Истинная для проклятых (СИ) - Сильвия Лим - Страница 15

Молодые служанки сразу тут же зашевелились. Они аккуратно подхватили нас под руки и повели внутрь дворца. Я шла рядом с остальными, стараясь не смотреть по сторонам слишком открыто, но запоминала всё, что видела.

Широкие коридоры из белого камня. Высокие окна с цветными стёклами. Золотые подсвечники повсюду. Ковры были безумно мягкими, так, что ноги в них утопали. И нигде… нигде ни одного лишнего звука. Только наши шаги и тихое шуршание одежды. Будто вымерли все.

Мы спустились ниже. Запах изменился. Теперь пахло водой… тёплой, чистой и какими-то пряными маслами.

Нас привели в большое помещение с несколькими каменными купелями. Пар поднимался от воды к потолку. По стенам висели чистые белые полотенца, стояли сосуды с маслами, лежали тряпки, бутыльки яркие и щётки. Служанки уже ждали нас, готовые к очищению.

Старшая из этих служанок остановилась у входа и отдала короткий приказ:

— Вымыть. Очистить тела от волос и всего ненужного. Снять с кожи любые амулеты. Привести в товарный вид этих… новеньких. Платья сжечь, так же и белье с обувью. Новые дадут после купальни.

Одна из молодых служанок подошла ко мне, робко так, бесшумно. Она была невысокая, с короткими тёмными волосами и тонкими татуировками вокруг глаз, которые сильно портили ее внешний вид. Когда она взяла меня за запястье, чтобы повести к купели, я на секунду подняла взгляд и… увидела в ее глазах жалость.

Настоящая, живая. Она смотрела на меня так, будто уже видела десятки таких же, как я и точно знала, чем всё закончится. Но сделать ничего не могла. Руки у неё слегка дрожали, когда она помогала мне снять остатки платья. Она отвела глаза, но я успела заметить, как она едва заметно сжала губы.

Меня раздели полностью. Грязное, рваное платье бросили в сторону и теперь стояла голая посреди чужих женщин, а по коже бегали мурашки. Не от стыда, а от холода и от того, что сейчас со мной будут делать. Служанка помогла мне войти в тёплую воду, тело сразу откликнулось и затекшие мышцы, после клетки и долгой ужасной дороги, начали медленно расслабляться.

Она намыливала меня тщательно, профессионально. Голову, плечи, спину, грудь, живот, бёдра… не оставила грязным ничего. Но самые сокровенные места я очистила сама. Потом взяла тряпку, и… я не сразу поняла, для чего она, пока девушка не прикоснулась к моим ногам. Я и до этого следила за собой, но чтобы какая то тряпочка делала кожу совершенно гладкой, без единого волоска… такое видела впервые.

Я лежала неподвижно, глядя в потолок, и позволяла происходить всему, что со мною творили. Когда она закончила, я уже почти не чувствовала себя собой. Словно именно здесь, в этом месте, что-то исчезло.

Меня вытащили из воды, вытерли большими мягкими полотенцами и начали натирать маслом. Запах был тяжёлым, пряным, немного сладким. Он въедался в кожу, заменяя мой аромат. Другие девушки вокруг тоже молчали. Кто-то всхлипывал. Кто-то смотрел в стену пустыми глазами. Кто-то, как я, просто терпел.

Служанка с жалостью в глазах надела на меня тонкую белую сорочку, почти прозрачную, и отвела в сторону, к небольшой скамейке. Пока другие ещё мылись, она на мгновение задержалась рядом со мной. Наклонилась совсем близко и тихо, едва слышно прошептала:

— Не смотри им в глаза слишком долго. И… не зли младшего. Он хуже старшего. Будь неприметной, покорной и невидимой. Тогда… тогда возможно им станет неинтересно и тебя просто вышвырнут. А там я помогу. Выведу из дворца.

Ее слова меня удивили. Среди всей этой злобы, ненависти и кошмара, она оказалась единственной, кто готов протянуть руку помощи.

Я едва заметно кивнула, так, чтобы лишь она поняла. Девушка тут же выпрямилась и отошла, будто ничего не говорила.

Это дало мне надежду. Маленькую, крохотную, но надежду.

Сидела на холодном камне, в тонкой ткани, с полностью гладким телом, и смотрела на свои руки. Чистые. Чужие. В голове крутились слова из письма.… Братья Ваэль. Податливая. Хитрая. Выжить.

Я сделаю это.

Даже если придётся пройти через всё, что они здесь придумали. Даже если придётся улыбаться, пока внутри всё будет гореть. Я выживу. А потом… потом я найду способ вернуться. И когда вернусь — никто из тех, кто меня сюда отправил, не останется безнаказанным.

Главное никогда об этом не забывать! И не сломаться. Вот бы еще магию вернуть свою, да в полном объеме.

Служанки начали выстраивать нас в ряд. Старшая снова появилась в дверях и ее взгляд скользнул по нам, остановился на мне чуть дольше остальных, и после она довольно кивнула.

— Готовы. Веди. Только мантии белые на них накинь. Пусть будут как нераскрытые подарки.

Нас повели глубже во дворец, тихо, без слов, а я шла последней, опустив глаза, и считала шаги.

Каждый шаг приближал меня к ним. К двум убийцам, ради которых меня сюда и привезли. И… кажется, почти никто не выживет сегодня.

14. Ошибка

Нас вели по коридорам до самого конца, пока не появились огромные, украшенные золотом и драгоценными камнями двери. Здесь стояли двое слуг, молодых мужчин, которые тоже, как и мы, не выглядели довольными жизнью. Они рабы. Не слуги. И на по своей воле здесь находятся.

— Принимайте. — произнесла та самая, главная служанка. А после обратилась к нам. — Удачи не желаю. Она вам не пригодится. Но… делайте всё, что они потребуют. Тогда, возможно, покинете этот мир быстро. — она прошла мимо меня и остановилась, пропустив прядь волос сквозь пальцев. — Плохой цвет. Тебя сразу заметят, девочка. Лучше прячь под капюшон и ни в коем случае не свети волосами.

Она, не дождавшись реакции или ответа, просто развернулась и ушла. Знает, что сейчас будет происходить за этими дверьми. Точно знает. Но ей всё равно.

Двери распахнулись. Нас провели внутрь, словно на казнь. Впрочем, так я себя и ощущала сейчас. Той, кому осталось совсем недолго.

Я стояла в самом конце ряда из тридцати девушек, опустив голову так низко, чтобы глубокий капюшон белоснежной мантии почти полностью скрывал моё лицо. Надеюсь, что меня не заметят. Служанка сказала, чтобы я не выделялась. Стояла как мышь и тогда, возможно, им надоест развлекаться с другими и меня вышвырнут из дворца.

Надежда умирает последней, так ведь? Нельзя ее терять. Нужно верить. Во что или в кого — выбирать каждому лично, но я просто так не сдамся!

Обстановка накалена до предела. Воздух можно ножом резать.

Хочу уйти. Убежать от сюда как можно дальше, забыв про этот мир, как о страшном сне. Вот только я уже не вернусь. Нет пути назад, я проверяла. Столько месяцев в тайне от всех, убила на поиски нужного ритуала, но его не существует. К сожалению. И все в этом мире этим пользуются. Но отец… если его еще можно так называть, сказал, что выход я найду именно здесь. В этом дворце. И мне понадобится кровь Эльфов.

Сердце колотилось где-то в горле, но я заставляла себя дышать медленно и ровно. Нельзя позволить страху вырваться наружу. Это будет стоить мне жизни, которую я не собираюсь терять.

Руки под тканью слегка дрожали, но я крепко сжимала пальцы, впиваясь с болью в ладони, пытаясь их успокоить. Главное — быть незаметной. Робкой. Застенчивой. Неинтересной. Такой, на которую эти два ублюдка даже не захотят посмотреть.

Вокруг царила роскошь, от которой тошнота подкатывала к горлу. Огромный зал с высокими потолками, украшенными золотой резьбой и хрустальными люстрами смотрелись великолепно. И я бы даже залюбовалась этим видом, если бы не эротические сцены на гобеленах. Ноги ужасно заледенели, из-за холодного мраморного пола. Тонкие изящные балетки не спасают совсем. Так и заболеть не долго. Но разве это сейчас важнее того, что я могу просто сдохнуть здесь? Нет.

Это место выглядело как дворец из сказки, но на деле было клеткой для похоти. Я уже слышала шепотки других девушек в клетках про тех, к кому нас привели. Мельком, естественно. Кого-то сюда заманили обманом — обещаниями брака, защиты, новой жизни, а кого-то, как меня… купили на рынке рабов. Но на самом деле мы были просто мясом.