Рок-звезда Советского Союза 2 (СИ) - Яманов Александр - Страница 25

— Так я дембельнулся почти полтора года назад. Чего они всё это время не могли определиться? — произношу в ответ.

— Я духовником к этой парочке не нанимался, — Рама снова удивил меня высоким слогом. — Но по донесениям разведки, девушка долго сомневалась, потом сделала свой выбор, а когда ты её оттолкнул, обиделась и зачем-то дала отворот уже Кузнецу. Бабы!

Согласен. Логики в поступке Дарьи нет от слова совсем. Плохо, что из-за этой Санта-Барбары ВИА теряет хорошего музыканта, а я друга.

И всё равно Андрюха ведёт себя странно. Сложно было объясниться? Видел же, что меня просто завалило делами и проблемами. Личную жизнь никто не отменял, и Дарья в неё не вписывается. А что плохого ему сделали парни?

— Ладно, поговорю с Кузнецом сегодня же. Спасибо, что раскрыл глаза, — киваю Раме и перевожу тему на более приятную. — Завтра постараюсь его ещё в зал вытащить. Нечего отрываться от коллектива.

Здоровяк в ответ улыбнулся и протянул свою ладонь-лопату для рукопожатия.

Глава 11

Ноябрь 1978 года, Москва. Орудьево, Московская область.

Жизнь хороша! А хорошо жить ещё лучше! Именно эти слова из «Кавказской пленницы» крутились у меня в голове. Выйдя на ступеньки здания на Сущёвской улице, где расположено издательство «Молодая гвардия», я посмотрел на яркое солнце и улыбнулся. Сегодня даже погода радует несмотря на небольшой мороз. На улице примерно минус три, зато солнечно. Надо искать во всём плюсы!

Причина моего отличного настроения проста как три копейки. Иванов только что утвердил в печать «Ведьмака»! Не всё прошло гладко, но важен итог. Так-то Анатолий Степанович — весьма строгий и дотошный критик. С одной стороны, он похвалил меня за выбор сюжета с русскими, вернее, восточнославянскими мотивами. С другой — долго громил манеру изложения, бедный язык и отсутствие глубины. Интересно, а чего он хочет от фэнтези-боевика? Описания природы уровня Паустовского или психологизма, как у Чехова? В фантастике главное — действо и грамотный антураж. Поэтому плагиат Сапковского, изложенный на мой лад, понравился читателям.

В СССР немного иной подход к литературе, более требовательный. Что и доказал мэтр на нашей встрече. При этом типографии печатают столько откровенного шлака, что становится жалко читателей. И куда девается знаменитая экономия бумаги? Это я сейчас даже не о произведениях советских и коммунистических вождей. Иногда я захаживаю в публичную библиотеку Орудьево, где беру книги писателей пятидесятых-семидесятых годов. Скажем так, они разочаровывают. Хотя несколько раз попадались сборники интересной фантастики. Оказалось, я очень мало знаю об отечественной литературе.

Да и плевать. В мои планы не входит заниматься её развитием. Главное, продолжение «Ведьмака» поставили в печать на следующий год, а примерно в мае стоит ожидать выхода книги. Это успех! А ещё неплохое подспорье для продвижения музыки. До недавних пор я был никем, обычным выскочкой, положившим на музыку стихи Есенина. Именно так меня стараются характеризовать недоброжелатели и враги. Ага, уже есть и такие, в том числе среди звёзд эстрады. И их неожиданно много! Гудкин сообщил по секрету, назвав несколько фамилий. Я малость удивился, но потом махнул рукой.

У меня свой путь. А популярное фантастическое произведение поможет обосновывать перед комиссиями уклон моих текстов в мистику и мифопоэтику. Попробуй придерись. Внедрять тяжёлую музыку будет сложнее, но мы тоже справимся. Просто нельзя торопиться и надо дозировать утяжеление звучания. Пока вроде получается.

Меня больше волнует обещанный гонорар в размере трёх тысяч рублей. Обычно начинающий писатель получает примерно сто двадцать — сто пятьдесят за авторский лист. Но мне подняли ставку до двухсот семидесяти рублей. Неплохо! А у мэтров ставка может доходить до восьми сотен. Есть к чему стремиться. Иванов также посоветовал мне подать документы на вступление в Союз писателей, пообещав оказать всемерную поддержку. Полевой тоже поможет.

Сначала я посчитал эту идею бесполезной, но старшие товарищи сразу доказали ошибочность подобных рассуждений. Членство в СП даёт немало преференций и льгот. Да и зарабатывать на этом можно. Например, встречи с читателями неплохо оплачиваются, если правильно оформлены. Организации с удовольствием приглашают различных деятелей культуры для общения с коллективами. Руководству завода или фабрики — галочка за успешную работу с культмассовым сектором, а выступающим — неплохая денежка. С копейки по меркам крупного производства или ведомства.

Забавно, но моё заявление на вступление в Союз композиторов прокатили. Во-первых, не оказалось авторитетного поручителя. Во-вторых, у члена должно быть музыкальное образование по специальности «композиция». Очередной советский сюрреализм. Выходит, важнее нужная корочка, а не умение писать популярную музыку. Ничего, чуть позже я сделаю ещё попытку, когда обрасту соответствующими связями. Гудкин с Дворником подтвердили, что это возможно, и прецедентов хватает. Просто конкурентов нигде не любят. А здесь речь о хороших деньгах и преференциях.

Но все эти события меркнут перед одним. Недавно мне позвонили из Германии. Толком поговорить не получилось, так как продюсер, получивший записи, боялся сказать лишнего. Суть в том, что песни понравились, и он обещал посетить наш концерт в декабре, когда прилетит в Москву. Интересно, в ДК уже установили прослушку? Я ведь разговаривал с рабочего телефона, ещё и по-немецки.

Со звонком вообще целая история. У нас репетиция в самом разгаре, и вдруг прибегает лично главбух с ошалелыми глазами и, запинаясь, сообщает, что с товарищем Оболенским вскоре свяжутся из самой ФРГ. Оказывается, телефонистки предупреждают о заказанном звонке и назначают точное время. Ещё более сильный удар понесла психика Марии Ильиничны, когда она услышала немецкую речь в моём исполнении. Было ощущение, что мадам сейчас грохнется в обморок. Надеюсь, она не подумала о шпионе, затесавшемся в ряды сотрудников дома культуры и передавшем секретную информацию о расположении местных туалетов?

Когда я рассказывал об этом коллективу, все смеялись. Но как-то натужно. Подобный звонок просто обязан зафиксировать КГБ. Никому из наших не нужно пристальное внимание столь могущественной организации. Только как мне выходить на европейский рынок? Для начала, конечно. Планы по завоеванию мира я буду осуществлять позже. Шучу! Надо объективно смотреть на вещи. Хорошо, если получится выступить на Западе и тем более записать там альбом.

Я больше рассчитываю продать несколько песен и попробовать выступить с кем-то из западных звёзд дуэтом. Посмотрим. Но сомневаюсь, что советскую группу серьёзно допустят к европейской публике. Зато условный успех за границей должен открыть для меня все двери и помочь с продвижением рока. Надоели мелкие чиновники от культуры, раздувшиеся от собственной важности и способные запретить любую песню и тем более музыку. Ладно бы в словах было что-то антисоветское или спорный контекст. Так ведь нет! Люди просто запрещают, потому что не понимают, или, опасаясь, как бы чего не вышло. Мне одна тётка прямо так и заявила: мол, а вдруг в ваших песнях скрытый смысл и они порочат советскую власть. Бред!

А это только низшие звенья, через которые с трудом, но можно продраться. С ужасом ожидаю, когда мной займутся более серьёзные товарищи. Наши песни уже популярны, а значит, скоро радиослушатели начнут просить их поставить в эфире. Только качественных записей попросту нет. И большой вопрос, разрешат ли нам выйти на следующий уровень. Поэтому книга и сотрудничество с немцем должны упасть в копилку моего будущего успеха.

Пока же у меня более важное дело. Сегодня должна приехать Анна. Она снова умотала на какой-то слёт и вернулась только вчера. Я предложил ей сходить в ресторан, но девушка отказалась. Мол, лучше посидим у меня дома, но шашлык должен быть самого лучшего качества. Кто против? Хотя поход в ресторан больше подходил моим намерениям. Часов шесть ещё есть, продукты куплены, надо только подобрать нормальный букет. Этим и займусь, а потом в Орудьево.