Истинность отменяется, дракон! (СИ) - Скай Алекс - Страница 13

Нисса подняла документ к свету.

— Вы уверены?

— Смотрите на нижний край цифр. Современный слой лежит поверх старого давления.

Она изменила угол. Прищурилась.

— Вижу.

— Под исходной датой восемнадцать лет назад.

Нисса перевела взгляд на Эрвина.

— Это шутка?

— Нет.

— Жаль. Ужасная, но хотя бы шутка.

Она снова рассмотрела лист.

— Откуда копия?

— Дворцовая регистрационная палата.

— Оригинал защищён?

— Регистратор оставил его у себя.

— И Палата уже знает?

— Скорее всего.

Нисса тихо выдохнула.

— Тогда у нас меньше времени, чем мне хотелось.

Я уловила последнее слово.

— У нас?

Она посмотрела на меня.

— Если кто-то смог изменить дату в документе Реестра так, чтобы проверочная печать считала её подлинной, я хочу знать как. Из профессиональной гордости.

— Мне нравится ваша мотивация.

— Ничего героического. Просто терпеть не могу, когда кто-то портит документы и думает, что никто не заметит.

Я протянула ей руку.

— Тогда, думаю, мы найдём общий язык.

Нисса пожала её.

— Нисса Вельт. Хранитель второй исторической секции, временно исполняющая обязанности старшего хранителя, потому что мой начальник решил провести неделю за пределами столицы ровно тогда, когда мир начал сходить с ума.

— Сольвейг Эсмар. Профессия в этом мире пока не определена.

Нисса посмотрела на меня с интересом.

— А в прошлом?

Я замешкалась. Эрвин не вмешался.

— Работала со старыми документами.

— Где?

— Очень далеко.

— Насколько?

— Настолько, что название вам ничего не скажет.

Нисса подняла бровь, но продолжать не стала.

— Хорошо. Посмотрим, что вы умеете.

Эрвин тихо произнёс:

— Вы обе сейчас выглядите слишком довольными.

— Вы просто не понимаете радости от повреждённой записи, — ответила Нисса.

— Я надеюсь никогда не понять.

— Поэтому вы дракон, а мы нормальные люди.

— Спорное утверждение, — сказала я.

Эрвин взглянул на меня.

— Сговорились?

— Пока нет.

— Пока, — подчеркнула Нисса.

Мы пошли в глубину архива.

Закрытый фонд начинался за второй решёткой. Нисса оставила запись в журнале доступа, указала наши имена и номер карточки. Возле имени Эрвина сделала небольшую пометку.

— Что написали? — спросила я.

— «Не позволять прикасаться к документам без разрешения».

— Почему?

— Однажды он сам решил открыть книгу, которая рассыпалась от старости.

— Она выглядела достаточно крепкой.

— Все говорят одно и то же перед тем, как мне приходится собирать страницы по полу.

— Это было десять лет назад.

— Некоторые преступления архив не забывает.

Я взглянула на Эрвина.

— Репутация.

— Ни слова.

— Не обещаю.

За решёткой воздух стал прохладнее. Здесь не было светящихся сфер. Документы хранились в невысоких металлических шкафах, между которыми оставались узкие проходы. На каждой дверце стояли буквенно-числовые обозначения. Нисса сверилась с копией.

— Если исходная карточка действительно восемнадцатилетней давности, она относится к дореформенному реестровому фонду. Серия «Союзы и определения».

— Название многообещающее, — сказала я.

— Не обольщайтесь. Большая часть — скучные списки проверок.

— Скучные списки иногда рассказывают больше красивых хроник.

Она посмотрела на меня одобрительно. Эрвин шёл позади.

— Полагаю, теперь меня здесь вообще не требуется.

— Требуетесь, — сказала я.

— Для чего?

— Вы единственный из нас, кто может объяснить, если Палата решит, что мы занимаемся государственным преступлением.

Нисса кивнула.

— И единственный, кого охрана подумает дважды, прежде чем вытаскивать из архива.

— Рад быть полезным.

Она остановилась возле шкафа. Замок на дверце состоял из четырёх вращающихся колец. Нисса коснулась жетоном центральной пластины. Кольца повернулись сами.

— Год?

Эрвин назвал. Она открыла шкаф. Внутри стояли узкие коробки.

— Месяц?

Мы сверились с исправленной датой. Нисса достала третью коробку и поставила её на переносной столик.

— Ищем по двум фамилиям.

— Кастен и Эсмар, — сказал Эрвин.

— Если карточка вообще сохранилась.

— Они теряются? — спросила я.

Нисса посмотрела на меня с оскорблённым выражением.

— В моём архиве?

— Простите.

— Принимается.

Она открыла коробку. Карточки были небольшими, плотными, каждая в отдельном тонком конверте. Я ожидала обычную бумагу, но поверхность слегка мерцала.

— Защитное покрытие?

— Старого типа, — объяснила Нисса. — После реформы отказались. Дорого, зато хорошо сохраняет первоначальный слой.

Я посмотрела на неё.

— Насколько хорошо?

— Если кто-то что-то стирал, иногда остаётся магический след.

— Иногда?

— Не начинайте. Я сама ненавижу это слово.

Мы одновременно улыбнулись. Эрвин тихо сказал:

— Это становится тревожным.

Поиск занял почти двадцать минут. Карточки располагались не по фамилиям, а по регистрационным номерам, и нужный номер пришлось восстанавливать по таблице старого Реестра. Наконец Нисса остановилась.

— Есть.

Она вытащила конверт. На нём стоял номер. Тот же, что скрывался в техническом поле сегодняшней копии. Улыбка исчезла с моего лица.

— Значит, источник действительно существует.

— Похоже на то.

Эрвин подошёл ближе. Нисса положила конверт на стол.

— Никто не касается, пока я не сниму защиту.

— Даже я? — спросила я.

— Особенно вы. Я только что узнала, что способны разбирать магические метки пальцем.

— Один раз.

— Именно так начинаются архивные легенды.

Она провела жетоном по краю конверта. Мерцание исчезло. Карточка внутри была почти такой же, как сегодняшняя, только потемневшая от времени. Нисса вынула её специальными щипцами и положила на тёмную подложку. Я наклонилась. В верхней строке стояло:

ПРЕДВАРИТЕЛЬНАЯ РЕЕСТРОВАЯ КАРТОЧКА.

Ниже два имени.

СОЛЬВЕЙГ ЭСМАР.

ЭРВИН КАСТЕН.

Несколько секунд никто не говорил. Даже Нисса.

— Одиннадцать и шестнадцать лет, — наконец произнесла она.

— Мы уже считали, — сказал Эрвин.

— Я всё равно надеялась, что вы ошиблись.

— Очень поддерживаю, — сказала я.

Нисса посмотрела дату.

— Она не исправлена.

— Уверены?

— Сейчас проверим.

Она достала из ящика небольшую прямоугольную пластину из мутного стекла.

— Просмотровая линза?

— Глубже. Она показывает последовательность магических слоёв.

— Почему в регистрационной палате такого нет?

— Потому что половина чиновников использовала бы её вверх ногами.

Эрвин вздохнул.

— Нисса.

— Что? Я работала там два года. Имею право.

Она положила пластину поверх даты. Цифры вспыхнули. Один слой. Никаких исправлений. Дата действительно была внесена восемнадцать лет назад. Я почувствовала неприятное давление под рёбрами. Одно дело подозревать. Другое — увидеть доказательство.

— Кто создал карточку? — спросил Эрвин.

Нисса перевела пластину ниже. Поле автора оказалось повреждено. Не стёрто полностью, но через имя проходило тёмное пятно.

— Вот это уже интереснее.

— Можно восстановить? — спросила я.

— Попробуем.

Она достала ещё два инструмента и подвинула мне стул.

— Раз уж вы работали с документами, садитесь.

— А вы?

— Буду следить, чтобы вы ничего не уничтожили.

— Доверие бесценно.

— Мы знакомы меньше часа.

Я взглянула на Эрвина.

— Знакомая фраза.

— Не втягивайте меня.

Я села. Повреждение выглядело не так, как обычный соскоб. Поверх имени кто-то провёл магической линией, уничтожив часть букв. Однако под определённым углом оставались слабые следы первоначального давления.

— Свет можно направить сбоку?

Нисса подвинула маленький кристалл на гибкой ножке.