Феодал. Том 7 (СИ) - Рэд Илья - Страница 46

С новостью о начале спасательной операции в коллективе повисла нервозность. Наряды разведчиков были отосланы подальше от колонии, чтобы не проморгать появление имперцев. Они оборудовали себе наблюдательные пункты на деревьях, а виверн спешивали. В случае чего успеют на низкой высоте добраться до пещеры и предупредить карательный отряд.

«А что делать? Если не успеем, придётся вступать в бой».

С обеих сторон опытные маги и воители, так что такой сценарий не хотелось бы пускать в ход — будут жертвы.

Я сейчас, как назло, прикован к поверхности и надолго пропадать не мог — приходилось лично встречать первых гостей и светить лицом на публику. Народ и так ропщет, куда это их барон исчезает, особенно в преддверии славного празднества.

«Ага, которое аккурат выпало на подлёт имперцев!»

Досадная случайность, но ребятам придётся разгребать это дерьмо без моей помощи.

«Справятся».

В Абросимове я не сомневался, но всё-таки кое-что для феода я мог сделать (кроме своих обычных обязанностей по отбору людей). Под предлогом приглашения на свадьбу я с Инеем в придачу покинул наше Таврическое Великое княжество на арендованной виверне и направился в соседнее Слобожанское, а там в одноимённое герцогство.

Путь мой лежал в графство Изюмское, совсем маленькое, всего с двумя баронствами, но с внушительной военной мощью и неприступной цепью ощетинившихся крепостей. Эдакий крепкий орешек, с которым предстояли важные дипломатические переговоры и предложение, интересное для обеих сторон.

Меня ссадили у въезда в поместье у самых ворот. Стража торжественно отсалютовала и открыла их. Иней подскочил к новым людям и с любопытством обнюхал всех, в том числе шагнувшего навстречу рыжего дворецкого, предупреждённого о визите заранее. Слуга на приставания магзверя отреагировал сдержанно и вежливо сообщил.

— Прошу следовать за мной, ваше благородие, граф Оболенский ожидает вас.

Глава 17

Хлопоты

Олег Дмитриевич Оболенский, несмотря на своё скромное звание ротмистра, был младшим отпрыском дворянского рода, но ввиду личных принципов не позволял себя величать «Ваше сиятельство» или «граф». Он считал, это отдаляло его от подчинённых и выставляло ненужные границы. Жизнь он посвятил экспедиционному корпусу, а значит, с прошлым все нити оборваны.

Пав смертью храбрых в сражении с некромантом в «Чёрном-4», Оболенский ослабил влияние своего рода. Как я уже упоминал, император любил при назначении на новую должность выдёргивать кого-то из другого графства, герцогства или даже княжества, дабы на местах не возникало чрезмерного усиления какой-то отдельной семьи.

Абросимов занял этот пост по тому же принципу: у него были как личные заслуги, так и родня подсуетилась. Требовался кто-то молодой, гибкий и способный сдерживать ведуна, желательно уже наладивший с ним контакт. Вот так и совпали звёзды, а потом Юру подставили…

«Что-то слишком часто у нас ротмистры в Ростовском графстве сменяются», — хмыкнул я про себя, ступая по скромно обставленному коридору господского дома Оболенских.

Окошки маленькие, как бойницы, из-за этого кругом одно белое магическое освещение. На стенах висело много оружия, в том числе и огнестрельного. Я на крыше даже ряд пушек заметил, с выглядывавшими наружу стволами.

По слухам, граф солидную сумму занëс РГО за сверхпрочный огнеупорный межмировой камень, из которого тут всë было построено. Да и вообще семидесятилетний старик был помешан на оборонительных мерах. Ничем не чурался, каждая палка у него стреляла, и каждая занавеска превращалась в смертельное оружие.

Это я, конечно, утрирую, но дальше вы поймëте, чем подкреплено такое поведение.

Род Оболенских специализировался на добыче ресурсов в Межмирье, а также активно зарабатывал войной, предоставляя лучших в княжестве наёмников то одной стороне конфликта, то другой.

Старый граф предпочитал сохранять нейтралитет в локальной грызне и за это против него не объединялись. У меня были также подозрения, что Сергей Дмитриевич скромничал насчёт своих дипломатических качеств, создавая репутацию недалёкого вояки.

«Хах, старый лис», — чуть не расплылся я в улыбке, ментально вскрывая нутро опытного интригана.

Сергей Дмитриевич Оболенский

Отвага (37/100)

Макиавеллизм (71/100)

Стратег (B), Мечник ©

Переводчик (А), Инженер (B)

Преданность к «В. Д. Черноярскому» (0/100)

Преданность к «К. С. Друцкому» (24/100)

Трудолюбие (88/100)

Счастье (41/100)

Боевой дух (73/100)

Общественный статус: «Надёжный наёмник» — военный делец, торгующий мечом и магией. Исполнитель, которому платят за результат, а не за разговоры.

Достигнут предельный уровень развития.

Скрытые таланты — «Крепостная азбука» (способность читать любое укрепление как книгу: где осаждающий ударит первым, где нападение затянется, где появится брешь и т.д.)

Противниками, которых он стравливал, выступали графство Муравское (с шестью баронствами) и Псёльское (с тремя баронствами). Я так понимал, другого выбора у него не было: пойдëт против любого, сразу получит яростное сопротивление обоих и многолетнюю осаду. Иметь сильные крепости хорошо, но вот питьевая вода, еда и прочее снабжение…

Рано или поздно деньги закончатся, и Оболенский не сможет покупать припасы через единственный храм в городе Изюм. Враги-то не дураки, перво-наперво туда и ударят всеми силами. Отдашь храм — проиграешь войну на истощение. Это я не соблюдал правила, а Сергей Дмитриевич такой роскоши не имел, как и сильных союзников, которых запугали войной.

Я ожидал увидеть согбенного старика, вросшего в своë удобное кресло, с уставшим от треволнений взглядом. В моëм понимании люди в этом возрасте уже потихоньку ковыряют одной ножкой землицу на воображаемом погосте. Как же я ошибался.

Меня встретил сухонький подтянутый дед с прямой как палка спиной. Аккуратно побритый, надушенный, он двигался легко и молодо, глаза колючие, живые, с паутинкой морщин вокруг век, но в целом его коже можно только позавидовать — здоровая, без возрастных пятен и чистая.

Невольно улавливалась дикая жажда к жизни.

— Владимир Денисович, здравствуйте, голубчик, — радушно вышел он ко мне и крепко пожал руку. — Как добрались?

— Спасибо, Сергей Дмитриевич, можно просто Владимир. Долетел с ветерком, благодарю.

По сигналу графа слуги оставили нас.

— Ты писал есть дополнительные сведения о том, как погиб мой младший брат. Я тебя слушаю, — деловито повëл он беседу на французском.

Понимая, что это проверка, я ответил ему, в свою очередь, на немецком.

— У меня есть все основания полагать, что его подставил мой сюзерен, граф Остроградский.

— Подробней.

— Павел Викторович спутался с некромантами и теперь у них на побегушках. У меня есть косвенные и прямые тому доказательства. Мой городничий вскрыл их сеть тайников, где хранятся сотни трупов как материал для вторжения. Они планируют захватить храм в Ростове и расползтись дальше по нашим землям. Таврида станет для них оплотом.

— Ты кому-то об этом докладывал? — надломил бровь Оболенский.

— Да, непосредственно Его Величеству. Мне тогда не поверили, но дали разрешение на войну с Остроградским. Теперь же у меня на руках все карты, и я хочу с ним разделаться сам.

— В чëм же заключалась подстава моего брата? — уточнил старый граф.

— Остроградский предупредил некромантов обо всех нюансах экспедиции. Я вместе с вашим братом угодил тогда в смертельную засаду. Враг с поразительной точностью знал, где мы остановимся, и первым же ударом убил ротмистра. Без опытного земельника мы бы погибли, но у меня был в запасе свой.

— Мотив предательства? — спросил Оболенский, заложив руку за спину.

— Жена Остроградского. Она живее всех живых — еë держат в плену, а из мужа годами верëвки вьют. Не спрашивайте, откуда я всë знаю, клянусь честью, это правда.