Без страха и упрёка 3 (СИ) - Земляной Андрей Борисович - Страница 30

1. С 24.00 9 июля переименовать Степной военный округ в Степной фронт.

2. Включить в состав Степного фронта 5-ю гвардейскую, 27-ю армию с 4-м гв. танковым корпусом, 53-ю армию с 1-м мех. корпусом, 47-ю армию с 3-м гв. мех. корпусом, 4-ю гв. армию с 3-м гв. танковым корпусом, 52-ю армию, 5-ю гвардейскую танковую армию, 3-й, 5-й, 7-й гвардейские кавалерийские корпуса, 5-ю воздушную армию, все части усиления и тыловые части и учреждения Степного военного округа.

3. Армии фронта развернуть согласно устным указаниям, данным Генеральным штабом.

4. Передвижение войск совершать только ночью.

5. Командный пункт Степного фронта с 12 июля иметь в районе Горяиново.

6. О ходе перегруппировки доносить ежедневно шифром.

Ставка Верховного Главнокомандования И. Сталин. А. Антонов'

6 апреля 1943 года.

Интерес различных специальных служб к новым разработкам был своевременно отслежен органами НКВД, и естественно были приняты, а точнее ужесточены меры безопасности и не только по темам инициированным Штурминым но и по всем темам оборонной тематики вообще, в том числе и для сотрудников соответствующих лабораторий, переведённых в помещения закрытого типа, где конечно было всё необходимое для жизни, включая лёгкий флирт и внеслужебный секс, но полностью отсутствовала возможность любых контактов с теми, кто не имел допуска к секретным материалам.

Ещё с тридцатых годов, когда германская разведка целенаправленно охотилась за советскими учёными и инженерами, и убивала их, СССР завёл систему так называемых «Шарашек» лишь ничтожно малая часть которых предназначалась для содержания условно-освобождённых инженеров и учёных, а все остальные принимали обычных граждан, и условия жизни там чаще всего были лучше, чем обычный быт советского человека.

Вот в такие шарашки и убрали от греха несколько сотен ключевых разработчиков и инженеров, создававших по распоряжению Генштаба новую бомбу Шторм — 5. Пятитонный боеприпас по мощи сравнимый с тактическим ядерным зарядом сверхмалой мощности которых в этом мире ещё не придумали. Но мощь пятитонной бомбы даже на полигоне вызвала глубокую задумчивость всех присутствующих. В радиусе пятисот метров не оставалось ничего живого, и даже бараны в танках всех типов, закрытых на все замки, превратились в мясное сырьё.

Тротиловый эквивалент равнялся примерно тридцати тоннам, что конечно превышало любые мыслимые и немыслимые боеприпасы. Но самое главное заключалось в том, что такая бомба не вскапывала землю огромной воронкой, а накрывала именно площадь, поражая всё что на этой площади находилось.

Очень похожая история произошла и с противобункерной бомбой, изготовленной специально для пробития самых мощных бункеров гитлеровской Германии. Разведке всё-таки удалось подобраться к развалинам бункера «Вервольф» и сделать подробные снимки разрушенных перекрытий и главного купола, уточнив параметры самих бомб и динамики подрыва.

Очистив «поляну» от возможных утечек, Берия и Меркулов озаботились своим человеком рядом с Штурминым, и несмотря на то, что капитан похоже «вскрыл» их агента в первый же вечер, но контакт не прервал, а наоборот всячески углублял знакомство самым традиционным способом.

Вера, как выпускница «Ленинской технической школы» в этом смысле могла дать любую фору всем москвичкам сразу, и судя по звукам, доносившимся из квартиры, вполне успешно внедрялась в окружение интересанта.

Задачей Веры был конечно же не шпионаж, а самая тривиальная охрана, потому как игра закручивалась нешуточная, а такого человека как Штурмин ещё пойди спрячь!

Вопрос выйдут или нет на самого Штурмина союзники, даже не стоял. Конечно выйдут. Вопрос, когда и что станут делать. Психопортрет капитана делали лучшие специалисты и они все категорически заявили, что такого человека не купить даже за большие деньги, но вот все остальные методы давления оставались под вопросом, в том числе и медовые ловушки, поэтому теперь рядом с Алексеем и мелькала комсомолка, спортсменка, наконец, просто красавица Вера Субботина. Конечно было немного жалко расходовать такой ресурс как Вера в столь примитивной операции, но на кону стояли не только существующие секреты, а и будущие «золотые яйца» так что Берия с Меркуловым, задушили свою жадность.

А подготовка разведывательных и диверсионных групп только набирала обороты что быстро сказалось на численности ягдкоманд, и всяких зондергрупп. Разведывательные группы фронтов, армий и дивизий, получали новое снаряжение и оружие, а самое главное способы срыва преследования. Разглядеть тончайшую леску в снегу или в траве, было практически невозможно, и мишенные мины собирали богатый урожай, переводя евроотребье на фарш потоками стальной картечи.

Людей, подготовленных для преследования и уничтожения диверсантов, не могло быть много, и такой массовый мор конечно сказался на общем состоянии противодиверсионной и антипартизанской работы. К маю 1943 к этим операциям стали массово привлекать линейные части вермахта, которые в такой ситуации вообще становились расходным материалом, и их потери никто не считал, надеясь просто завалить разведгруппы телами.

На этом фоне зверства укрофашистов воспринимались немецким командованием как своеобразный ответ на действия армейской разведки, и на заседании ГКО была принята резолюция «О беспощадной борьбе с предателями родины и карателями»[7]. Теперь пойманного в форме полицейского, или с белой повязкой и документами полицейского не брали в плен, а расстреливали на месте, или вешали на дереве, в назидание всем предателям.

Примерно также поступали и с солдатами и офицерами СС, например, оберфюрер (бригадный генерал) Оскар Дирлевангер — командир «Особой команды СС», найденный и похищенный войсковой разведкой Западного Фронта, был доставлен в Москву и после короткого суда повешен.

Также отличились разведчики Брянского фронта, тремя группами напав на казарму полицаев в Молодечно, и красиво развесив их вдоль дороги.

Кинооператор армейской студии присутствовавший в рейде, снял достаточно красочный фильм показанный по всему СССР в кинотеатрах и в действующих частях в кинопередвижках, что имело эффект куда более сильный чем разговоры замполитов о неминуемости наказания.

И, да. Теперь в передовых частях и даже в разведгруппах появились кинооператоры. Иногда профессиональные операторы, иногда просто бойцы группы, обученные пользоваться камерой, и это резко оживило идеологический фронт. Не абстрактные пробежки красноармейцев перед объективом, а реальные боевые операции армии, стали показывать намного чаще, а странный гибрид самолёта и вертолёта под названием «автожир» наконец обрёл своё реальное назначение и смысл в качестве платформы для съёмки.

Тем временем, с зимы 42–43 германская армия готовилась к летней кампании, собираясь отнять инициативу у РККА и вернуть наступательное движение на восток.

Для этого был выбран Курский выступ как возможность отхватить в окружение крупную группировку советских войск, и сразу начать наступление на Москву.

Действия и задумка Вермахта не стали секретом от советского командования и к атаке готовились, укрепляя фронт, и создавая сплошную оборонительную линию на всю глубину, а также снабжая немецкую разведку отборной дезой, про слабость позиций красной армии, её разложение и нехватку патронов.

Всего для атаки Вермахт собирался использовать полтора миллиона солдат в действующей армии и шестьсот тысяч в резерве, собрав по всем странам Оси, почти девятьсот тысяч всякого генетического мусора, собираясь сжечь их во встречных боях, а Вермахт бросить в бой уже в решающей стадии операции. Да и не было уже столько немцев чтобы заполнить весь фронт. Только за зиму 1942−43 было уничтожено более ста дивизий или около полутора миллионов солдат[8].