Любовница (СИ) - Инфинити Инна - Страница 38

Я совершаю все действия механически, словно на автомате. Хожу, разговариваю, работаю, принимаю какие-то решения. Но я ничего не чувствую. Даже вкуса еды.

Я не звоню Эвелине, как и она мне. Но я много думаю о ее словах. Смог бы я развестись с Анжелой ради Эви? Тогда вопрос моей любовницы застал меня врасплох, но при более детальном обдумывании мой ответ остается таким же.

Нет.

Я знаю Анжелу 27 лет из своих 34. Я пережил вместе с ней то, что вряд ли еще переживу с кем-нибудь другим. Это не только потеря ребенка. Это и поиск себя в жизни, становление себя как личности. Я пережил с ней безденежье, ипотеку, утраты и приобретения. Как бы банально это ни звучало, но мы были вместе в горе и в радости, в богатстве и бедности, в болезни и здравии.

С Эвелиной же я пережил просто яркий роман. С ней были страсть, влечение, оргазм и фейерверк чувств. Но не было духовной близости. Эвелина не хотела ничего рассказывать о себе, все скрывала, секретничала, недоговаривала. С первого дня четко обозначила границы — мы просто любовники. И тут внезапно: «Ты готов развестись с женой ради меня?».

В середине марта я лечу в Германию забирать Анжелу из рехаба. Врач заверяет меня, что моя жена полностью исцелилась от зависимости. Все предыдущие врачи говорили так же, но сейчас я действительно замечаю перемены в своей супруге. В предыдущие разы, когда я забирал Анжелу из рехабов, у нее был безучастный вид. Мол, ну проторчала я тут два месяца, как ты хотел, радуйся.

Теперь же моя жена буквально светится. А еще она очень много говорит о нашем будущем. Строит планы, как будет обустраивать нашу новую квартиру, собирается устроиться на работу и снова осторожно начинает тему эко и суррогатного материнства. Если на первые две темы я общаюсь охотно, то на последней скорее отмалчиваюсь. Я много думал о предложении Анжелы и пришел к выводу, что ребенок нам не нужен. По крайней мере до тех пор, пока я не буду уверен, что Анжела снова не сорвется.

Дома наша жизнь превращается в маленькую сказку. Вообще, так всегда бывает по возвращении из рехабов, но в этот раз как будто бы Анжела больше старается. Она действительно занимается обустройством новой квартиры. Когда жена переступила ее порог, она прыгала и визжала от восторга — так ей понравилось наше новое жилье.

Я помогаю Анжеле составить резюме и разместить его на сайтах по поиску работы. У нее почти нет опыта, но все же кто-то приглашает Анж на собеседования. Она ходит на каждое и не расстраивается из-за отказов.

Казалось бы: я должен радоваться переменам к лучшему в нашей семейной жизни. Ведь именно этого я и хотел? Здоровая счастливая Анжела, у которой все горит в руках, новая квартира, в которой не будет плохих воспоминаний. Вот только я по-прежнему ничего не чувствую. Дни просто сменяют друга, а я живу по инерции. Как живой труп.

Мы собираемся на свадьбу к Вадиму Островскому. У меня нет желания идти. Я бы лучше сходил на похороны, это событие больше подходит к моему настроению. Но Анжела очень хочет выйти в свет. Для свадьбы моего клиента жена покупает себе новое платье рокового красного цвета, а также записывается в салон красоты на макияж и прическу.

Когда я забираю Анжелу из салона, то не узнаю ее от слова совсем. Красное платье в пол облегает тонкую фигуру моей жены. Разрез на ноге и вырез на груди делают образ очень сексуальным. Короткие черные волосы Анжелы завиты в кудри, а губы накрашены сочной красной помадой в тон платью.

Я смотрю на роскошный образ своей жены и…

Снова ничего не чувствую.

— Ну как я тебе? — Анжела крутится на глянцевом керамограните дорогого салона.

— Шикарно, — отвечаю, потому что должен похвалить образ жены.

Она делает ко мне шаг, стуча шпильками. Обвивает мою шею руками, обдает меня ароматом своих духов.

— Да что с тобой такое, Марк? Ты похож на робота.

— У меня много работы, и я очень устал.

— Расслабься, мы едем на свадьбу!

— Я бы лучше съездил на похороны. Но, к сожалению, никто не умирает.

Анжела осуждающе цокает языком и качает головой. Она берет меня за руку, и мы выходим из салона.

Погода на удивление радует в конце марта. Сегодня солнечный день, а в воздухе пахнет весной. Снег почти весь растаял. Я открываю Анжеле дверь автомобиля, и она ныряет внутрь. Сев за руль, смотрю адрес в приглашении.

Торжество пройдёт в элитном загородном ресторане. Я в нем не был, но наслышан. Там празднуют свадьбы и юбилеи представители элиты. Ну, свадьба Вадима Островского и не могла быть в другом месте.

Мы приезжаем через час. Охранник — двухметровый мордоворот — проверяет наши паспорта и пропускает через шлагбаум на закрытую территорию ресторана. Мне с трудом удается отыскать свободное место для парковки. Территория ресторана украшена свадебной атрибутикой — шариками, лентами, бантами. По саду перед заведением гуляют гости. Сходу в нескольких из них узнаю известных чиновников.

— А помнишь нашу свадьбу? — шепчет мне на ухо Анж, когда мы подходим к двухэтажному ресторану. — В нашей комнате в общаге, — хихикает.

— Лично мне больше по душе такие свадьбы, как была у нас, чем вот это все.

— Знаешь, а мне тоже. Но на такой богатой свадьбе, как эта, приятно побывать в качестве гостя. Кстати, а кто невеста?

— Понятия не имею.

— Наверное, тоже кто-то из элиты, — не спрашивает, а утверждает Анжела.

— Ну вряд ли бы Островский женился на девушке из народа.

Мы заходим в ресторан. Внутри все отделано, как в девятнадцатом веке. На мой взгляд — слишком безвкусно, но людям типа Островского такое нравится. Перед нами лестница на второй этаж, но на нее не пускают. Два мордоворота стоят на ступеньках и отказывают всем, кто хочет подняться наверх. Справа и слева — залы. В левом виднеются круглые банкетные столы. Там будет, собственно, само торжество. А в правом зале стоит цветочная арка и стулья по бокам от прохода. Здесь будет церемония бракосочетания.

Мы с Анжелой заходим в правый зал. На спинках стульев нет имен, значит, тут свободная рассадка. Половина уже занята сумочками и пиджаками. Я даже боюсь предположить, сколько тут стульев. Гостей ну не меньше трехсот точно. Анжела отыскивает два свободных стула в пятом ряду слева.

Мне бы следовало походить пообщаться с гостями, я вижу много знакомых лиц. Среди гостей есть как мои бывшие клиенты, так и действующие. Но у меня полная апатия и отсутствие интереса ко всему происходящему. Я даже здороваться ни с кем не хочу. И очень надеюсь, что никто из знакомых не узнает меня и не подойдет поговорить.

С каждой минутой зал наполняется шикарными дамами и джентльменами. Мне же с каждой минутой становится все невыносимее. От помпезности уже в глазах рябит. Жены чинуш блистают бриллиантами. Как будто у них соревнование, у кого больше карат.

Вижу Якова Розенталя. Молодой предприниматель, несколько раз он обращался ко мне за юридическими услугами. Приятный парень. Он замечает меня среди гостей и с улыбкой кивает. Я киваю ему в ответ. Затем Яков направляется ко мне. Я про себя вздыхаю.

— Какая приятная встреча, Марк, — он подходит к нашему пятому ряду.

Я встаю со стула и выхожу к Якову в проход.

— Взаимно, — жму его протянутую руку. — Вы со стороны жениха или невесты?

— Со стороны невесты. Я ее брат.

— О, даже так! Поздравляю!

— Спасибо, Марк. Мне скоро снова потребуется ваша помощь в одном деле.

— Обращайтесь, Яков. Я всегда к вашим услугам.

Мы снова жмем друг другу руки, и я возвращаюсь на свой стул.

— Кто это был? — спрашивает на ухо Анжела.

— Бывший клиент и брат невесты.

Еще через двадцать минут все наконец-то рассаживаются по своим местам. Появляются ведущий и выездной регистратор из загса. Ведущий объявляет выход жениха. Под громкую музыку по проходу идет Вадим Островский в смокинге. В первом ряду я нахожу затылок Якова и смотрю на него с сочувствием. Мне, честно, жаль его сестру. Что она нашла в этом гондоне?

— А теперь встречаем нашу обворожительную невесту! — вопит ведущий в микрофон.