"Зарубежный детектив 2026-19". Компиляция. Книги 1-10 (СИ) - Олсен Грегг - Страница 260

Работая по ночам, я часто встречал Шоукросса в «Данкин Донатс». Ему нравилось разговаривать с полицейскими, но я не хотел иметь с ним ничего общего. Однажды вечером он придвинулся ко мне, а я поднял руку и сказал:

– Не говори ни слова! Ничего мне не говори. – Он просто отвернулся, никакой реакции. Понял, что я знаю.

Он разговаривал с завсегдатаями в основном о рыбалке. Старался быть полезным людям, делал все, чтобы расположить их к себе. Если бы ты сказал ему, что нужно помыть машину, он бы помог.

Однажды вечером я увидел, как он паркует свой велосипед с пристегнутыми сзади рыболовными снастями. Меня вывело из себя то, что этот парень хорошо проводит время, в то время как дети, которых он убил, мертвы и никогда не вернутся домой. Я подумал, что в один прекрасный день он проедет передо мной на велосипеде, и…

Я не убийца, но я представлял, как он врезается в капот фургона и взлетает в воздух. Я спрашивал себя, что бы я сделал, если бы у меня когда-нибудь появился такой шанс.

Мы с Тони узнали, что Шоукросс работает в «Джи-энд-Джи» на Мейн-стрит. Мы оба позвонили туда, сказали им, что этот парень – детоубийца, ему даже не место в этом городе. Мы сказали им, что его стоило бы подвесить за пальцы ног.

Там ответили, что он отличный работник.

За два дня до конца июня 1988 года Артур Шоукросс и Роуз Мэри Уолли отметили первую годовщину своей тайной жизни в Рочестере. Они не хотели приезжать в этот «сиреневый город», но изо всех сил старались прижиться в нем, несмотря на сексуальные трудности, которые омрачали их отношения.

Сотрудники службы по условно-досрочному освобождению отметили прогресс убийцы в очередном обнадеживающем отчете: «Адаптация Шоукросса к надзору на сегодняшний день представляется удовлетворительной. Он откликается на требования надзорного офицера, регулярно отчитывается и немедленно уведомляет его о любых изменениях. Регулярно работает… планирует жениться в течение следующих двух месяцев».

В разделе отчета «Информация, заслуживающая внимания» содержалось предупреждение: «Это дело в медийном плане является крайне чувствительным. Обзор материалов указывает на проблемы адаптации в сообществе, вызванные привлечением прессы. Полицейское управление Рочестера в настоящее время осведомлено о положении условно-досрочно освобожденного в обществе. На сегодняшний день никаких последствий это не вызвало. Характер преступления, очевидно, требует особого внимания и надзора».

В рамках «особого внимания» сотрудники службы УДО запросили еще одно психологическое тестирование. Убийца снова рассматривал забавные картинки, рассказывал о своих приключениях во Вьетнаме и утверждал, что мать издевалась над ним, а тетя одаривала ласками. На этот раз его откровения выслушивал Карл Кристенсен, социальный работник и психолог рочестерской службы по делам семьи.

После двух продолжительных сеансов Кристенсен диагностировал посттравматическое стрессовое расстройство и серьезные проблемы с адаптацией в общении с женщинами, по крайней мере частично вызванные «детским инцестом и сексуальным насилием». Как и другие клинические психологи до него, он не видел никаких признаков опасности или насущных проблем, «никаких особых симптомов, дискомфорта или поведенческих трудностей, которым помогло бы лечение в области психического здоровья».

Кристенсен сообщил в службу по условно-досрочному освобождению: «Я нахожу, что Арт стабилен и хорошо поддается контролю. Продолжая испытывать некоторый дискомфорт или вспышки гнева, он способен успешно справляться с такого рода эпизодами… Единственная особенность, которая присутствует в его нынешней жизни и, вероятно, преобладавшая в прошлом – это общая склонность или личностный стиль справляться с чувством вины через гнев, а не дискомфорт, депрессию или низкую самооценку. Учитывая его историю детства и ранней взрослости, травм и антиобщественного поведения, логично, что Арт разработал сложные и несколько дисфункциональные средства защиты для управления своими чувствами. Однако этот стиль функционирования, по-видимому, не вызывает каких-либо текущих эмоциональных или поведенческих трудностей, и в настоящее время у Арта нет особой мотивации продолжать лечение. Следовательно, я не вижу необходимости в продолжении консультаций с ним в настоящее время».

Это написано 29 июня 1988 года. Больше вопрос о психотерапии подниматься не будет, пока не станет слишком поздно.

Часть девятая

Подсчет жертв

8 июля 1989 года Анна Мари Дейли Штеффен, истощенная двадцатисемилетняя кокаиновая наркоманка, была арестована полицией Рочестера за занятие проституцией. Женщина весом в сорок три килограмма была беременна и одета в яркое платье для беременных. В отделении неотложной помощи больницы у нее обнаружили расширение сосудов и в целом плохое состояние здоровья. По настоянию самой Штеффен врачи отпустили ее и предупредили, что у нее в любой момент могут начаться роды. Служащий отметил, что она ушла с «каким-то парнем».

У Анны Мари, известной как Энн, было неброское лицо и типичная история проститутки-наркоманки. Большую часть детства она провела, ухаживая за сводной сестрой Тиной Луизой, которая страдала от паралича нижних конечностей и родилась с расщеплением позвоночника. Родственники вспоминали, как Энн купала и одевала пострадавшую девочку, играла с ней, возила ее в школу в инвалидной коляске. Когда сестра умерла от гангрены в 1980 году, Энн, казалось, потеряла направление в жизни. Она не могла обсуждать эту смерть. По натуре она была тихой, вышла замуж и родила двоих детей, но отдалилась от мужа и семьи после того, как ее «захлестнули наркотики», по выражению другой ее сестры. С тех пор ее жизнь превратилась в череду избиений сутенерами, рискованных встреч, угроз самоубийства, коматозных состояний, неудачных поездок, ночных кошмаров.

Забеременев в последний раз, она наняла женщину-вудуистку, чтобы та прочитала заклинания над ее животом, а затем объявила друзьям, что намерена продать ребенка за пять тысяч долларов, чтобы расплатиться со своими кредиторами. Бред ее выражался простой формулой: «Все против меня». Последний раз ее видели пристававшей к клиентам в районе, известном как «коридор проституток».

Поначалу никто не беспокоился, когда она не вернулась в маленькую квартирку на Глэдис-стрит, которую делила иногда с сутенером, бойфрендом или другими проститутками. Энн давным-давно потеряла связь со своими родственниками и бывшим мужем, ее уличные друзья решили, что она уехала, чтобы спокойно родить ребенка. Возможно, она даже вернулась на привычный маршрут – Бингемтон, Скрантон, Сиракьюс и Рочестер, чтобы быстро заработать немного денег и расплатиться со своим пушером – такое было в порядке вещей.

Через несколько недель распространился слух, что она умерла в тюрьме от СПИДа. Кто-то сказал, что она наконец-то осуществила одну из своих частых угроз покончить с собой с помощью героиновой дозы. В уличном мире, пропитанном наркотиками, никто даже не был уверен, когда точно она исчезла. Друг сообщил, что видел, как она спешила по мосту на Драйвинг-Парк-авеню через реку Дженеси, но он не смог точно назвать дату. Лицо у нее было красным, она плакала и кричала, что за ней кто-то гонится. Никто не потрудился проверить эту историю или сообщить об исчезновении женщины. Проститутки часто подвергались грубому обращению. Они меняли адреса. Иногда исчезали. Это было частью их профессии.

Прошло два месяца. Около 18:00 9 сентября Эктор Мальдонадо, невысокий смуглый мужчина с черными волнистыми волосами, спустился по крутому склону ущелья реки Дженеси в поисках бутылок из-под виски, чтобы сдать их и купить сигарет. Прошел час, он нашел восемь бутылок, за которые в соседнем супермаркете «Топпс» давали по сорок центов.