Попаданец в Великана (СИ) - "Redborn" - Страница 49

— Борг.

Я посмотрел на четыре знака. Впервые я осознанно читал собственное имя на всеобщем.

— Повтори десять раз.

— Мейр, я не тупой, понял с первого.

— Тогда приступай к написанию, умник. — сложил руки на груди целитель.

На шестой попытке последний знак снова съехал в сторону. Мейр ткнул в него пальцем и заставил переделать всю строку. У целителя обнаружилась неприятная привычка замечать ошибки, которые можно было бы великодушно пропустить.

Когда с именем было закончено, он раскрыл какую-то книгу и положил рядом. Теперь среди плотных строк я увидел несколько знакомых знаков. Смысла они не давали, но текст впервые перестал выглядеть сплошным узором.

— Завтра выучишь ещё четыре, — сказал Мейр. — у тебя отлично получается и если продолжишь в том же духе, то через неделю начнёшь складывать короткие слова.

— Когда перейдём к магии?

Он забрал у меня дощечку.

— Магия это лишь еще один язык, только гораздо, гораздо сложнее.

— Ну не знаю, я тут думал и пришел к выводу, что можно колдовать и без этого магического языка, достаточно воли и того, что есть энергия.

Мейр посмотрел на меня как на последнего идиота.

— И что ты уже умудрился наколдовать?

— Да много. — уклончиво ответил я. Не рассказывать же ему про багровое пламя? Я до сих пор считал, что это заклинание было уникальным для расы великанов. И столь же перспективным, как и опасным.

— Могу вот светляк наколдовать без структуры. — я действительно отработал создание этого заклинания без какой-либо структуры, лишь на силе воли.

— А ну показывай. — Мейр с каким-то не характерным для него возбуждением впился в меня взглядом. Я лишь пожал плечами, вывел через тело энергию и усилием воли создал светляк. Концентрации такое заклинание пожирало на порядок больше, чем с использованием структуры, зато затраты энергии были минимум раза в два меньше.

— Поразительно. — прошептал Мейр. — Такая сильная воля у неуча.

— Э, попрошу не обзываться.

— Повтори, повтори это еще. — целитель с нетерпением посмотрел на меня.

— Ну…ладно.

Мейр успокоился только после седьмой демонстрации.

— Это просто немыслимо. — мужчина ходил по комнате. — Твоя воля сейчас на уровне мастера, не меньше! Но как?

— Да мне то откуда знать, я таким уродился. — на самом деле у меня была теория, но озвучивать я ее не собирался.

Наконец успокоившись, Мейр опять сел за стол.

— Это конечно крайне полезно для тебя как мага, но на этом ты далеко не пойдешь. — целитель отпил из кружки отвар. — Воля — это один из трех столпов магии, но без знания структур ты не сможешь творить ничего, сложнее простейших заклятий. Даже магистры пользуются структурами, прибегая к чистой Воле лишь в бою, для создания простых атакующих заклятий.

— Но почему?

— Да потому что ты можешь угробить себя, если Воля не сможет удержать заклинание. — Мейр всплеснул руками. — Структура нужна для того, чтобы более безопасно и надежно творить магию. Если заклинание сорвется, то оно прежде всего ударит по структуре и только потом по магу. А если структуры нет…

— То весь удар примет маг. — закончил я мысль.

— Верно, именно поэтому используют структуры. Сложность заклинаний растет нелинейно и чистой воли разумного просто не хватит для создания сложных заклинаний, тебя просто выжжет изнутри при создании чего-то серьезного. В довесок к этому структуры требуют меньше концентрации и более просты в освоении, чем Воля.

— Получается без магического алфавита и структур нельзя колдовать?

— Категорически. Я вообще удивлен, что ты до сих пор жив с таким подходом к магии.

— Просто не пытался создать что-то сложнее светлячка или левитации. — я пожал плечами.

Мейр на это лишь покачал головой.

— Никакой магии, кроме вашей великаньей ярости, понял? Так и быть, я научу тебя основам, а то не дай Боги придется отскабливать от твоих останков двор.

— Спасибо, Мейр! — я даже поднялся, согнувшись в три погибели, чтобы сердечно поблагодарить доброго мага.

— Цену уроков обсудим отдельно. — благодарить тут же расхотелось и я сделал вид, что встал размять колени.

На этом урок закончился. Я забрал учебную книжку, пергамент с алфавитом и дощечку. Возле навеса Игор уже спал, повернувшись к стене. Его медный знак лежал рядом на земле, хотя Лотар велел носить его постоянно.

Я поднял пластину и положил на сложенную одежду брата. Потом сел у колеса, раскрыл книгу на первой странице и начал искать четыре знакомых знака среди чужих строк.

Рон был доволен своей новой жизнью. Дом достался им небольшой, с двумя комнатами, низким чердаком и двором, в котором едва помещалась телега. Однако после прежней полуземлянки возле Северного Щита он казался роскошным. Крыша не текла. Печь не дымила. У двери имелся настоящий железный замок, а на чердаке лежал мешок монет, которого хватило бы на несколько лет спокойной жизни. Отец всё равно устроился в тележную мастерскую. Сидеть без дела он не умел, а хозяину требовался человек, способный править обода и менять оси. Сестра помогала в швейной лавке: пока только разматывала нити, подшивала мешки и училась работать с плотной тканью. После болезни она быстро уставала, но каждый вечер возвращалась довольная и обязательно клала заработанные медяки отдельно от денег Борга.

Сам Рон несколько дней разгружал баржи, а затем нашёл хозяина, которому требовался сторож, который бы ставил ловушки на грызунов, что обитали на складе зерна. Работа была обычной. Впервые за несколько месяцев он находился в безопасности, не вздрагивал от каждого шороха кустов, ожидая нападения эльфов или опасных хищников. Все это омрачалось лишь появлением злосчастного великана, который опять начал втягивать Рона в свои дела. Благо теперь это все в прошлом.

За ужином отец рассказывал про телегу, которую хозяин пытался починить ремнями вместо нового обода. Сестра смеялась, резала хлеб и спорила, что в Райсе можно найти торговца ещё жаднее. Рон слушал вполуха. Через щель между ставнями была видна пивная и часть улицы. Там уже который день сидел один и тот же человек, иногда сменяемый женщиной, торговавшей яблоками. Кружка перед ним оставалась полной, как и всегда.

— Ты опять не ешь, — сказала сестра.

Рон взял кусок хлеба и откусил. Она некоторое время смотрела на него, потом вернулась к разговору с отцом. Болезнь отступила, но худоба ещё не ушла полностью. Кожа больше не была серой, руки не дрожали. Каждый раз, когда Рон видел её за столом, он вспоминал маленький эльфийский пузырёк и огромную серую ладонь, передавшую его.

Великаны обосновались в Райсе. Об этом уже шептались в порту. Двух свободных Краав’гар провели через грузовые ворота под знаком «Чёрной ладони». Рон не сомневался, кто именно теперь сидел в наёмничьем дворе и съедал половину их запасов. Если наблюдали за домом из-за Борга, значит кто-то уже знает об их связи. Другого варианта Рон просто не видел. Это могли быть грабители, которые прознали про деньги, но Рону как-то слабо в это верилось. Уж очень долго они наблюдали за домом, да и моментов, когда можно было выкрасть имущество, было предостаточно.

Когда отец поднялся на чердак, а сестра начала убирать посуду, Рон закрыл ставни и проверил засов на двери.

— Ты можешь написать адрес? — спросил он.

Сестра поставила миску обратно.

— Чей?

— Наш. И ещё несколько слов.

Мари удивилась, но достала из сундука обрывок бумаги, который использовала для записей в лавке. Чернила пришлось разводить водой. Рон продиктовал коротко: имя, улицу возле старой красильни и просьбу зайти, когда будет возможно.

— Кому это? — сестра явно была удивлена таким содержимым письма.

— Одному…человеку.

Мари посмотрела на брата внимательнее.