Феодал. Том 7 (СИ) - Рэд Илья - Страница 12

— А много? А то мне на дворец не хватает, хыв-хыв, — засмеялся в кулак Саня Гризли и остальные тоже зазубоскалили.

— Сколько заработаешь — все твои. Глядишь, на пару кусков черепицы хватит для дворца. Все с чего-то начинали.

— Э-э… какая, блин, черепица? Ну так нечестно… — протянул задира, когда над ним посмеялись окружающие.

— Ладно пошутковали и хватит. Вы летите учится, а не дурака валять. Не справившихся вернут обратно в шпиталеты, бездельники мне не нужны. Всë по-честному, — я прошёлся вдоль их строя и остановился возле Ваньки, ковырявшегося в носу. — Золото копаешь?

— А? — спросил он непонимающе. — Я б не отказался.

Потрепав его кудрявую голову, я двинулся дальше.

— Будет тебе золото, малой. Ладно, кто хочет уже прокатиться на виверне? — спросил я, понимая, что тут проще показать всё, а длинные речи всё равно мимо ушей пролетят.

— Я! Я! Я! — ребятня с визгом рванула к белым контейнерам занимать места.

Внутри их рассадили взрослые работники из экспедиционного корпуса. Всё по регламенту: один управляет виверной, другой следит за порядком внутри транспортной «коробки». Она в девять тросов крепилась к сбруе, даже если какой-то оборвётся — остальные справятся и сохранят равновесие. Внутри был оборудован туалет, пищевой отсек на случай дальних перевозок и спасательный набор.

Пока все воевали за лучшие места, я переговорил с дворецким.

— Они извинились, не надо, — снова отказался он от денег. — Это мы не так подготовились к приёму.

— Что ж, понадобится работа — приходи, — сказал я на прощание.

А что только Кержапольским разрешено переманивать достойных профи? Вообще, я был рад, что конфликт исчерпал себя и никто не пострадал. Под восторженный визг малышни мы оторвались от земли, зависли ненадолго в воздухе и взяли курс домой.

Это заняло чуть больше дня пути со всеми остановками и кормёжкой виверн. В Таленбурге нас уже поджидал Филарет в обществе десяти работниц, согласных помогать со стиркой, уборкой, приготовлением пищи и прочими повседневными обязанностями.

— Мы будем учиться магии? — удивилась Камила, когда им, наконец, объяснили по приезде истинную цель сбора.

— Надо было сразу сказать! — нахмурился Кудлаш. — Мы думали тут очередная дебильная фабрика…

Всë равно не поверили хулиганьë. Я-то гадал, чего они в отрыв так ушли? С другой стороны, понять можно: явился не запылился какой-то знатный хмырь, обещаниями сыпет, как пить дать стелет с какой-то гнилой целью. Но согласились же?

«А куда им ещë идти? Подумаешь, шило на мыло поменяют, зато хоть до отвала наедятся и по-человечески поживут недельку-другую. Явно надолго не собирались задерживаться у богатого олуха, мол, чуть что сбегут».

Но, услышав про магию, беспризорники насторожились. Лица стали более осмысленными и у многих в глазах затаилась надежда, что это всë-таки не обман, не детская каторга у чëрта на куличках, а вполне себе реальный шанс выбиться в люди. «Всамделишная» школа магии.

Маг всегда найдёт тёплое местечко для себя и своей семьи. В народе престижней профессии, пожалуй, не сыскать — платили им много и пахать, как в поле, не приходилось. Мечта для любого безродного мальца.

— Пока строится кадетский корпус, поживёте под присмотром отца Филарета. Занятия начнутся через неделю. Бегом заселяться, — велел я.

— Ваше благородие, а какая у меня стихия? — зажмурив один глаз, спросил Кудлаш.

— Земля.

— Ого, слыхал Санёк, легко наколдую себе тыщу рублей, а у него что?

— Звук.

— Хыв-хыв, теперь ты не Гризли, ты Соловей-разбойник!

— А у меня?

— Лекарство, — ответил я Камиле и понял, что зря открыл рот, начался гвалт с просьбами рассказать и другим их стихии. — Узнаете со временем. Всё, марш отсюда!

Девочка довольно просияла и потопала с остальными. Глядя, как улетают обратно виверны, священник спросил.

— Зачем блаженную с собой взял? Не похоже на тебя.

— Ты про Пелагею? В доме призрения отыскал. Еë туда из РГО выбросили три года назад, тронулась умом после опыта с запрещённым зельем. Такой огромный потенциал и карьера всего в тридцать один год… Знаешь, как говорят, горе от ума, вот это её случай. Умнее человека я ещё не видел.

Пожалуй, не сто́ит говорить святому отцу, что Нобу её попросту выкрал и обкорнал на лысо, чтобы Кержапольские не догадались, что за особу они приютили у себя в усадьбе. Девушка сидела на земле, подслеповато рассматривая пучок вырванной травы, как будто в первый раз её видела. Над головой у неё выделялась золотистая надпись «диктатуры»:

Интеллект (95/100)

— Это душа заблудилась, оставь её, она в руках господа. Не всё тебе соки с людей тянуть, пусть отдохнёт.

— Значит, я не богоугодным делом занимаюсь? — уточнил я.

— Я не знаю. А ты о чëм-то таком помышляешь? — спросил Филарет, отстранённо глядя мне в глаза.

— Мы ей поможем отыскаться, душе, — уточнил я и попросил работницу кадетского корпуса отвести Пелагею к Склодскому.

— Загадками говоришь, Владимир, что ж, я не лезу в твои дела, но спрошу другое: не рановато с детишками мы начали?

— Нет, с магами самое оно. Это не детинец с гриднями, где ждать долго, пока тело и дух окрепнут. Кадеты быстро включатся в дела феода, помощников вырастим. Что с преподавателями, отыскал?

— Да, тебя ждали со дня на день.

— Веди показывай.

Как баронство мы не имели права дрейфовать по течению жизни. Только рваться вперёд, опережать всё окружение на десяток шагов. Это единственный способ обеспечить свою безопасность и процветание.

Если бы я играл по правилам и лениво поплёвывал в потолок — не видал бы такого продвижения вокруг. С каждым днём молодой организм города накачивался социальной кровью, становился больше и значимей. Кадетский магический корпус — это моя жемчужина, огромный вклад в будущее личной империи.

Как только стража заметила виверн — учëных мужей дёрнули из гостиницы на ведунские «смотрины». Хах, забавней не скажешь. Двадцать кандидатов в преподаватели ожидали нас в тереме в приёмной.

— Ничего, я быстро, сидите, — махнул я ладонью, чтоб не вставали. — Вы приняты, вы тоже, — говорил я, проходя вдоль скамьи с учёными мужами. — У вас какая дисциплина?

— Магинженерия, ваше благородие. Когнитивный модельный ряд, обучаю созданию заклинаний от и до: как что работает, преимущество одних фигур перед другими, их правильные сочетания, настройка физических параметров. Это моя специализация, — добавил он в конце.

— А опыт какой?

— Двадцать лет в рязанской магической академии.

— Почему ушли?

— За супругой присматривал, отходила пташка моя. Дни последние с ней провëл, тридцать лет рука об руку… Проводил по-божески, как полагается. Пока то да сë место моë в академии заняли. Что делать? Перебивался частными уроками, на хлеб с маслом хватало, но как-то мелко, размаху нет, соскучился по настоящей работе. Да вот, друг мой любезный весточку подал, я и вещички собрал, — сутулый мужчина шестидесяти лет благодарно кивнул отцу Филарету.

— Сожалею о вашей утрате и добро пожаловать, вы приняты. Остальные свободны, зайдите в ратушу за компенсацией потраченного времени.

Я взял только четверых, хотел ещё двоих с «B» рангом, но первоклассные учителя нужны мне прямо сейчас. Дети должны получить самое лучшее магическое образование и к кандидатам тут снисхождения ноль. Я невольно залюбовался своими «орлами» — все «А» ранги, Филарет не подвёл.

— Итого из дисциплин у нас закрыты: основы медитации, ресурсное планирование, магинженерия и практическая энергоморфология, — вслух сказал я.

— Позвольте, Владимир Денисович, но этого блока знаний ничтожно мало. К тому же для хотя бы среднего по качеству заведения нам потребуется куда больший преподавательский состав. В одиночку мы такое количество детей не осилим.

— Это я и хотел обсудить, Николай Андреевич. Пока работаем в таком режиме, наладьте контакт с детьми. Назначаю Вас ректором. Составьте мне список всех требуемых дисциплин, а также специалистов, которых вы и ваши коллеги рекомендуете. Разошлите им пригласительные письма с нашими условиями.