Девять месяцев. Случайный наследник Морозова (СИ) - Серж Олли - Страница 25

–Прошу прощения. Перезвоните?

–Нет, Дамир Алексеевич, давайте поговорим. Вы, наверное хотели спросить о Вере Петровне?

–Да, о ней тоже, но сначала о другом.

–Слушаю… – удивлённо.

–Скажите, как звали того человека, для кого я стал донором?

–Дамир Алексеевич, вы же знаете, что эта информация конфиденциальна. Единственное, что я вам могу сказать, это то, что реципиент жив и абсолютно здоров.

–Значит, никак встретиться я с ним не смогу?

–Так.… – задумчиво. – Если следовать букве закона, и учитывая обстоятельство, что с момента пересадки прошло два года, вы можете отправить реципиенту анонимное письмо с предложением о встрече. Если он будет согласен, то сам вам назначит время и место встречи.

–То есть, это всё–таки возможно? – Спрашиваю давяще.

–Только в том формате, который я озвучил.

–Понял. Тогда я хотел бы заехать и передать письмо. Скажем, завтра. И ещё… моя мать просила вас отпустить ее домой на Новый год. Скажите, что для этого нужно. Понимаете, больничные стены очень деморализуют человека.

–Об этом, мои друзья, можно будет говорить через пару дней, когда придут контрольные анализы. Госпиталь на карантине. Сами понимаете. Любая инфекция для людей со сниженным иммунитетом может стать смертельной.

–Я понимаю.

–Ну вот если мы сможем перевести Веру Петровну на дневной стационар в санаторий, то ваша просьба вполне вероятно будет иметь положительный ответ.

–Я понял. И последний вопрос, Степан Александрович…

–Весь во внимании.

–Может ли измениться группа крови реципиента после пересадки костного мозга? Чисто гипотетически? Резус фактор с положительного на отрицательный?

–Если у донора был отрицательный – да. Случается достаточно часто. Что–то тесните вы, Дамир Алексеевич… У вас что–то случилось?

–Нет. Это так… вопрос в качестве ликбеза.

–Да? Ну тогда позвольте откланяться. Кофе, понимаете ли… – с улыбкой.

–Да, конечно, спасибо большое!

Прощаюсь и смотрю в темноту двора, зажав в кулак телефон.

Неужели, ты, Морозов, серьёзно предпочитаешь, что подарил жизнь ублюдку?

Нет, это, конечно, мысль из раздела фантастических совпадений. Но тем не менее…

Хорошо, а если это он? Что ты думаешь делать? Да ничего. Главное, что теперь у юристов, которые будут работать по разводу Насти будет за что зацепиться в истории с резусом фактором. И разденут гадскую семейку, как липку!

Я просто так это не оставлю!

–Дамир.…

Заглядывает на балкон Настя.

–М? – Оборачиваюсь.

–Ты долго… – улыбается смущенно. – А я тебе тоже ужин наложила. Не хочу одна…

В порыве притягиваю ее к себе за талию и вжимаюсь губами в бровь.

–Ну тогда пойдем. Будем все делать вместе…

Глава 27. Камень, ножницы, бумага…

Глава 27. Камень, ножницы, бумага…

Настя Маслова

Я заласкана и залюблена Дамиром со всех сторон. Если бы была лампочкой, то точно светилась бы ват на пятьдесят. Не меньше.

–Твои оливки и бананы, – возвращается он из коридора с большим пакетом доставки.

Счастливо кусаю губы, чтобы сильно не улыбаться и краснею.

–Это было необязательно.

–Я такого не понимаю, – качает Морозов головой. – Хочешь – значит хочешь. Попроси.

Вскрывает одним движением жестяную банку и сливает ее содержимое в небольшой стеклянный салатник.

Подает мне вилку.

Практически урча, как кошка, я вытираю руки после мытья посуды и накалываю на вилку пару костянок. Ароматных, мясистых. И издаю стон удовольствия.

Дамир смеётся, наблюдая за мной.

–Если ты будешь так стонать каждый раз, то у тебя будет личный вечный раб…

Он подхватывает пальцами оливку и, не отводя взгляда от того, как я ем, засовывает мне ее в рот.

Жесткие пальцы касаются губ, и я инстинктивно, чуть прохожусь по ним языком.

Вижу, как в этот момент дергается кадык Дамира, и как темнеет его взгляд.

Ах, какая же это приятная власть – власть над мужчиной, который взаимно очень нравится!

–И ты исполнишь любое мое желание?

Хлопаю ресницами. О, я оказывается, умею флиртовать!

–Любое…. – кивает Моров. – В пределах закона. О чем идет речь?

–Верни на работу официантку, которую сегодня уволил. Пожалуйста… Она хорошая девочка. Просто разводится с мужем, и ей не с кем оставить было ребёнка.

Дамир ставит на столешницу банку и тяжело вздыхает, вытирая пальцы полотенцем.

–Выкручиваешь мне руки? Понимаешь, как я буду выглядеть?

–Самым справедливым и отходчивым. Тебя никто не осудит! Кроме Луизы…

–Охх, Настя… Ты и так уже перевернула ресторан вверх дном!

–А мне кажется, все довольно неплохо работает… – говорю смущенно.

Еще бы эта Луиза все не портила.

–Это и пугает! – Прищелкивает языком Дамир. – Ладно. Я обещаю дать этой девушке ещё один шанс. Ровно один! Но у меня тоже есть условие…

–Какое?

–Ты больше никаких активных действий не предпринимаешь! И не будешь дорабатывать в детском саду. Я хочу… хочу, мать твою, чтобы ты доносила этого ребёнка! – Рычит эмоционально.

Попадает мне этими вибрациями прямо в сердце. У меня мгновенно снова начинает щипать в носу.

Это какая–то магия! Вот так живешь с человеком много лет, а кроме бесконечной усталости и вспоминать нечего. А бывает вот так… Правда бывает, Господи! Когда знаком без году неделю, а он везде! И в твоих фантазиях, и в работе, и в переживаниях, и даже в кабинете УЗИ!

–Спасибо! Спасибо большое тебе… – шепчу, порывисто бросаясь Дамиру на шею.

Он немного растерянно сжимает меня в ответ.

–За что?

–Просто… – не нахожу я слов, чтобы объяснить. – За все! А самое главное за то, что ты воспринимаешь меня как женщину, которая не одна! Только… – отстраняюсь. – Теперь в ресторане все будут знать, что я беременна. И про нас тоже.

О! У меня сгорят уши!

–Мы можем сказать, что отец ребёнка… – неожиданно предлагает Дамир.

Застываю. Он что? Мне снится? Как же это заманчиво! Но как–то уж чересчур быстро.

Что поделать, обжегшись один раз, и на молоко дуешь.

–Спасибо… – шепчу. – Тогда, думаю сплетен будет ещё больше.

–Да, ты права.

–Странно у нас начинаются отношения… Пусть лучше будет правда.

–В целом – согласен. Важен результат. Меня ничего не смущает. Но я всё–таки хотел бы, чтобы ты при разводе не отказывалась от совместного имущества. – Вдруг становится серьёзным его тон. – Оно же есть? Я ведь правильно понимаю, что все время болезни бывшего мужа ты была единственным кормильцем?

–Да, но это будет очень сложно доказать. Разве что чеки…

Мысль о том, что снова придется заглянуть в прошлое вызывает у меня острую панику. Хочется его выплюнуть!

–А доходы мужа?

–Я о них ничего не знаю. – Пожимаю плечами и решаю сказать правду. – Вообще, это я в запале бывшему мужу угрожала. После всего… абсолютно не хочу, чтобы он имел к малышу хоть малейшее отношение!

–Ты действуешь считаешь, что он хотел убить ребёнка? Это не эмоции?

Действительно? Сейчас мне кажется, что эти люди сумасшедшие и действительно способны на все!

–К сожалению, у меня сейчас есть серьёзные основания думать именно так. И жаль, что это тоже недоказуемо!

–Ну это не тебе решать. У меня есть хорошие адвокаты. Хваткая барышня, – усмехается, – которая без мыла вытащит любую информацию, если есть хоть малейшая возможность. Готова ли ты к этому?

Кладу руку на живот.

–Ребёнка женщины прощать никому не готовы!

Берегитесь, если я узнаю правду!

–Считай, – усмехается Дамир и щелкает меня по носу. – Что ты уже нравишься моей маме. Она бы за меня тоже любому мозг чайной ложкой выела.

–Оооо… – со стоном кладу руку на лоб. – А вот с мамами у меня не очень. Не нравлюсь я им. Да и… ты уверен, что мама будет рада невестке «с прицепом».

–На сто процентов.

Дамир смотрит на часы.

–Полночь. Кажется, выздоравливающим пора спать. А то завтра твой строгий начальник будет зол, если ты не выйдешь на работу.