Леди и горец - Гарнетт Джулиана - Страница 41

— Ну и пусть ждут нас у переправы. А мы пока будем есть их говядину и пить их эль. Вряд ли они найдут в этих краях хоть что-нибудь, чем можно набить брюхо.

Лорд Рэндольф, который все никак не мог оправиться от удивления, покачал головой:

— Что-то здесь не так. С какой стати им дожидаться нас у границы, если мы отступать пока что не собираемся?

Роб негромко рассмеялся.

— А с такой, что сэр Джеймс намеренно распустил слух о том, что мы со всеми нашими обозами и захваченным скотом будем отходить к Тайну. Не сомневаюсь, что сэр Пейтон рассказал об этом своим соотечественникам и они решили устроить нам у Тайна засаду.

— Я тоже в этом уверен, — кивнул сэр Джеймс. — Так что пусть ждут. А мы расположимся на отдых в маноре, что неподалеку. Там есть где устроить людей и укрыть скот. Небо опять хмурится, того и гляди польет дождь.

Дождь лил, не переставая, на протяжении восьми дней. И все это время англичане стояли у переправы моста Хейдон, тщетно дожидаясь шотландцев. Из-за непрекращающихся дождей реки вышли из берегов, и английский лагерь просто купался в грязи. Продовольствие у англичан было на исходе, а добыть его в разоренных приграничных землях не представлялось возможным. Англичанам даже нечем было согреться, поскольку леса вокруг напитались влагой, а мокрое дерево, как известно, плохо горит. Из-за постоянной влажности оружие ржавело, а кожа на сбруе и седлах начала гнить. Наемники роптали и в любой момент могли взбунтоваться. Англичане совсем уже было собрались отойти на зимние квартиры, когда от имени короля был зачитан указ, в котором говорилось, что всякий, кто укажет местопребывание шотландцев, получит рыцарское звание и поместье с крепостными крестьянами. Шестнадцать человек выказали желание отправиться на поиски врага и разъехались в разные стороны от места стоянки. Один из них, Томас Роукби, попал в руки Гленлиона и был доставлен в шатер Черного Дугласа. После того как Роукби поведал Дугласу об отчаянном положении, в котором оказалась английская армия, его угостили обильным ужином и отослали назад, с тем чтобы он передал своему командованию, что шотландцы уже больше недели дожидаются возможности сразиться с англичанами. Вернувшись в английский лагерь и получив обещанную награду, свежеиспеченный рыцарь повел британское войско к реке Уэр, где на противоположном берегу выстроились готовые к бою шотландцы. Бурные воды реки Уэр сильно затрудняли переправу. Тогда англичане послали к Дугласу герольдов, прося указать безопасный брод, с тем чтобы столь ожидаемая обеими сторонами битва могла наконец состояться. Дерзкий ответ шотландцев не заставил себя ждать. «Мы пришли в ваше королевство и разоряем ваши деревни и города. Если вам это не по нраву, придите и прогоните нас, поскольку сами мы не уйдем». Англичане, зная, что за спиной у шотландцев болота, решили взять их измором и перекрыли им все пути отхода к границе. Эта своеобразная осада перемежалась стычками, во время которых обе стороны вступали малыми силами в бой и захватывали пленников. Одна из стычек едва не завершилась пленением шестнадцатилетнего короля Эдуарда. Дуглас взял с собой двести человек, чтобы, переправившись через реку Уэр вдали от стоявших друг против друга лагерей, обрушиться на англичан с тыла. Часовой уже хотел поднять тревогу, но Дуглас, прикинувшись английским вельможей, обругал его за излишнее рвение, и введенный в заблуждение солдат позволил шотландцам беспрепятственно проникнуть в лагерь. Двести конных горцев ураганом промчались через неприятельские позиции, рубя выбегавших им навстречу людей и подсекая поддерживавшие палатки и шатры шесты. Они пробивались к огромному, крытому шелком павильону, где находился юный английский король. Только отчаянное сопротивление валлийской гвардии позволило королю избежать гибели или плена. Пока шотландцы гонялись за Эдуардом, отпор со стороны англичан становился все более организованным, и Дуглас был вынужден протрубить сигнал к отходу. Услышав протяжный звук трубы, Роб, пришпорив коня, поспешил к реке, чтобы присоединиться к своим. Ночь выдалась темная; крутые берега Уэра и стоявший в отдалении лес в свете изредка пробивавшейся из-за облаков луны поражали своей мрачной загадочностью и казались заколдованными. Прежде чем добраться до своих, Роб несколько раз сбивался с дороги и с большим трудом находил ее снова. Наконец он увидел ехавшего вдоль берега Дугласа и подскакал к нему.

— Ты видел? — смеясь обратился к Робу начальник. — Графы и лорды выскакивали из шатров в чем мать родила, причитая, как расстриженные монахи!

— Вот это удача! — взволнованно произнес Роб, возбужденный битвой. — Думаю, Рэндольф будет настаивать на новой вылазке — но уже с большими силами.

Его предсказание сбылось. Когда отряд Дугласа вернулся в шотландский стан, лорд Рэндольф объявил, что собирается повторить этот маневр, использовав всю наличную конницу. Дугласу, который не сомневался, что англичане будут начеку, едва удалось отговорить его от этой рискованной затеи. Взамен он предложил Рэндольфу новый план действий: обмануть англичан и пробиться к шотландской границе с обозом и захваченным у врага скотом. В последующие дни шотландцы вели себя тихо, но ближе к вечеру стали неожиданно для неприятеля выдвигаться к реке, демонстрируя всем своим видом намерение переправиться на противоположный берег и атаковать английские позиции. Англичане отреагировали на подобную демонстрацию так, как Дуглас и предвидел. Полагая, что шотландцы обрушатся на них ночью, они привели свои войска в боевую готовность, выстроили вдоль берега и стали жечь факелы.

— Ну вот. Теперь они будут ждать, когда мы на них нападем, — сказал Роб, ставя ногу в стремя и вскакивая на лошадь.

Сэр Алек ухмыльнулся:

— Совершенно справедливо. И должен заметить, ждать им придется долго.

Запалив поярче костры и громко протрубив сигнал «стоять настороже, готовиться к бою», шотландцы стали потихоньку оттягиваться от берега к располагавшимся у них в тылу болотам, которые они задолго до того замостили гатями. Когда люди и обозы продвигались по замощенному участку болота, специальные отряды у них за спиной разбирали гати и снова укладывали их впереди, по ходу движения войска. Так шотландцы двигались до тех пор, пока болота не остались у них позади. С наступлением утра англичане увидели на противоположном берегу лишь пепелища костров, ни одного шотландского солдата там не было.

Шотландцы к тому времени уже подходили к своей границе, и преследовать их было бесполезно.

Глава 20

Гленлион

Ячмень на окрестных полях вымахал в рост ребенка; налившийся колос позолотило солнце. Еще неделя, самое большее две — и крестьяне начнут убирать урожай. С главной башни видны были крошечные силуэты пасшихся на дальних склонах коров и овец. А еще с башни хорошо было наблюдать за заходом солнца, когда с последним закатным лучом пурпурные сумерки медленно растворялись в чернильном пространстве ночи. Джудит, стоя у зубцов башни, вглядывалась в небо. Ночь была теплая и на удивление тихая. Полная луна посеребрила холмы и долины, а окружавшие ночное светило звезды замерли, как если бы их приколотили к небосводу золотыми гвоздиками. Вот еще глупости, подумала Джудит. Она с давних пор знала, что небесный свод у нее над головой медленно и неустанно вращается, и привыкла находить успокоение в его медленном вращении и в мерцании знакомых созвездий. Что будет, если он не вернется? — в очередной раз задавала она себе этот проклятый вопрос, но ответа на него не находила. Одно она знала совершенно точно: если он не вернется, ни луна, ни звезды успокоения и утешения ей не принесут. Наступил август. Прошло два месяца с тех пор, как Роб ушел с Джеймсом Дугласом в поход. Дни почти целиком заполняла домашняя работа, однако ночи, когда она часами лежала без сна, казались ей бесконечными. Она постоянно думала о Робе, а когда засыпала, видела его в своих сновидениях. Однако проснувшись, обнаруживала, что рядом никого нет и она сжимает в ладонях не руку своего милого, а стеганое одеяло. И за все это время — ни одной весточки от него. Господь свидетель, она извелась, думая о тех бедах, которые могли выпасть на его долю во время похода. Быть может, его убили, а она об этом даже не знает?