Любовница (СИ) - Инфинити Инна - Страница 6

Я беру в руки телефон, захожу в популярную социальную сеть и набираю в поисковике: «Вадим Островский». Выбираю город Москва и нажимаю на поиск. Соцсеть выдает мне трех Вадимов Островских из Москвы. Самый первый из них — мой жених. Захожу к нему на страницу. Был в сети последний раз десять дней назад. Страница открыта, но фотографий мало, и все они старые, со времен его студенчества. Вадим учился в Лондоне.

Я открываю аватарку. На ней моему жениху примерно двадцать три года. У него слегка смуглая кожа, не очень аккуратная стрижка светлых волос, очки. Если честно, похож на ботаника-задрота. С красавцем Марком не сравнится.

Листаю фотографии дальше. Вадим за рулем автомобиля, Вадим в кафе смотрит в сторону, Вадим на пляже с белоснежным песком и прозрачной водой. С прискорбием понимаю: мой жених совершенно мне не нравится и совершенно не привлекает меня как мужчина. Но главное не внешняя красота, а внутренняя, так ведь?

Я очень давно не видела Вадима, а когда мы встречались, то почти не общались. Я только знаю о нем разные слухи. Не очень хорошие. Но это всего лишь слухи. Мало ли кто что и про кого болтает. Я должна составить собственное мнение о своем женихе. Думаю, скоро мы встретимся лично. Возможно, сходим на несколько свиданий. Я сделаю все возможное для того, чтобы влюбиться в своего жениха.

Поплотнее запахиваю белый банный халат, беру в руки кружку с латте и выхожу на террасу. Подхожу к краю и, как велел Марк, вдыхаю холодный осенний воздух полной грудью. Мой ночной знакомый определенно знал, о чем говорил. Голова хорошо проветривается, мысли очищаются. Уходят плохие и ненужные. Отступают страхи.

Папа не стал бы выдавать меня замуж за плохого человека. Связи связями, но он слишком сильно меня любит, чтобы отдать какому-то чудовищу. Раз папин выбор пал на Вадима Островского, значит, он уверен, что с этим мужчиной мне будет хорошо. Папа знает, что делает, и я ему всецело доверяю.

Через час, настроившись на позитив, я вызываю такси и еду домой. Сегодня воскресенье. А это значит, в гости приедут брат и сестра со своими семьями. Я люблю воскресенья. Мы собираемся все вместе нашей большой семьей. Мама готовит что-нибудь вкусное. Мужчины — папа, Яков и муж Ланы Антон — говорят о делах. Я, мама, Лана и жена брата Оля о чем-нибудь сплетничаем. Вокруг нас бегают дети брата и сестры. Я обожаю своих племянников и с удовольствием играю с ними.

Такси тормозит у огромных ворот и забора родительского дома. В Барвихе у всех такие высокие заборы, не меньше трех метров. Это чтобы с улицы любопытные глаза не засматривались на особняки чиновников, депутатов, сенаторов, силовиков. Я прикладываю к воротам ключ, и калитка открывается.

Автомобили Якова и Антона стоят на своих местах. Значит, брат и сестра со своими семьями уже приехали. Ну да, ведь два часа дня. Это я слишком долго спала, отключив по совету Марка телефон. В холле дома пахнет ванилью. Мама печет любимый Ланин пирог. В родительском доме много мебели белого цвета, много зеркал и стекла. Дизайн в таком же классическом стиле с лепниной на стенах и резьбой на дереве, как в моей квартире. Мама очень такое любит. Чтобы под старину.

Когда я выйду замуж за Вадима Островского, я сделаю в нашем доме такой ремонт, как мне хочется. Не будет ни лепнины, ни резьбы. Только скандинавский минимализм.

— Всем привет! — восклицаю, проходя на кухню.

— Привет, Эви!

— Эви, дорогая, наконец-то!

— Привет-привет!

Это восклицают Лана, мама и Оля. Родительница достает из духовки пирог. Сестра и невестка сидят за обеденным столом с кружками чая в руках. Они встают из-за стола, чтобы чмокнуть меня в щеку. Наша кухня соседствует с большой игровой комнатой. Мама оборудовала ее, когда у Яши и Оли родился первый сын. Я слышу громкие голоса племянников оттуда. Заглядываю в дверной проем. Все четверо моих племянников барахтаются в бассейне с шариками.

— Где ты была? — набрасывается на меня сестра.

Я сажусь за стол напротив сестры. Мы с ней очень похожи внешне. Обе высокие, стройные, голубоглазые брюнетки. Мы пошли в папу. Лана старше меня на три года. Мы дружны с детства, но сейчас, во взрослом возрасте, становится очевидно, насколько у нас разное мышление и разное мнение по одним и тем же вопросам. Например, Лана обеими руками за династические браки по расчету. Она уже присматривает невесток своим сыновьям среди дочек своих подруг.

— Я вчера встречалась с подругами. Мы засиделись, и я решила переночевать в своей квартире, так как она рядом с рестораном, в который мы ходили. Я пропустила что-то важное?

— А мы только о тебе и говорим, — загадочно улыбается сестра.

Лицо Оли принимает такое же загадочное выражение. Наша невестка невысокая блондинка. После двух родов ее фигура слегка округлилась. Оля неплохая. Она, кстати, по-настоящему влюблена в моего брата. Он, надеюсь, тоже ее любит. Ну, по крайней мере он не изменяет Оле. Я это точно знаю, потому что у нас с Яшей нет секретов друг от друга.

В какой-то момент Яша стал мне ближе Ланы. Это, наверное, началось в подростковом возрасте. Мне было четырнадцать, Лане семнадцать, а Яше двадцать. Я хотела посоветоваться о чем-нибудь с сестрой, но так как у нас кардинально разное мышление, она все время советовала мне какую-то ерунду. Тогда я шла к старшему брату. Вот его советы всегда были очень верными. Так из брата и сестры мы еще стали лучшими друзьями.

Глава 9. Обед

— А ты, Эви, хочешь замуж за Вадима Островского? — спрашивает Яков и проходит к нам в кухню. Отодвигает соседний со мной стул и садится.

Все изумленно смотрят на Якова. Странный вопрос. В нашей семье таких вопросов не задают.

— Эм, не знаю… Папа мне только вчера объявил. Ну да, хочу, — издаю смешок. Надеюсь, никто не заметил, что он получился с доброй порцией сарказма.

— Как можно не хотеть замуж на Вадима Островского!? — восклицает Лана. — Это замужество — билет во все двери, во все кабинеты, во все дома. Эви, мы будем записываться на встречу с тобой у твоей секретарши за месяц, — шутит.

Мама и Оля смеются. Я тоже выдавливаю из себя смех. Яков сидит серьезный

— Ты что такой хмурый? — спрашивает его Оля.

Брат не успевает ответить, потому что на кухню входят папа и муж Ланы Антон. Последнего я просто органически не перевариваю за то, как он обращается с моей сестрой. А именно изменяет ей направо и налево. И хотя моя сестра считает это нормальным, ведь то дешевые прошмандовки, а она законная жена, я не могу считать это нормой.

Мне обидно за Лану. До глубины души обидно.

— Здравствуй, дорогая, — папа чмокает меня в макушку. — Все в сборе, можно и пообедать.

Папа садится во главе стола. Антон опускается на стул рядом с Ланой. Мама ставит на середину стола порезанный на кусочки пирог, а затем направляется ко второй духовке и вытаскивает из нее противень с зажаренной курицей и картофелем. Я недавно ела, но от маминых кулинарных изысков не отказываюсь. Она готовит вкусно, но редко. Чаще готовит прислуга. Мама только по выходным, когда приезжают брат и сестра с семьями.

Лана и Оля встают из-за стола и направляются с игровую комнату за своими детьми. У сестры два сына, у брата сын и дочка. Шумные племянники на несколько минут отвлекают нас всех от мыслей об Островских. Когда Лана и Оля рассаживают их по местам, включают на телефонах мультики и суют им в руки ложки, на кухне снова воцаряется серьезная атмосфера.

— Так, ну все уже в курсе новостей, — начинает папа, когда мама раскладывает всем обед по тарелкам и садится рядом с отцом по правую руку от него. — С Островскими вопрос решен.

Я судорожно выдыхаю.

«Бу-бу-бу-бульдозер. По стройке он елозит».

«Едет красная машина, а в машине пассажир. Кто в машине красной едет, ты попробуй подскажи».

Мультики племянников, хоть и работают тихо, чтобы не мешать разговору взрослых, а все равно сливаются в какую-то какофонию звуков. Это действует на нервы. У меня появляется резкая головная боль.