как всегда, была права.

Не стоило лишний раз провоцировать судей на сомнения, хотя сейчас я применял лишь знания, а не магию Знахаря, но мало ли, как это выглядело с высоты.

Пока Исидора вместе с Бородинской возились с плечом Котова, я обговорил с командой маршрут.

Мы распланировали каждый отрезок пути по лесу, решив пройти через седловину хребта, по самой нижней точке. За перевалом начиналась долина — туда и надо было добраться.

Все понимали, что сражаться с Охотниками — мощными Полузверями и хитрыми Следопытами — будет очень непросто. Я видел в глазах ребят сомнение, и даже страх.

И тут вдруг Лёва вышел вперёд и объявил:

— Может, вы забыли, что у вас на висках выбл-лито? А?.. — Он ткнул пальцем себе в левый висок. — Там написано «Сила духа»! А вы чего испугались? Вообще-то, у нас тоже есть Охотник!

— Ему нельзя превращаться в Охотника, — возразила Исидора.

— Этого и не надо! Чутьё звел-ля у него уже не отнять. Как и восстановление тела. Так что нечего бояться. Мы уже обошли тл-ли команды! Они вылетели, а мы — нет, хотя они сильнее нас!

— Им просто не повезло, — мрачно заметил Котов, — а нам повезло.

— Повезло?.. — сразу возмутился Егор-Глыба. — То, что мы идём верным путём, отбились от Стражей и Мастеров Материй, ты называешь «повезло»? Ты совсем дебил, Кот? Это была не удача, а грамотные действия командира и всей группы. «Повезло» — это когда, падая с крыши, ты за гвоздь случайно зацепился. А здесь мы готовились, как проклятые, поэтому всё получилось. И дальше будет так же...

Его перебил натужный хрип Платона Саблина.

Он неожиданно пришёл в себя, перевернулся на бок и закашлялся.

— Эй... наш мореплаватель очнулся! — К нему поспешила Исидора с фляжкой воды, которую взяла у Бородинской. — Мы тут все ждём, пока ты очнёшься.

Она помогла Саблину сесть, привалила спиной к дереву и проверила ладонью его лоб.

— Жара, вроде, нет. Паралич прошёл без последствий.

— А неплохо я очнулся, — прищурился он, глядя на девушку. — Обо мне сама госпожа Гран беспокоится. Потрогай меня подольше, я не против.

Исидора тут же отдёрнула руку и нахмурилась, будто удивилась собственному поведению.

Раньше она ни за что бы не стала обхаживать первого отморозка группы, но после того, как он рискнул ради неё, она поменяла к нему отношение.

Это заметил не только я, но и Лёва, моментально помрачнев и забыв свои речи о силе духа.

Да уж.

Придётся с этим любовным треугольником идти дальше, никуда не деться.

Ещё пятнадцать минут Саблин окончательно приходил в себя, и впервые я увидел, как его младший брат Тарас проявляет о нём заботу. Скупую и не особо заметную, но между братьями уже не было того молчаливого безразличия, как раньше.

Теперь все ждали, когда очнётся Яков Вьюгин.

Тащить его на себе было чревато, но решили, что если он не встанет через полчаса, то придётся взваливать эту ношу на Егора-Глыбу.

Полчаса прошли, а Яков так и не очнулся — слишком сильно его поразило заклинанием паралича. Он мирно лежал на траве, будто спал.

— Выходим, — скомандовал я. — Больше времени у нас нет. Глыба несёт Якова, Тарас прикрывает.

Никто спорить не стал.

— И самое главное, — добавил я, — при атаке не отходить от группы за пределы видимости и ни в коем случае не преследовать Охотников. Если они нас разъединят, то до точки мы уже не дойдём. И знайте, что Охотники вас не только видят, но и чуют ваш запах, видят ваш тепловой образ и слышат каждый ваш шорох, поэтому надеяться на то, что они кого-то не заметят, бессмысленно. От них не утаиться. При схватке старайтесь использовать не только броню и меч, но и окружение: деревья, кусты, камни, ямы и прочее. Ну и самое главное — петли.

Каждый продемонстрировал мне связанные особым путём скользящие петли из тех верёвок, что имелись в рюкзаках.