Инвалид моего сердца (СИ) - Абалова Татьяна - Страница 3

— Но почему я? Разве так трудно найти профессиональную сиделку за столь приличные, как вы сулите, деньги?

Вопрос, к удивлению, смутил супругу Рэймонда. Она отвела глаза в сторону.

— Дело в том, что сиделки бегут от него. После ранения на фронте он стал затворником и… у него сильно испортился характер. Он отказывается видеть меня и нашего сына.

— Тогда почему вы уверены, что я смогу его переубедить?

— Потому что он вас вспомнит и захочет, чтобы вы остались.

— Вспомнит меня⁈ — Флоренс на всякий случай постучала ладонью по груди, чтобы лишний раз убедиться, что речь идет о ней. — Разве я с лордом Рэймондом знакома?

— Я же упоминала в начале беседы, что мы виделись на балу дебютанток. Вы были представлены Рэю. Я присутствовала при этом.

Сама Фло плохо помнила бал. Да, ее с кем–то знакомили, она танцевала с парой офицеров в парадной форме, один из которых оказался принцем. Он отпускал сомнительные комплименты и не ей одной. Череда лиц не запомнилась. Она и не старалась в отличие от сестры, которая записывала представленных мужчин в свою книжечку.

— Вы тоже были дебютанткой?

— Я сопровождала младшую сестру, — Энн отмахнулась. — Так вот, я слышала, как он интересовался вами и просил навести справки. Он заметил вас. Блестящий офицер, гордость армии и желанный холостяк, а вы так сильно выделялись среди других…

— Серым платьем?

— Вы красивая. А сейчас стали еще красивее. Но тогда он мне самой был нужен, поэтому я сделала все, чтобы Рэй женился на мне.

«Тогда был нужен»?

— А сейчас? — Фло поразилась честности собеседницы. Не всякая так открыто выложит, что была охотницей на балу сестры. Роуз питала те же надежды, но у нее не получилось.

— Когда вы его увидите, поймете, почему я предпочитаю держаться от него подальше. Может, Рэй не будет к себе столь непримирим, когда в доме появится прелестная девушка.

— Он отказывается от помощи, потому что… не хочет жить?

Вывод напрашивался сам собой: нежелание лечиться, отторжение жены и ребенка, затворничество.

— Вдохните в него жизнь, пожалуйста. Какие бы у меня ни были отношения с Рэймондом, он отец моего ребенка. Пробудите в нем интерес, заставьте лечиться. Я знаю, на ноги его не поднять, но пусть живет хотя бы ради сына.

Фло с сомнением покачала головой. Выходит, там не только физические раны следует лечить, но и душевные. Сможет ли она справиться, когда сама находится на краю пропасти? Сестра даже не соизволила оставить адрес.

— Ну так как, согласны? Крыша над головой в прелестном горном краю, уединенное место, свободное от пересудов, свежий воздух и подходящий круг общения. Сами подумайте, кому вы здесь нужны? — Энн пустила в ход козырные карты. — Разве что тому джентльмену, что поедает вас взглядом?

Флоренс машинально повернулась в указанную сторону и столкнулась с масляными глазками толстяка. Тот облизал губы и выцепил из кармашка жилета золотые часы на цепочке. Щелкнул крышечкой только для того, чтобы показать, насколько он богат. Корпус часов щедро украшали бриллианты.

— Поедете с ним на юг? Или предпочтете работать горничной в этой гостинице? Могу замолвить за вас словечко.

Плечи Фло поникли.

— В какое графство надо ехать? — спросила она, доставая деньги, оставленные сестрой. Собиралась пересчитать, чтобы убедиться, что хватит на дорогу, но графиня накрыла ее ладонь своей.

— В Дребеншир. Так вы согласны?

Флоренс кивнула и опять посмотрела на толстяка. Тот подвигал бровями. Перевела взгляд на носильщика. Он скорчил плаксивую физиономию.

— Да, я согласна, только мои средства…

— Я сама найму экипаж и оплачу дорогу, — Энн резво поднялась и, покинув укромный уголок, подозвала портье.

По тому, как графиня торопилась, Фло поняла, что Энн боится, как бы новая сиделка не передумала. Короткий разговор и портье скрылся за дверью. Носильщик тоже оживился, когда ему сунули в руку монету — благодарность за ожидание.

«Деньги решают все», — подумала Флоренс, видя, как быстро устраиваются дела. Не прошло и минуты, как портье вернулся, довольный своей работой.

— Экипаж ждет! — донесся до Фло его голос.

— Я провожу вас, — сказала графиня, попутно давая знак носильщику, чтобы тот выкатил тележку к экипажу.

Когда Фло увидела карету, ее поразило, что на облучке сидело двое извозчиков. Зародился страх. Куда она едет в компании двух незнакомцев? Может, это ловушка? Ей рассказали душещипательную историю о герое войны, и она поверила?

Фло остановилась у входа в гостиницу, хотя ее багаж уже прикатили, и один из кучеров принялся его увязывать на задке кареты.

— Почему их двое?

— Путь долгий. А я заплатила вдвойне, чтобы доставили быстро. Они будут спать по очереди, останавливаясь только для того, чтобы поменять лошадей.

— Что мне сказать графу, когда я приеду на место? Сослаться на вас? — Фло внимательно следила за реакцией графини. Энн поморщилась.

— Ради всего святого, только не упоминайте, что вас послала я. Вы меня не видели. Придумайте, что–нибудь сами, пока находитесь в пути. У вас будет время.

Графиня подтвердила сомнения Фло. Ей осталось лишь забраться в карету и настроиться на дальнюю дорогу. Может, и хорошо, что она уезжает из родного города, где от семьи осталось пепелище?

Глава 3

Флоренс не была опытной в интригах, но сразу поняла, что дело неладно. Графиня упомянула, что старается держаться подальше от законного супруга, а значит, тот может не захотеть впустить в свою жизнь ее протеже. Ведь если говорить без обиняков, Энн сбежала от мужа. Бросила раненного, когда граф больше всего нуждался в помощи близкого человека. А жене следовало настоять, проявить сострадание, доказать, что он важен даже в таком состоянии.

Фло вспомнила матушку и ее глаза, в которых до последнего светились любовь и благодарность.

Уже перед самой отправкой в путь, прибежавший из гостиницы портье вручил Флоренс корзинку.

— Что это? — спросила она, принимая тяжелый короб.

— Госпожа велела собрать в дорогу припасы.

Такая забота о постороннем человеке была неожиданной, что еще раз говорило о чувстве вины графини перед брошенным супругом. Она словно пыталась загладить свое отсутствие. Прошло всего четыре года с момента их знакомства на балу дебютанток, когда Энн жаждала выйти за него замуж, а ее сердце уже остыло.

«Неужели Рэймонд Ферфакс — монстр? Или в их браке не было любви?»

Жаль, что Фло совсем не помнила его.

Карета качнулась и принялась разворачиваться, чтобы объехать сквер и выбраться на широкий междугородний тракт. Флоренс придержала занавеску, желая в последний раз посмотреть на зеленые аллеи, где гуляла с мамой.

«Я не сходила на кладбище», — запоздало вспомнила Флоренс.

Она не успела погоревать по этому поводу. Ее взгляд привлек открытый черный автомобиль, в который садилась графиня Ферфакс. За рулем находился светловолосый мужчина, который тут же потянулся к своей пассажирке и поцеловал ее в губы. Совсем не как брат.

Фло замерла. Она не спускала глаз с парочки, пока автомобиль не скрылся за поворотом.

«Графиня не промах. Послала к любимому мужу сиделку, а сама нашла утешение в объятиях другого».

Дорога оказалась трудной. На стоянках, где ее провожатые меняли лошадей, она выходила из кареты, держась за спину. Тело ломило. Пусть ход экипажа был мягок, а сиденье раскладывалось для сна, постоянная тряска и монотонность дороги, по большей части идущей в объезд крупных городов, удручали. Поля, поля, маленькие селения, почтовые станции и снова поля. Приходилось приноравливаться, чтобы во время коротких остановок успеть сходить в туалет, кое–как умыться и поесть.

Корзины с припасами хватило на первые три дня. Деньги, выданные сестрой, тоже быстро улетучились, как бы Фло ни была бережлива. У ворот огромного особняка она стояла с кучей чемоданов и картонок, но без медяка в кармане и с единственным вариантом выжить в чужом краю — заставить графа принять ее на работу.