Рубеж (СИ) - Видум Инди - Страница 64

Я поколебался, говорить или нет, что императрица находится под клятвой Ольге Юрьевне, а потом решил, что это лишнее — и без того уже Молчановскому выдал слишком много своих способностей. Пусть сначала найдет Рымникова, а уж потом поговорим. На одноруком дружиннике остался паучок, который будет отслеживать и доносить. Валерону придется остаться в Святославске. Он воспринял это с печалью во взоре, но я не обманывался: он наверняка прикидывает, как будет обходить дворец и присматривать то, что он заберет компенсацией, когда всё закончится. Сейчас нельзя — лишняя суета во дворце будет нам сильно мешать. И без того пропавшая сабля наделает шороху, когда Рымников заметит.

— Петр Аркадьевич, со своей стороны надеюсь, что вы тоже не будете предпринимать никаких шагов в этом направлении без согласования со мной, — заволновался Молчановский. — Дело слишком щекотливое.

— Ваше право, Михаил Илларионович, — сказал я. — Покушались на вас — вам и решать, насколько высоко стоит поднимать этот вопрос дальше.

— Мои люди в Святославске найдут и расспросят этого типа, а потом будем решать вместе, — ответил он, — поскольку вас это тоже касается, Петр Аркадьевич.

Я согласился, что касается, поскольку действительно пытались затронуть мою честь, хотя и понимал, что Молчановский просто хочет частично снять с себя ответственность за решение. На этом мы и расстались, а я переместился в Камнеград и теперь уже сразу пошел к Наташе с вопросом, который у меня должен был появиться раньше.

— Может, я буду недостаточно тактичен, прошу меня извинить заранее, но если твой отец умер, разве не должна рассеяться твоя клятва?

— Петь, у меня была клятва Куликовым, — сказала она. — Если бы у меня была клятва отцу, я бы не согласилась дать клятву тебе. Или же она бы просто не встала, понимаешь? Клятва Куликовым у меня на месте, хотя я предпочла бы с ней расстаться.

— А у Анны Александровны?..

— Клятва супругу.

— То есть она знает точно и разводит секреты на пустом месте?

— Мы разговаривали по телефону, — пояснила Наташа. — Такой разговор небезопасен.

— У вас же артефакт связи был?

— Я свой сначала заблокировала, а потом отправила с магической почтой и с личным вручением, — ответила она. — Откуда знает номер нашего телефона мама, я не знаю. Но не думаю, что найти его сложно. Секрета мы не делаем. Свой номер мама оставила.

Я уже понял, что лететь туда придется, но всё же решил перезвонить, чтобы окончательно в этом увериться. Анна Александровна говорила весьма обтекаемо и настаивала на нашем приезде, не выдавая ничего лишнего, чтобы не давать возможности это подслушать. Я уточнил про Антошу и получил подтверждение, что его сейчас в Тверзани нет, а вот нас обоих очень ждут.

Готовился я как к военной операции, потому что не мог исключить, что нас там ожидает засада, а значит, стоило использовать все козыри, в том числе вертолет, на котором я решил лететь, поскольку Наташа отказалась здесь отсиживаться до выяснения, что происходит у Куликовых. С ее стороны это было неразумно, но она уперлась так, что переубедить ее не оказалось никакой возможности, а вариант, когда мы перемещаемся по очереди, был попросту опасен.

Следовало заняться комфортом вертолета, потому что везти беременную супругу в холодильнике я не собирался. Она, конечно, и сама почти целительница и в учителях у нее Даньшина, но лучше без этих экстремальных вариантов с болячками на пустом месте.

Поэтому вылет я авторитарно назначил на утро — как раз приедем к обеду, где я ничего не собирался есть, несмотря на свой иммунитет к яду. Вообще, вроде бы семейный визит воспринимался мной как отправление себя парламентером к очень и очень недружелюбным личностям. И если вдруг Куликов появится, то мы должны иметь возможность мгновенно оттуда удрать. И пока такой возможности я не видел, разве что просить помощь Валерона и перемещаться в стазисе в собственном контейнере. Но это неизвестно как отразится и на Наташе, и на нашем ребенке.

Пока я делал систему отопления, испсиховался весь, и когда наконец завершил, решил успокоиться, получив консультацию у самого авторитетного из моих знакомых. Для чего попросил Птоса отвезти меня к Лабиринту в Боровск.

С последнего раза здание претерпело некоторые изменения. Явно начался ремонт, и дверь обзавелась замком, вскрыть который мне не составило ни малейшего труда. А вот сам Лабиринт и его иллюзию дверями не прикрыли, поэтому я сделал несколько шагов и вошел в марево.

В этот раз божок опять не торопился и вылез лишь тогда, когда я демонстративно достал еще один кристалл и повертел в руках. Значит, наблюдает откуда-то, не желая себя показывать.

— Опять ты! — раздраженно бросил он. — Я говорил, чтобы ты ко мне не лез?

— Ты говорил, что я могу к тебе обращаться почаще, — напомнил я. — Я только и делаю, что бегаю по твоим делам. А где благодарность?

Он закатил глаза и отправил в меня очередной пакет, в этот раз добавив по пять использований в передачу навыка и сотворение источника.

— Всё? — грубо спросил он.

— Спасибо, но конкретно в этом у меня необходимости нет.

Он опять закатил глаза, как истеричная девица.

— А в чем есть?

— Например, мне нужна временная блокировка клятвы при допросе.

— После ее снятия человек всё равно умрет.

— И что? Зато я получу информацию, которая поможет мне лучше выполнять твои задания, — возразил я. — Ты же вряд ли переживаешь о человеческих жизнях. Еще моему питомцу неплохо было бы получить добавление облика. А главное, мне нужен портал, по которому я мог бы перебросить группу людей.

Пришел я сюда не за навыками, но если он сам предлагает, почему бы не воспользоваться, пока у него есть желание что-то дать?

— Это божественные навыки, все три. Смотрю, аппетиты у тебя всё растут, — нахмурился он.

— У меня и сложность задач растет, — возразил я. — И количество врагов. Я сегодня освобождал княжество от зоны, и меня чуть не убили.

— Не мое княжество, — бросил он.

— Неужели вы там не можете кооперироваться так же, как те, что играют за Скверну? — возмутился я. — Тогда каждый откат зоны — это ваш общий выигрыш. А тебе еще и дополнительный бонус, потому что это возникло в результате твоих действий. А я всего лишь инструмент. Инструмент, который требуется защищать и улучшать, чтобы его не сломали.

Он скривился и отправил мне еще один пакет с блокировкой клятвы, порталом и добавлением облика магического помощника. Последнее было в единственном экземпляре, так что я предчувствовал возмущение Валерона, которому в этот раз ничего не достанется. Но просить божка еще об одном я не рискнул до того, как с ним не поговорю.

— Теперь точно всё, — заявил он. — Пересылка трех божественных навыков закрыла мои возможности по отправке на несколько месяцев. Имей в виду, что в ближайшее время я тебе ничего больше не смогу дать, так что не беспокой меня лишний раз.

Я бы его вообще не беспокоил. Но Долгин прав: фактически мы работаем каждый на свою сторону, которая получает с этого, и неплохо получает по их меркам. Так почему бы не просить с божков плату?

— Вообще-то, я пришел сюда, исключительно чтобы поговорить с умным человеком.

Умным я его не считал, и, как сразу же выяснилось, он себя не считал человеком.

— Не забывайся, — прошипел он. — Какой я тебе человек?

Он потемнел от злости и сейчас действительно походил не на человека, а на человекообразного монстра — даже лицо исказилось в злой гримасе. Хотя чего было обижаться, если наши облики столь схожи?

— И в мыслях не было оскорбить, — попытался я его успокоить. — Но как обращаться к тебе, я не знаю.

Он не представлялся. Я, впрочем, тоже. Да и не было в этом необходимости: когда один из нас говорит: «Ты», второй сразу понимает, что это обращение к нему.

— Высший, — неохотно ответил он.

— Мне нужен совет мудрого высшего, — польстил я.

— Уверен, что я смогу его дать? — он приосанился, теперь точно польщенный.