Просто ещё один летний враг (ЛП) - Хендрикс Ариэль - Страница 32

Я наконец начала признаваться себе, что секс с Дейтоном был бы крайне удовлетворительным, но остановила себя от фантазий об этом. Именно поэтому в итоге и согласилась на свидание сегодня вечером. Мне нужна физическая разрядка. Чтобы чувствовать себя комфортно во время секса, мне нужен кто-то, кто меня не пугает.

Райдер тянет меня за собой в «Якорь». Он живёт здесь всего последние шесть месяцев, но у меня такое ощущение, что он здесь завсегдатай. Мы подходим к бару, и он заказывает напитки на нас обоих, не спросив, чего хочу я.

«Всё нормально».

Свободен только один стул у стойки, и вместо того, чтобы предложить его мне, он садится сам. Я моргаю, глядя на него, и качаю головой.

«Ладно, всё ещё нормально. Кому какое дело?»

Бармен приносит напитки и даёт нам отдельные счета.

Райдер смотрит на меня снизу вверх.

— У тебя наличные или карта?

Голова гудит от раздражения, пока я копаюсь в сумочке и протягиваю ему свою карту.

Остаток вечера проходит настолько плохо, что я всерьёз подумываю вызвать «Убер» домой. Я могла бы пойти пешком, но темно, и в туфлях, которые на мне, путь неблизкий. Единственное джентльменское, что сделал Райдер, — заехал за мной. Я почти уверена, потому, что он хотел сам отвезти меня домой и, надеюсь, получить приглашение внутрь.

«Ага, ни за что на свете».

Я могу закрыть глаза на многое, и в жизни закрывала, но платить за свой напиток на первом свидании — вот где я провожу черту.

Он не слишком много пьёт, что уже облегчение, но большую часть вечера разговаривает со своими друзьями и незнакомцами. Кажется, он знает очень много людей.

«Определённо тусовщик».

Через час он наконец смотрит на меня и спрашивает, хорошо ли я провожу время.

— Я вообще-то немного устала.

Он наклоняется ближе.

— Хочешь домой?

Я сразу киваю. Он допивает свой второй напиток, оставляет чаевые бармену и выводит меня наружу. Я удивлена, что он согласился уйти так быстро, но не жалуюсь.

— Вау, какой чудесный вечер с чудесной дамой. Нам стоит пройтись к пляжу у твоего дома.

Мычу, но не отвечаю. Я не собираюсь приглашать его ни внутрь, ни на пляж, но хочу, чтобы он отвёз меня домой.

В машине он включает музыку так громко, что мы не можем разговаривать. Это рок-группа, о которой я никогда не слышала, но он говорит, что солист ходил в его спортзал, когда он жил в Лос-Анджелесе. То, что мы оба из Калифорнии, изначально казалось мне чем-то общим, что мне нравилось. Теперь меня просто раздражает, насколько претенциозно он звучит.

Когда мы наконец подъезжаем к моему дому, я с облегчением выдыхаю. В затылке начинает формироваться головная боль.

— Вау, ну, было правда весело. Спасибо большое за… приглашение.

Я поворачиваюсь, чтобы улыбнуться ему, надеясь, что он поймёт намёк — я не хочу гулять по пляжу.

Он поднимает бутылку текилы.

— Я сделаю тебе лучшую «Маргариту» в твоей жизни.

— О, вау. Всё в порядке. Тебе не…

Он не даёт мне договорить, выходит из машины, захлопывает дверь и идёт к дому, исчезая за густыми пальмами и растениями, которыми обсажена дорожка к заднему двору.

— Да ты издеваешься, — бормочу я.

Я тороплюсь за ним, перепрыгивая через кучу выброшенных половиц после ремонта.

— Эй, мне правда было весело сегодня. Просто у меня вроде начинается головная боль, и, думаю, мне нужно лечь.

Он уже у двери моей студии, но поворачивается ко мне лицом.

— Ты иди, конечно. Я сделаю напитки, пока ты устраиваешься поудобнее.

Я открываю рот, чтобы твёрдо сказать ему, что хочу, чтобы он ушёл, когда дверь распахивается, открывая очень злого на вид Дейтона. Сердце подпрыгивает к горлу от внезапного вторжения. Выражение его лица жёсткое, глаза прищурены, челюсть сжата.

И он без рубашки.

Я сглатываю, во рту пересыхает при виде его рельефного пресса и V-образной линии, уходящей в серые спортивные штаны. Бицепсы напряжены, руки упираются в дверной косяк. Он возвышается над нами обоими, напоминая, насколько он огромный по сравнению с парнями среднего роста вроде Райдера, чей рост — скромные сто восемьдесят сантиметров.

— Я не знал, что ты приведёшь домой гостя, Кексик.

В его словах отчётливо слышится вызов.

Глаза Райдера расширяются, и он делает шаг назад.

— Эй, мужик. Я, эм, я не знал. Клянусь.

Он поднимает руки в защитном жесте, в одной из них бутылка текилы.

Дейтон смотрит на бутылку, протягивает руку и забирает.

— Уходи.

Рот Райдера приоткрывается, и он делает ещё один шаг назад. Его глаза мечутся от Дейтона ко мне, расширенные от ужаса. У меня на языке вертится сказать, что это мой сводный брат и я понятия не имела, что он будет здесь сегодня вечером, но если именно этим способом можно от него избавиться, пусть будет так.

Я пожимаю плечами и захожу в студию. Дейтон поднимает руку, пропуская меня внутрь, а потом захлопывает дверь прямо перед лицом Райдера. У меня пересыхает во рту от вида напряжённых мышц его спины. Он медленно поворачивается ко мне, и его глаза темнеют, когда останавливаются на моём лице. Он сжимает бутылку текилы так сильно, что я боюсь, она может лопнуть.

— Горячее свидание? 

Глава 21

Дейтон

«Она привела домой другого мужчину».

«Она была на свидании».

Я пытаюсь пробиться сквозь рёв в голове, пока открываю бутылку текилы. На столешнице стоит маленькая миска с лаймами с дерева на заднем дворе, поэтому я онемело начинаю нарезать их после того, как Саммер сбегает в ванную. Напряжение в мышцах заставляет всё тело ныть, будто мне нужен массаж или погружение в горячую ванну, чтобы перестать чувствовать, что я могу оторвать кому-нибудь голову — одному очень конкретному кому-то с жидкими волосами и отличным вкусом в текиле.

— Прости, что прервал твой вечер. Хочешь, я догоню его на машине? — зову я через дверь.

Я держу свой «Астон Мартин» в гараже, чтобы ездить на нём, когда бываю на острове.

— Ты хотел его спугнуть, и мы оба это знаем.

Она выходит из ванной с умытым лицом и волосами, собранными заколкой в форме ракушки. Саммер переоделась в тонкий белый свитер, сползающий с одного плеча, и короткие хлопковые шорты в синюю полоску.

У меня пересыхает во рту при виде сосков под тканью — именно поэтому я избегал её со дня её рождения. Загорелые бёдра выглядят так, будто их хочется сжимать и пробовать на вкус, поэтому я снова отворачиваюсь к «Маргаритам», которые смешиваю.

— Я не виноват, что он сделал поспешные выводы.

«Или что у меня появились жестокие порывы к драке, когда я увидел его с тобой».

— Большой плохой Дейтон просто ничего не может с собой поделать, хм?

— Ты не выглядишь слишком расстроенной из-за того, что он сбежал.

— Мне нравится поддерживать загадку. Нельзя приглашать их внутрь слишком рано.

«Ты вообще никогда не пригласишь его внутрь, если от меня будет зависеть хоть капля».

Я заканчиваю «Маргариты», добавляя сверху немного газированной воды и украшая край бокала долькой лайма. Последние четыре недели без стыда наблюдал за ней через камеры безопасности. Первое свидание, и первый мужчина, которого она привела домой. Художник, который расписывает фреску, тоже держал свои грязные лапы при себе, насколько я видел.

Она забирает напиток из моей протянутой руки и делает глоток.

— Хмм, он разбирается в текиле, да?

— Ты уверена, что не хочешь, чтобы я его догнал?

— Чтобы ты его переехал? Нет, спасибо.

Я пристально смотрю на неё, задаваясь вопросом, понимает ли она, насколько именно я ею одержим. Её бледно-зелёные глаза изучают меня. Студия будто сжимается, когда она смотрит на меня вот так.

— Я бы никогда.

«Не сделал бы этого, если только он не тронул тебя».

— Так почему ты здесь? Я думала, наконец от тебя избавилась.