Атлантида в историях об атлантидах - Банников Андрей Валерьевич - Страница 7

Как отмечалось, диалог не доведен до конца. В финальной его части сообщается, что после того, как в потомках Посейдона «унаследованная от бога доля» ослабела, «многократно растворяясь в смертной примеси», цари Атлантиды опьянели от роскоши и под воздействием богатства потеряли власть над собой и здравый рассудок. «Для того, кто умеет видеть, они являли собой постыдное зрелище, ибо промотали самую прекрасную из своих ценностей. Тогда Зевс, решив наложить на атлантов кару, собрал совет богов и обратился к ним с такими словами…»[91]. Но что сказал бог богов, так и осталось для нас неизвестным[92].

В данном случае представляется важным, что гибель Атлантиды, по мысли Платона, не была наказанием богов за моральную деградацию атлантов: не будем забывать, что вместе с последними гибнет и «прекраснейший и благороднейший род людей» — жители «Афин»[93]. Зевс собирается наказать царский род Атлантиды за неподобающий modus vivendi, чтобы, пройдя через тяжелые испытания, «отрезвев от беды», атланты научились «благообразию» (ϊνα γένοιντο έμ-μελέστεροι σωφρονισθέντες)[94]. «Бедой» в данном случае должно было стать поражение в войне, после которого, следуя логике повествования, на острове восстановились бы добрые нравы и жизнь обустроилась в соответствии с замыслом бессмертных.

Таков удивительный мир Атлантиды, который, сочетая философию и эрудицию, искусно нарисовал перед нами Платон. Многие исследователи увидели в Атлантиде типичные черты государства бронзового века и на этом основании поспешили сделать вывод, что, раз сам философ не мог столь реалистично воссоздать эпоху, о которой практически ничего не знал, значит, в его распоряжении был некий оригинальный документ, восходивший к тем далеким временам. Однако убедительных причин для подобной точки зрения нет никаких. Действительно, в диалогах лишь однажды упоминается об использовании атлантами железного оружия[95]. А как часто Платон упоминает о бронзовом оружии (или инструментах)? Определенно, меньше, чем о железном. И разве не пишет Платон, что остров давал атлантам «любые виды ископаемых твердых и плавких металлов»[96]. Если с плавкими все более или менее понятно, то не следует ли к твердым отнести прежде всего железо? Для Платона умение обрабатывать железо, так же, как медь и другие металлы — это неотъемлемый признак цивилизации, в том числе и той, которая существовала до потопа или любого другого случая (а таковых было множество) массовой гибели людей[97]. Поэтому даже при его богатой фантазии ему невозможно было представить развитую процветающую державу, в которой люди были незнакомы с техникой обработки каких-либо металлов. К тому же в «Критии» Платон трижды упомянул о триерах[98]. Триера — это корабль железного века[99]. В героическую эпоху (то есть в эпоху бронзового века) в качестве военного судна служила пентеконтера (пятидесятивесельный корабль)[100]. Платон использует термин «триера» не в обобщенном значении, как это делалось в позднеантичный период, а исключительно в узкоспециальном: для него это боевой эллинский корабль с тремя рядами весел[101]. Да и конница в составе армии атлантов как-то тоже слабо ассоциируется с циклопическими стенами городов бронзового века. В отличие от колесниц — основного боевого средства передвижения героев Троянской войны. Но Атлантида — государство варварское, а современные Платону варвары (персы, карфагеняне) очень активно использовали на полях сражений колесницы.

Мир, представленный в «Тимее» и «Критии», — процветающий и густонаселенный. Хотя Платон уделяет внимание главным образом описанию цивилизационных достижений атлантов, однако приходится признать, что их противники также строили города и храмы, бороздили моря на триерах и, конечно же, сражались железным оружием (иначе они просто не смогли бы одержать победу в войне). О военном могуществе противников атлантов могут свидетельствовать те мощнейшие фортификационные сооружения, которые кольцами окружали столицу Атлантиды. В самом деле, стены просто так не возводят — это очень трудоемкое и финансово затратное предприятие (особенно в отношении поддержания их в надлежавшем состоянии). В древности если город мог обходиться без стен, то никому и в голову не приходило задумываться над вопросом об их постройке. Спарта, к примеру, обзавелась стенами только в III в. до н. э. Стены, как это понятно любому, защищают города от возможных нападений противников. Если судить по масштабу возведенных оборонительных сооружений, то у царей Атлантиды были существенные поводы для опасений…

Даже беглого знакомства с чудесами Атлантиды достаточно для того, чтобы понять: такой рассказ мог возникнуть только в греческой среде. Платон хотя и замечает, что Атлантида — государство варварское, но во всем, что касается образа жизни, построек и научно-технических успехов, атланты ничем не отличаются от эллинов: они проводят время, занимаясь спортом в гимнасиях или наблюдая за конскими ристаниями на ипподроме. И как-то совершенно не по-варварски смотрится статуя Посейдона — верховного бога атлантов, — стоящего на колеснице, запряженной шестью крылатыми конями, и сопровождаемого сотней нереид, сидящих на дельфинах[102]. Сам храм Посейдона сочетает в своем облике черты, присущие греческим храмам. Он только имеет более внушительные размеры и более пышное убранство, украшения которого, однако, имеют вполне греческий стиль.

И тем не менее, стараясь вместить платоновский мир в тесные футляры своих гипотез, атлантологи без устали говорят о бронзовом веке: «Итак, — пишут А. Г. Галанопулос и Э. Бэкон, — перед каждым, кто хотя бы немного знаком с великими цивилизациями бронзового века, которые открыли нам археологи, такими как Египет, Месопотамия, долина Инда, цивилизации микенцев, хеттов и минойцев, Атлантида сразу же предстает как типичная цивилизация этой эпохи»[103]. Железное оружие, гоплиты, конница, гимнасии, ипподром или триеры, во множестве стоящие в портах Атлантиды, — так ли они типичны для эпохи бронзы[104]? Не будет ли проще, отказавшись от привычных квазиисторических реконструкций, просто признать, что перед нами характерные маркеры жизни современного Платону процветающего греческого полиса?

Не лишним будет отметить, что в массовое сознание, не испытавшее на себе воздействия различных теорий, Атлантида вошла именно как государство античного типа с колоннами, портиками и жителями в хитонах, хламидах и сандалиях. Если верить тому, что рассказывает в статье «Всплывет ли Атлантида советского присутствия в мировом океане»[105] обозреватель РИА Новости С. Петухов, то по пути из Новороссийска к подводной горе Ампер в Атлантическом океане[106], где, как предполагалось, были обнаружены следы крепостных стен, советское научно-исследовательское судно «Витязь» специально заходило в Пирей. Это было нужно для того, чтобы участники экспедиции, осмотрев античные памятники (акрополь, агору, храм Зевса), могли «точно знать, что надо искать на вершине Ампера». Поразительное заявление: негреческая цивилизация, погибшая в X тыс. до н. э., представлялась исследователям схожей с Афинами времен Перикла!