Истинная для проклятых (СИ) - Сильвия Лим - Страница 5

— Что ты… нет, конечно. — она достала платочек из кармана и вытерла слезы уже им. — Господин не мог себе простить то, что не в состоянии ее найти. Ходил как зверь в клетке, не ел, не спал, ни с кем не общался. А когда он получил артифакт поиска из самой королевской Академии, где работал его близкий друг ректором, то тут же ранил себя, чтобы найти по крови племянницу.

Я слушала ее и думала о своём. Хочу признать, что здесь всё очень странно. Магия есть, но она не на высшем уровне, получается? А мне казалось, что он, этот ее «Господин», прям всесильный маг. Почему найти не смог?

— И что потом? Кровь помогла?

— Нет. Ни один из следующих артефактов поиска не смог её найти. Вообще ни одни. Много лет прошло с тех пор. Больше… — Она задумалась. — Больше пятидесяти точно. Значит погибла, маленькая Госпожа. Тут другого не дано.

Я удивлённо посмотрела на Марту, после слов о годах.

— А сколько лет твоему господину? — протянула я аккуратно.

Она задумчиво постучала пальцем по губе, смотря на потолок, будто нашла там нечто интересное. Не сразу вспомнила, лишь спустя пару минут.

— М-м-м… если мне не изменяет память, то… Двести восемьдесят один, — ответила она спокойно, а у меня чуть челюсть не отвалилась. — В том году праздновали его день рождения, но, к сожалению, не вышло очень весело. Господин, хозяин наш, немного приболел… вернее, захандрил и закрылся в своей башне на два года, до той даты. Что-то вечно чертил, разрабатывал каракули странные и мне не понятные, весь пол и стены изрисовал своими письменами, не спал часто, бубнил про себя, как одержимый. А я только и делала, что смотрела за замком, бегала по его поручениям и кормила, почти насильно и с руганью. Выходил он естественно лишь по нужде. Даже велел кровать туда себе поставить и стол рабочий. Ох, я тогда всю душу себе съела из-за него…Ох съела.

«Что он такого там делал, интересно? Искал возможность найти ее?»

Я вновь взглянула на портрет. Почему-то внутри шевельнулось странное чувство. В истории с этой девочкой было что-то не так, не могу объяснить словами, скорее это на интуитивном уровне. Какая-то глубоко скрытая мысль подсказывала, что она пропала не просто так, а просто не хочет, чтобы ее нашли. Либо ей помогли. Но постаралась откинуть эти мысли и продолжила, шагая к лестнице:

— Ты сказала, что господин купил тебя на рынке рабов… — Марта кивнула, а на ее лице появилась улыбка от воспоминаний, видимо. — Что это за рынок такой? И почему меня назвали пришлой, ты не знаешь, случайно?

Марта резко остановилась, развернулась ко мне и уставилась широко открытыми глазами. Она схватила меня за руку, по тащила по второму этажу, ни слова не проронив и открыв дверь, запихнула меня внутрь. Закрыла ее почти бесшумно, но прижалась спиной, словно не хотела, чтобы кто-то вошел.

— Так ты пришлая? — прошептала она, будто немного испугавшись. — Он нашел тебя до рынка, не отдав на растерзание страже? Сам? Лично пришел?

Растерялась от ее вопросов, на миг даже дар речи пропал. Но, смогла взять себя в руки и заговорить.

— Я не знаю, — ответила я честно. — Меня так назвали. Потом пришла стража и тоже так называла, но грубее и ясно дали понять, что за корку хлеба я должна их всех обслужить. А после я всё равно не буду жить. И, да, твой господин пришел вовремя. Он сказал, что забирает меня и впишет в свой род.

Марта сильно удивилась, открыла рот и закрыла его двумя ладонями. Потом резко приблизилась, схватила мягко за руку и усадила на кровать, сама же присела рядом.

— Нам срочно нужно поговорить, — сказала она взволнованно, не отпуская моей руки. Её добрые глаза теперь горели смесью заботы и тревоги.

— Так говори, я никуда не тороплюсь. — усмехнулась я нервно, не понимая, что вообще происходит.

— Слушай меня внимательно, девочка. Слушай и запоминай! Если он впишет тебя… если сделает это, то…

Она не договорила. Мы обе вздрогнули и обернулись в сторону двери, когда по коридору загремел злой и недовольный голос «Господина».

— Марта! Живо ко мне!

5. Наедине

Голос «Господина» прозвучал так резко, из-за чего у меня внутри всё тут же сжалось. Марта мгновенно выпрямилась, отпустила мою руку и подскочила с кровати. Её румяные щёки побледнели, а добрые глаза на секунду стали совсем испуганными, но она быстро взяла себя в руки.

«Почему? Она ведь говорила мне о том, что он хороший. Видимо… Не совсем»

— Сейчас, Господин! — крикнула она в сторону двери, стараясь, чтобы голос звучал бодро. Потом обернулась ко мне, прижала палец к губам и тихо, почти беззвучно прошептала: — Никому ни слова. Особенно ему. Я сама… потом, позже… Всё объясню. Обещаю. Договорились?

— Эм… да. — неуверенно ответила я, не понимая, в чем причина такого поведения.

Она кивнула мне быстро, но я видела, как её руки слегка дрожат. Марта распахнула дверь и вышла в коридор, аккуратно прикрыв её за собой, а я осталась сидеть на краю кровати, вцепившись пальцами в мягкое покрывало.

Комната, в которую она меня затащила, была светлой и простой. Большая кровать с резными столбиками, белоснежное бельё, небольшой шкаф, стол у окна и зеркало в тяжёлой раме. Через окно виднелись яркие, красивые сады. Смотря на них, казалось, будто ничего страшного в этом мире не происходит. Но это не так. Внутри меня всё кипело.

«Если он впишет тебя… то что? Что она хотела сказать?»

Удивительно, но я точно слышала, как Марта торопливо спускается по лестнице, а потом её голос донёсся уже снизу, приглушённый, но такой отчетливый:

— Господин, вы звали? Я тут… с девочкой возилась, как вы и приказали…

— Долго, — ответил он сухо. Голос звучал так близко, словно был рядом. — Я сказал — займись ей, а не устраивай посиделки. Где она сейчас?

— Наверху, Господин. В третьей гостевой. Я уже почти всё… она чистая будет через час, и сытая. Клянусь.

Я тихо встала и подошла к двери, приложив ухо. Сердце колотилось так громко, что казалось, точно выпрыгнет из груди.

— Приведи её ко мне в кабинет через два часа. Не раньше. И не болтай лишнего. Особенно про… — он замолчал на секунду. — Про то, что не касается её. Поняла?

— Да, Господин. Конечно.

Тишина. Потом тяжёлые шаги удалились. Дверь где-то внизу хлопнула. Я отошла от двери и села обратно на кровать, обхватив себя руками.

«Не болтай лишнего. Особенно про то, что не касается её». — слова эхом проносились в моей голове.

Значит, Марта действительно знала что-то важное. И боялась, что он ей навредит за это? А он… он явно не хотел, чтобы я слишком много узнала. По крайней мере, пока.

«Что ты скрываешь? И для чего я здесь?»

Я опустила взгляд на свои руки. Грязные, с засохшей кровью под ногтями, словно я дралась. Платье — рваное, в земле, явно чужое. Волосы свалялись.

В этой комнате было зеркало, так почему бы не узнать, как я выгляжу?

Встала и медленной походкой дошла до него. На меня смотрела совершенно незнакомая девушка. Я выглядела жалко. Бледная кожа, тусклые рыжие волосы, глаза… в них как раз таки не горел страх, там было что-то другое. На голове засохшая кровь. Бок был чуть потрепан, словно меня пинали до этого.

— А грудь действительно есть. — произнесла я шепотом, рассматривая свое декольте. — Теперь понятно, почему они так на меня смотрели.

В этот момент мне стало так противно от себя. Ужасно захотелось стать чистой. Чтобы хотя бы снаружи не чувствовала себя такой… потерянной и слабой.

Через несколько минут дверь в комнату тихо открылась. Марта вошла, прижимая к груди свёрток ткани и большую деревянную миску с горячей водой. Пар поднимался вверх окутывая её лицо. В руках у неё ещё было мыло, полотенце и какая-то белая, очень длинная рубашка.

— Всё в порядке, — сказала она тихо, закрывая дверь. Улыбка снова вернулась, но уже не такая широкая. — Он просто не любит ждать. А я… я немного заболталась. Прости.

Она поставила миску на стол, развернула свёрток — там оказалось простое, но чистое платье светло-голубого цвета, нижнее бельё и мягкие тапочки.