Драконье золото (СИ) - Эльденберт Марина - Страница 12

— Что вы имеете в виду под «одракониться»? — уточнил ректор.

— Реакции. Ощущения. Яркость восприятия. Эмоции.

— Хм, — произнес Адарен, глядя на меня. — Обычно это происходит уже после закрепления истинности, но, очевидно, для нашего дракона это дело решенное, поэтому на вас наша суть отразилась раньше.

— То есть драконом я не стану?

— Нет, — утешил меня ректор, — вы останетесь человеком, просто, как вы только что сами сказали, будете ярче чувствовать. Острее реагировать. Сильнее любить и ненавидеть.

— Хм, — теперь уже сказала я, а ректор взял меня под руку и кивнул на кресло.

— Я хотел поговорить с вами еще кое о чем, — произнес он, помогая мне сесть и занимая свое место напротив. — Поскольку наша с вами ситуация достаточно пикантная, мы должны как можно скорее выяснить, для кого из нас вы предназначены.

— Базиль сказал то же самое, — пробормотала я, пробежавшись взглядом по кабинету, по стеллажам и грамотам, наградам, которые Адарен Веррес не стеснялся демонстрировать.

— Не сомневаюсь, — сухо произнес дракон. — Но как вы сами на это смотрите, Айрис?

Что? Меня о чем-то спрашивают? Спрашивают моего мнения? Адарен Веррес? Серьезно?

— Что я сама об этом думаю? — переспросила я.

Сегодня не день, а просто шок на шоке и шоком погоняет.

— Вы вроде бы на все имеете свое мнение, — с непривычной для меня улыбкой, не имеющей никакого отношения к снисходительности, произнес Адарен. — И сейчас меня интересует именно ваше.

— Я бы хотела узнать вас получше, — сказала я.

— Меня?

Дракон подался вперед и, несмотря на то, что стол был достаточно большой, умудрился коснуться моих пальцев. От этого прикосновения проскочила уже знакомая обжигающая искра, она влетела в меня и принялась биться внутри, обжигая, будоража и провоцируя на странные мысли. Как например: если я так реагирую на простое прикосновение, что будет, когда Адарен Веррес меня поцелует?

Эта мысль стала последней каплей в калейдоскопе случившегося со мной за сегодня.

— Вас — в смысле ваших братьев и вас, все должно быть честно.

Всевышний, что я несу?

— И в целом… в целом, вот. — Я никогда не лезла за словом в карман, но сейчас поняла, что мне надо остановиться, тем более что Адарен снова хмурился, драконий взгляд на этот раз обжигал меня, а не мою тетю.

— Хорошо, Айрис, я вас понял, — произнес он и поднялся. — Попрошу, чтобы вас отвезли домой.

Да. Да, так будет отлично! Просто идеально.

Никогда еще я не бежала так быстро, как из ректорского кабинета со своим выданным мне старшим Верресом сопровождением. Но, наверное, это было и к лучшему.

Глава 15.

Возможно, я бы злилась на тетю Клэр или думала про слова Адарена про мое изменившееся мировосприятие, если бы мне было когда это делать. Время летело быстро, и завтра должен был состояться первый вступительный экзамен на знание райсванского. Первой частью шел диктант, во второй нужно было написать эссе на ту тему, которую задаст принимающий преподаватель.

Вертейд сдержал свое слово, и всю неделю готовил меня к экзаменам. В этом был огромный жирный плюс, потому что мы занимались в семейной библиотеке Верресов. Мало того, что там были тысячи книг, так еще никто меня не дергал, никто не мешал, как это было в тетином доме. Там, как только я начинала заниматься, сразу же находилась сотня дел: то к модистке съездить, то помочь тетушке с домовыми книгами, и все в том же ключе. Теперь я понимала, что никакая помощь тете Клэр никогда не была нужна. Стало ясно, как день, почему она все время противилась моему поступлению в Королевскую академию. Потому что уже решила мое будущее за меня. Страшно подумать, что могло случиться, если бы меня не похитил дракон!

В таком ракурсе братья Верресы выглядели меньшим из зол. По крайней мере, они все были младше лорда Норриса почти в три раза, не собирались тащить меня под венец и самое важное — помогали поступить в академию моей мечты. По крайней мере, Вертейд помогал, а остальные не мешали.

Впрочем, у меня совсем скоро появилась еще одна причина для волнения. После разговора с ректором стало сложнее, потому что я в самом деле стала гораздо острее на все реагировать. Теперь это касалось не только драконов: например, сегодня в пробном эссе я из-за невнимательности сделала несколько синтаксических ошибок и разрыдалась прямо при Верресе-младшем, который это эссе проверял.

— Я не поступлю! — расплакалась я, что было совершенно недостойно для леди.

Вертейд сначала растерялся, а затем вдруг пересел ко мне на диван и осторожно обнял, поглаживая по голове.

— Айрис, в эссе, конечно, учитываются синтаксические ошибки, но я уверен, что ты справишься. К тому же, учитывается насколько логично и красиво ты можешь излагать свои мысли. А у тебя с этим все прекрасно. Сразу видна твоя начитанность.

— Папа и мама любили книги, и я тоже, — всхлипнула я, вскидывая голову и встречаясь с его глазами цвета вишни.

— Это заметно, — улыбнулся он. — Ты пройдешь. Ты могла бы пройти даже на магинженерию.

— Правда? — растаяла я.

— Правда, — выдохнул он и губами коснулся моих волос.

Прикосновение было легким, словно перышко, но меня будто насквозь прошило молнией. Во рту пересохло от волнения, а сердце ухнуло вниз и забилось в ритме южных барабанов. Между нами было всего несколько дюймов, и я поняла, что этого брата мне тоже хочется поцеловать. Что, наверное, было неправильно. Все мое воспитание говорило о том, что, во-первых, именно джентльмен делает первый шаг, во-вторых, леди может нравится только один джентльмен. Никак не три дракона. Но меня тянуло сразу ко всем! По очереди.

Я тяжело задышала, когда Вертейд склонился надо мной. Его глаза потемнели еще сильнее, а губы почти коснулись моих, когда позади диванчика, на котором мы расположились, раздалось тактичное покашливание. Хотя в случае Базиля Вересса, скорее, бестактное.

— Я вам не помешал? — поинтересовался котодракон, положив руки на спинку дивана и опускаясь на уровень с нашими лицами. — А впрочем, даже если помешал… Верт, на пару слов. Айрис, не возражаешь?

Я не возражала: мое сердце до сих пор отплясывало дикий туземский танец, поэтому я замотала головой. Когда мужчины вышли, я положила ладони на щеки. По ощущениям, вся кровь прилила к моему лицу. А потом я услышала повышенные голоса через неплотно прикрытую дверь.

Случайно или нет, кто-то из братьев не закрыл ее до конца, и я ненамеренно стала свидетельницей их разговора.

— Нарушаешь нашу договоренность, братец! — рыкнул Базиль. — Согласился помогать нашему золотцу, а сам пытаешься урвать поцелуй?

— Даже если так? — не стал оправдываться Верт. — Я нравлюсь Айрис больше, чем вы.

— Кто тебе такое сказал? А впрочем… Если ты целуешь ее, значит, я тоже имею на это право.

— Что-то я не заметил, что она спешит тебя поцеловать!

Я оказалась возле дверей раньше, чем этот разговор свернул бы в ту сторону, о которой я предпочитала не знать. Толкнула ее и шагнула в коридор.

— А меня вы спросили? — поинтересовалась я у братьев. — Спросили, кого я хочу целовать? Перестаньте меня делить! Я вам не трофей, а живой человек! Благодарю, Верт, но теперь я буду готовиться сама. Сначала поступлю, а после поговорим.

Я прошла мимо потрясенного Вертейда и хитро ухмыляющегося Базиля с гордо поднятой головой. К счастью, это меня здорово отрезвило. И думала я теперь исключительно об экзаменах. Не о поцелуях.

Глава 16.

В день первого экзамена я нервничала так, как не нервничала ни разу в жизни. Все остальные причины для волнения отошли на второй план. Драконы, тетя, несостоявшийся жених… Все это смыло волной, оставляя лишь звенящее чувство паники в моей голове. Какой текст будет на диктанте, какую тему выберут для эссе? Это единственное, что действительно было важным.