"Фантастика 2026-173". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Вольт Александр - Страница 170

Он зашел в небольшую, почти безлюдную кофейню, заказал эспрессо и сел за столик у окна. Нужно было подумать. План, который казался безупречным, давал трещину. Громов, из пешки превратившийся в непредсказуемую фигуру, становился реальной угрозой. Он не испугался, не залег на дно после кражи тела. Напротив, он пошел в атаку. Наглую, самоубийственную, но оттого еще более опасную.

Он вытащил из кармана смартфон и набрал короткое сообщение в зашифрованном чате: «Общий сбор. Сегодня. В полночь. У меня».

Нужно собирать всех своих, и как можно скорее. Информационный шум, поднятый Громовым, это одно. Но его уверенность… она могла быть подкреплена не только блефом. Что если он действительно что-то нашел? Что если он не просто коронер, а нечто большее?

Ответ пришел почти мгновенно. Десятки подтверждений. Механизм был запущен.

Мастер отпил обжигающий кофе. Нужно ускоряться. Нужно поглощать души и обретать силу. Двух эльфийских эссенций было достаточно для начала финального этапа, но чем больше силы, тем надежнее будет результат. План требовал времени и абсолютной концентрации, а этот выскочка-коронер ломал весь график. Он создавал ненужную суету, привлекал внимание, которого Мастер так старательно избегал.

Иначе…

Мастер посмотрел на свое отражение в темном стекле окна. В глубине зрачков на долю секунды промелькнуло что-то чужое. Голодное. Древнее.

Иначе их великий план, дело всей его жизни, может провалиться. Не из-за Инквизиции, не из-за столичных ищеек-эльфов, а из-за одного-единственного провинциального коронера, в которого, похоже, вселился сам дьявол.

Я подскочил с места так резко, что кресло позади меня качнулось и с глухим стуком ударилось ножкой о пол.

— Твою мать.

В голове, как вспышка молнии, озарившая ночной пейзаж, все детали сложились до кучи. Слова, интонации, жесты, рукопожатие. Все обрело смысл.

— Что такое⁈ — испуганно воскликнула, застывшая в проходе.

— Виктор? — спросила Лидия, стоявшая с ней рядом, и на ее лице отразилась тревога.

Я не обратил на них внимания. Сердце заколотилось с частотой отбойного молотка, вбрасывая в кровь адреналин. Не сейчас. Нет времени на объяснения. Есть только одна мысль, одно направление.

Не отвечая, я почти бегом двинулся из кабинета в сторону приемной пристава. Как я сразу не догадался, мать твою! Как я сразу не понял? Эти вопросы с самого начала были не просто тревожными звоночками, а кричащими сипухами в лесу.

— Да что такое, Громов⁈ — крикнула мне вдогонку Алиса. Ее голос был полон недоумения и страха.

— Не сейчас, — бросил я через плечо, резче, чем хотел.

Я пронесся по коридору мимо удивленных сотрудников, которые провожали меня непонимающими взглядами. Мой разум работал на пределе, прокручивая диалог с Вяземским, вычленяя ту самую фразу, которая до этого момента ускользала от сознания, но теперь звенела в ушах как набат.

«Убийство эльфа».

Я не говорил ему, что это был эльф. Я не упоминал расу жертвы ни словом, ни намеком. Я говорил о ритуале, о свечах, о рунах. Я, черт возьми, сам узнал, что это эльф, только когда тело сняли с креста.

Откуда. Откуда, твою мать, он это знает?

Приемная пристава. Анастасия, секретарша, подняла на меня глаза от монитора, ее губы уже были готовы произнести дежурную фразу: «Евгений Степанович занят». Но что-то в моем лице заставило ее замолчать на полуслове. Она лишь проводила меня широко распахнутыми глазами, полными чистого изумления.

Я не остановился. Не постучал. Я рванул на себя тяжелую дубовую дверь кабинета пристава с такой силой, что она чуть ли не с грохотом ударилась об стену.

Докучаев, сидевший за своим столом и говоривший по телефону, вздрогнул от неожиданности. Он вскинул на меня раздраженный взгляд, его брови сошлись на переносице.

— Громов? Что такое? Какого черта⁈ — он прикрыл трубку ладонью, его голос был полон возмущения от такого вопиющего нарушения субординации.

Я подошел к его столу, уперся костяшками пальцев в полированную поверхность, наклонился вперед, глядя ему прямо в глаза. Я не видел ничего, кроме его удивленного, недовольного лица. Дыхание сбилось, но голос прозвучал на удивление ровно и холодно.

— Я знаю человека, который причастен к оккультистам.

Докучаев смотрел на меня, наверное, бесконечно долгих секунд пять, пока с той стороны не послышалось малость раздраженное «алло? Алло⁈».

— Я перезвоню.

Суббота подходила к полудню.

Нандор сидел на краю широкой кровати, скрестив ноги. На его коленях лежал тонкий, не более сантиметра, ноутбук. Он механическим движением пальцев пролистывал страницы в «Имперiалъ», его взгляд скользил по строчкам новостей, отчетов, местных сплетен. Скользил, но не задерживался. Это было не чтение, а способ занять время в ожидании, которое растянулось до неприличия.

Шая устроилась в кресле у окна, подобрав под себя ноги. В руках она держала толстый том в кожаном переплете. Она была неподвижна, и лишь изредка ее тонкие пальцы переворачивали страницу с сухим, едва слышным шелестом. В отличие от брата, она умела ждать. Умела погружаться в тишину, растворяться в ней, превращаясь в часть интерьера.

Тишина в комнате была плотной, вязкой. Приглушенный шум города, доносившийся с улицы, лишь подчеркивал это безмолвие. Они не разговаривали уже больше часа. Все, что нужно было сказать, было сказано еще ночью, после встречи с коронером. Теперь оставалось только ждать.

Нандор тяжело вздохнул, нарушая затянувшуюся паузу, и захлопнул крышку ноутбука.

— Что ты думаешь? — спросил он, глядя не на сестру, а на противоположную стену. — Этот коронер все-таки что-нибудь накопает?

Шая не подняла глаз от книги. Ее голос, когда она ответила, был ровным, лишенным эмоций, словно она читала вслух прогноз погоды.

— Не знаю. Может быть, что-нибудь и накопает.

Она перевернула страницу.

— Но и нам сейчас нет смысла куда-то дергаться. Не так ли?

Вопрос был простым, но в нем звучал вызов. Тот самый, который Нандор ощущал последние сутки. С одной стороны его разрывало от того, что его сородичей режут как свиней и похищают души, пуская как расходник для древнего ритуала.

С другой стороны… А что он сейчас мог? Перевернуть город? Рыскать в каждом углу? Он — сотрудник по правам эльфийского народа, и его задача выяснить, действительно ли здесь происходит что-то неладное, и подать бумаги, чтобы затем покарали виновных.

Однако Нандор внутренне не находил себе места. Они с сестрой ожидали увидеть обычную расовую неприязнь и расправу под синькой над «длинноухими» от каких-нибудь портовых рабочих. А получили… он и сам до конца не понимал, что конкретно. Оккультика.

Поэтому Нандор молчал, прекрасно понимая, что сестра права. Оккультисты затаились. После кражи тела и последовавшего за этим шума они ушли на дно. Поднимать на уши весь город, устраивать тотальные проверки, привлекать к себе еще больше внимания означало спугнуть дичь окончательно и, что еще хуже, показать себя некомпетентными перед МВД и, в первую очередь, перед Императором.

А главное — это могло помешать Громову. Его безумная и, как казалось Нандору, абсурдная провокация была их единственной возможностью выманить крыс из нор.

— Надо немного подождать, — наконец произнес он, признавая собственное бессилие. — Посмотреть, что выльется из этого информационного шума.

И тут… тишину прорезал короткий, мелодичный сигнал.

Уведомление на телефоне Шаи.

Движение было легким, почти ленивым, ни к чему не обязывающим. Она не отложила книгу, лишь протянула руку, взяла со столика смартфон. Ее взгляд, до этого скользивший по строчкам, замер на светящемся экране. Палец легко смахнул блокировку.

Несколько секунд она смотрела на дисплей, и ее лицо оставалось совершенно непроницаемым. Нандор следил за ней, пытаясь уловить хоть малейшее изменение — напрягшуюся жилку на шее, дрогнувший уголок губ. Ничего.