"Фантастика 2026-173". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Вольт Александр - Страница 115

— Идея проста и гениальна одновременно, — продолжил я, откидываясь на спинку стула и сложив руки на груди. — Я не могу терять время. Дуэль через месяц, а я, как ты правильно заметила, пока что больше похож на мешок с картошкой, чем на фехтовальщика. Поэтому через полчаса мы идем заниматься.

Время — мой главный враг. Месяц — это ничто. Нужно сжать обучение, выжать из каждого дня максимум.

Она нахмурилась, и в ее взгляде мелькнуло недоумение.

— Заниматься? Но… а рапиры ты где возьмешь?

— Сегодня без рапир, — сказал я, и в этот момент в голове уже выстроился четкий план тренировки. Сначала основы, потом детали. Сначала научиться ходить, потом бегать. — Сегодня база. Основа основ. Ты покажешь мне базовые стойки, перемещения, работу ног. Объяснишь, как правильно переносить вес, как держать баланс. Ты будешь ведущей, а я повторять как отражение. Ты будешь меня направлять.

Я смотрел ей прямо в глаза, давая понять, что это не приказ, а просьба, и что я готов принять ее как учителя. Психология. Нужно дать ей почувствовать себя нужной, важной. Апеллировать к ее гордости.

Это был тонкий ход. Я не просто просил о помощи, я признавал ее превосходство в этой области, отдавая ей роль наставника. Для такой гордой женщины, как Лидия, это было важнее любых слов благодарности.

Она молчала несколько секунд, обдумывая мои слова. Я видел, как в ее глазах борется привычная неприязнь ко мне и профессиональный азарт. Фехтование было частью ее мира, ее воспитания. И она знала его досконально.

Азарт победит. Любой мастер не может устоять перед возможностью передать свои знания.

— Хорошо, — наконец сказала она, и в ее голосе не было ни злости, ни сарказма. Только деловая сухость. — Через полчаса на заднем дворе. Будь готов.

Она поднялась из-за стола, и в ее движениях уже появилась та собранность и точность, которую я видел у Феликса. Роль наставника преобразила ее, выпрямила спину, заострила взгляд.

Отлично. Теперь у меня есть еще один учитель фехтования.

Когда она ушла, я повернулся к Алисе. Она сидела, подперев щеку рукой, и с любопытством наблюдала за нашим разговором. В ее глазах читалось живое участие и едва скрываемое восхищение.

Интересно, что она думает обо всем этом? Наверное, ей кажется, что попала в приключенческий роман.

— Алиса.

Она вздрогнула, словно не ожидала, что я к ней обращусь.

— Что?

— Мне нужна твоя помощь.

На ее лице отразилось такое неподдельное, чистое, почти детское удивление, что я едва сдержал улыбку. Она смотрела на меня так, будто я только что попросил ее одолжить мне крылья, чтобы слетать на луну.

Видимо, не привыкла, что ее о чем-то просят в таком тоне. Не «сделай немедленно», а «мне нужна твоя помощь».

— П… помощь? — переспросила она, заикаясь. — Громов, у тебя точно нет температуры?

Она без всякого стеснения вскочила со стула, подошла ко мне, встала на носочки и, потянувшись, приложила прохладную ладонь к моему лбу. Ее рыжие волосы щекотнули мне щеку, и я на мгновение замер, ощущая ее близость и легкий запах шампуня — что-то цветочное, весеннее.

— Нет, вроде нормальный, — вынесла она вердикт, отстраняясь и садясь обратно на стул. Но на ее щеках проступил легкий румянец.

Я откашлялся, возвращая в разговор серьезность.

— Мне нужно практиковаться в своих навыках. Ты видела, что я делал с Лизой. Но это все на пределе и инстинктах. Мне нужно научиться контролировать эту силу. И для этого, как сказал мне один консультант, нужен подопытный.

Подопытный. Не самое удачное слово, но точное.

Ее глаза загорелись. Я видел в ней не жертву, а исследователя. Инженера, которому предложили разобрать невиданный доселе механизм.

Правильно. Любопытство — хороший стимул.

— Я тоже хочу практиковаться! — выпалила она, и в ее голосе звучал неподдельный энтузиазм. — И вообще, ты обещал мне все рассказать, а так ничему и не научил! Я тоже видела психею в морге! Может, я тоже так могу!

— Можешь, — кивнул я. У нее определенно был потенциал — я это чувствовал. — Скорее всего. Но сначала — ты поможешь мне. А потом я помогу тебе. Идет?

Она на мгновение задумалась, взвешивая предложение. Я видел, как в ее голове крутятся мысли, как она пытается просчитать все «за» и «против».

Умная девочка. Не бросается в омут с головой. Внезапно ее лицо озарила какая-то решительная улыбка.

— Идет!

Отлично. Теперь у меня есть и учитель фехтования, и подопытный для магических экспериментов.

Мы прошли в холл. Я отодвинул кресла, освобождая пространство у камина. Алиса встала в центре, скрестив руки на груди и всем своим видом демонстрируя готовность к эксперименту.

Я встал в метре от нее, чувствуя, как в груди начинает разгораться то знакомое тепло.

— Что нужно делать? — спросила она.

— Просто стой и постарайся не двигаться, — ответил я и, закрыв глаза, сконцентрировался.

Концентрация. Никуда не торопиться. Чувствовать, а не тянуться силой.

Я активировал «зрение». Психея Алисы предстала передо мной ярким, трепещущим оранжевым пламенем. Живая, энергичная, полная силы. Она пульсировала в такт ее сердцебиению, переливалась оттенками от темно-красного в центре до золотистого по краям.

Я протянул руку. Не физическую, а свой энергетический фантом. Пытался дотянуться до нее, почувствовать ее тепло, коснуться ее света.

Это было похоже на попытку поймать солнечный зайчик голыми руками. Я тянулся, концентрировался, но моя «рука» не дотягивалась. Каждое движение требовало огромных усилий, а результата не было. Я чувствовал, как утекает моя собственная энергия, как в висках начинает стучать, а во рту появляется знакомый металлический привкус.

Не получается. Слишком далеко. Ну или я слишком слаб.

— А будет больно? — спросила Алиса, и ее голос в моей голове прозвучал приглушенно, как из-за толстого стекла.

— Не должно, — ответил я, хотя понятия не имел, будет или нет. А что, если я случайно наврежу ей? Что, если мое неумелое прикосновение оставит на ее душе узел?

Мысль была неприятной, но я отогнал ее. Без риска не будет и прогресса. Ну и она сама согласилась.

Я попробовал снова. И снова. Методично, настойчиво, как хирург, пытающийся найти нужный сосуд в темноте. Полчаса пролетели незаметно. Пот выступил у меня на лбу и заструился по вискам. Перед глазами плыли цветные круги. Я чувствовал себя выжатым до последней капли.

На сегодня достаточно. Не стоит перенапрягаться.

— Все, — выдохнул я, открывая глаза. — На сегодня хватит.

Алиса смотрела на меня с сочувствием и едва скрываемым разочарованием.

— Не получилось?

— Пока нет, — признался я, вытирая пот со лба. — Но это только начало.

Я вышел на задний двор. Прохладный воздух немного привел в чувство, прогнал остатки головокружения. Лидия уже ждала меня, одетая в строгий черный тренировочный костюм. Волосы убраны в тугой пучок, лицо сосредоточенно.

Серьезно настроена. Хорошо. Значит, не считает это игрой.

— Готов, ученик? — спросила она, и в ее голосе прозвучали нотки, которые я слышал у Феликса Рихтеровича, и при этом ее собственные — ирония и легкая издевка.

Кажется, ей нравится, когда я оказываюсь в неловком для себя положении. Ну что ж, пусть наслаждается, пока у нее есть такая возможность.

Она не стала тратить время на разговоры.

— Стойка. Ноги на ширине плеч, задняя стопа перпендикулярно, передняя прямо. Колени согнуты. Вес распределен шестьдесят на сорок на заднюю ногу. Спина прямая.

Четко, ясно, без лишних слов.

Я пытался повторить. Тело, еще помнившее вчерашнюю тренировку с Феликсом, слушалось неохотно. Мышцы ныли, суставы скрипели, координация хромала.

— Не так! — ее голос был резок, как удар клинка. — Ты заваливаешься вперед! Спину выпрями! Ты не мешок с навозом тащишь, а собственное тело!

Она подошла и, сначала не касаясь меня, начала корректировать мою позу.

— Вот здесь, — она провела рукой в воздухе, очерчивая линию от моего плеча до бедра. — Представь, что у тебя внутри стальной стержень. Не гнись!