Прости, если сможешь (СИ) - Гойгель Юлия - Страница 16

Он протянул руку и накрыл мои пальцы. Я не убрала. Потому что было тепло, потому что Яр выжег меня до основания. И ничего не дал взамен.

Я убрала руку.

— Спасибо за то, что сказал. И за ужин спасибо.

— Ты всегда можешь на меня рассчитывать, — просто ответил бывший жених.

Я кивнула и посмотрела в окно. За стеклом падал снег, крупный, белый, такой чистый. Не то что моя совесть.

Прости меня, Андрей. Ты заслужил женщину, которая будет любить тебя так сильно, как ты этого достоин. Но эта женщина — не я.

Ярослав даже не посмотрит на меня завтра в офисе. Пройдёт мимо, не заметив. А я снова буду ловить его взгляд, жадно вдыхать его запах, надеяться на его случайное прикосновение — и ненавидеть себя за это.

Потому что мы не выбираем, кого любить.

Мы можем только страдать от собственного выбора.

Фраза Андрея о третьем лице прочно засела в моей голове. Через несколько дней, выбрав удобный момент и подождав, пока опустеет офис, я зашла в кабинет Ярослава. Он часто задерживался на работе в последнее время. Мужчина не избегал меня, но ни разу не предложил встретиться наедине.

— Ярослав Маркович, вы можете уделить мне немного времени? — тихо попросила, прождав пять минут. Он ни разу не взглянул на меня.

— Только немного. Я действительно занят. И ты знаешь, почему, — в его голосе не было раздражения. Скорее удивление тем, что я оказалась настолько тупа, что смею напоминать ему о своем существовании.

— Я ещё раз хочу об этом поговорить, — произнесла я. — Кто-то поменял цифры. Другого объяснения нет.

Он холодно улыбнулся.

— Это точно никому не нужно.

Я не стала садиться, обошла стол и присела около его ног.

— Яр, пожалуйста, помоги мне.

Ничто не дрогнуло и не изменилось в его лице. Кивнул на лежащие на столе ключи.

— Закрой дверь.

Не хочет, чтобы кто-то случайно услышал наш разговор?

Я выполнила требуемое и вернулась назад. Одной рукой он расстегнул ремень брюк, второй надавил мне на затылок.

— Извини, Алиса, сегодня мне не хочется нежностей. Давай скорее.

Но я имела в виду совсем не это! Только мужчина не смотрел на меня, не дал возможности объясниться. Его руки грубо мяли моё тело, стягивая одежду. Ярослав не сделал мне больно, но и удовольствия не было. А ещё он впервые воспользовался презервативом. Ничего не сказав, я наспех оправила платье и вышла. Не включая свет, села за свой рабочий стол и беззвучно разрыдалась. Так гадко и противно мне не было ещё ни разу. Слёзы не останавливались, несмотря на мои попытки успокоиться.

— Алиса, ты почему ещё не ушла? Я же сказал, что на сегодня достаточно!

Генеральный резко щёлкнул выключателем, а я отвернулась, чтобы он не видел моё зарёванное лицо.

— Уже ухожу.

— Повернись!

— Нет!

Он сам резко повернул меня к себе.

— Чего ты ревёшь?! Я лишил тебя премии всего на три месяца! Иначе меня бы просто не поняли! — рявкнул мужчина. — Если весь вопрос в деньгах, я дам тебе наличными. Назови сумму. Чтобы не было недопониманий. Сколько тебе нужно?

— Ничего не нужно, — я наклонилась, застёгивая сапоги. Вновь предательски защипало в глазах.

— Алиса!

— Я не за этим к вам приходила! Не трогайте меня! Я уже ухожу!

Но он захлопнул дверцу шкафа, не давая мне возможности надеть пальто. Если бы не февраль, то совсем бы не стала его надевать.

— А зачем ты приходила? — он держал моё лицо за подбородок, чтобы я смотрела на него.

­— Уж точно не затем, чтобы вы об меня в очередной раз вытерли ноги. Пустите!

— Прекрати капризы! Иди умойся.

Я поправила растёкшийся макияж и подождала, пока спадёт краснота от слёз. Всё это время начальник вышагивал по моему кабинету. Когда, и по его мнению, моё лицо пришло в норму, он вновь взял меня за руку.

— Идём.

В здании располагалось несколько офисов. Подойдя к сидящему внизу за мониторами компьютеров охраннику, Градов спросил, как нам можно просмотреть камеры.

— Подать соответствующий запрос нашему начальству, — тут же отрапортовал секьюрити.

— А что конкретно мы увидим? Это можно узнать без запроса? — зашёл с другой стороны Ярослав.

— Все коридоры, куда выходят помещения, занимаемые вашей фирмой. Договора на наблюдения в кабинетах у нас с вами нет.

— Да, я знаю, — Градов достал из кармана рубашки несколько крупных купюр. Видимо, приготовил, пока я ревела в туалете. Положил на колени охранника так, чтобы не было видно на коридорной камере. — Мы бы очень хотели прямо сейчас взглянуть на записи примерно трехнедельной давности.

— Это долго, если вы не знаете конкретного времени и даты, — упрямился страж.

Ярослав добавил ещё несколько бумажек.

— Время, скорее всего, после пяти вечера. Нам действительно очень нужно.

— Ладно, садитесь, — сказал охранник Градову, указывая на свободный стул. Мне же пришлось стоять более часа в неудобном положении. К тому же разболелся живот. Я стала вспоминать последнюю дату месячных. Или во всём виноваты слишком резкие и грубые движения Ярослава в его кабинете?

— Остановите, — отвлек от мыслей генеральный, и я взглянула в монитор. Лена зашла в мой кабинет, открыв его своими ключами, и вышла с бумагами ровно через час.

— Очень красивая женщина, — проговорил охранник. — Я помню, в тот вечер она сказала, что забыла ключи, и попросила дубликат. Естественно, я дал ей, ведь она совладелица компании. Но я не проверял, от своего кабинета она взяла или от другого. Серьезные проблемы?

— Нет, уже нет, — покачал головой Ярослав. — Спасибо, вы нам очень помогли.

Мы вместе вышли на улицу.

— Я могу тебя подвезти, — предложил он. — Уже поздно и мороз сильный.

— Нет. Я на метро.

Это была пятница.

В понедельник я написала заявление на увольнение. Никто не удивился, помня неприятную историю. Зато генеральный зашёл в мой кабинет, плотно закрыл дверь и, порвав, выбросил моё заявление в мусорницу.

— Я напишу другое, — ответила я, доставая чистый лист бумаги.

— Алиса, прекрати играть в детский сад! Всё, что я могу — это извиниться перед тобой! Ты сама понимаешь, что я не могу вытащить эту историю наружу ещё раз. Все же Лена не наемный работник, а моя сестра. Но с ней я уже поговорил. Больше подобного не повторится.

— Да, я понимаю. Но дело не в этом, — на миг прикрыла глаза, пытаясь справиться со слезами.

Я ела с его рук. Я целовала ему ноги. Он единственный, кто знал о небольшом сколе у меня на зубе. Ему нравилось это, когда я прикусывала его кожу во время ласк. Он видел небольшую родинку в слишком уж интимном углублении моего тела. Даже я не знала о её существовании. Я могла разговаривать с ним, не закрыв двери в туалете. А он даже не попробовал разобраться, кто виноват. Ему было все равно.

— А в чём?

Ответить я не успела. Без стука в кабинет зашёл Андрей.

— Ярослав, выйди, нам с Алисой нужно поговорить, — произнёс он. Взял моё второе заявление, которое я только что написала, и выбросил в мусорную корзину.

— Поговоришь, когда мы закончим наш разговор, — отрезал старший брат.

— Это всегда успеется, — возразил Андрей. — Яр, пожалуйста, уйди. Я хочу поговорить со своей невестой!

— Кажется, ты ошибся дверью, — поднял бровь Ярослав. — Я уже устал говорить Лене, что её и твоя протеже Марина здесь работать не будет! Хватит нам проблем с твоей бывшей невестой! У нас здесь не свадебный салон!

— Я говорю не о Марине, — ответил Андрей и достал из шкафа моё пальто. — Алиса, пойдём прогуляемся. Мне очень нужно с тобой поговорить.

— Оба — по рабочим местам! — рявкнул старший брат. — Превратили офис в бордель!

— Ты первым начал, — спокойно ответил Андрей, подавая мне сапоги.

Шокированная услышанным, я молча переобулась и уже в коридоре набросила пальто. Так же молча мы сели в машину Андрея.

— Я понимаю, что у меня нет никакого права везти тебя к себе домой, но нам действительно нужно поговорить, — сказал он. — Лучше сделать это наедине.