Имя нам Легион. Том 34 (СИ) - Лисицин Евгений - Страница 43

Традиционно лидерами в этой отрасли являлись западные страны, в первую очередь США. Раньше на операции маленьким детям собирали миллионы рублей и отправляли их за границу. Развивая медицину в Российской империи, я убивал двух зайцев одной стрелой — оздоровлял нацию и переводил денежные потоки в нашу экономику.

Лечебные зелья не могли полностью закрыть задачу: по сути, они являлись продвинутыми регенераторами. Они сращивали кости и заживляли любые повреждения, не трогая многочисленные болезни. Вот ими и займёмся!

Поблагодарив Нууру за помощь, я переключился на чтение очередного доклада Андрея. В научном крыле корпорации «Легион» существовали разные отделы. Основным, несомненно, являлся возглавляемый Шмелёвым-старшим космический отдел, где занимались разработкой и строительством кораблей и колоний.

Его гениальный внук со временем позабыл о стремлении к звёздам и полностью переключился на роботов. Всё благодаря Идеалу Кате, очередной осознавшей себя цифровой личности, в которую он без памяти влюбился. Рокси дала Игнату пару уроков, и теперь он неплохо продвинулся в конструировании механических тел. Учёный пытался создать идеальную оболочку своей любимой, но пока у него прекрасно получались дроны.

Медицинский отдел возглавлял незнакомый мне учёный Антон Николаевич Ипатьев. Я сразу назначил с ним встречу на территории научного городка, по пути ознакомляясь с достигнутыми им успехами. Хм, не понял, что ещё за проект «супермен»?

Чтение бесконечных отчётов заняло остаток пути. Ипатьев обладал большими амбициями: он пытался создать суперсолдата. Он должен был стать чем-то вроде твари Роя в человеческом обличье — очень сильным, быстрым, со встроенной регенерацией, обострённой реакцией и титановым скелетом.

По опыту использования различных оболочек Легиона я сразу мог сказать, что это тупиковый путь. Продвинутым телам требовалось усиленное питание — помню постоянный голод во время использования скоростного универсала. Даже разработанный крысолюдами прибор не помог до конца, и вдобавок у меня тогда начались проблемы с восприятием. А модифицировать человеческие тела за такой короткий срок вообще звучало безумием…

— Вот как раз объяснишь им это! — высказался Андрей непривычно серьёзным тоном. — У меня связаны руки: не могу разобраться с фанатиками. Варя ознакомилась с их исследованиями и выделила запрошенный бюджет!

— Ну, сумма не выглядит раздутой. — Перед глазами тут же возник финансовый отчёт. Почти все средства уходили на закупку дорогостоящего оборудования, артефактов и алхимических ингредиентов. — Погоди, они используют магию?

— Артефакторику! В группе Ипатьева нет одарённых, поэтому они выкручиваются доступными средствами. И поскольку у нас эта область совсем не развита, мы неплохо обогатили китайцев! Они очень сильны в традиционной магии.

— Посмотрим, может, мы стоим на пороге биологической революции. В науке вообще нет бесполезных исследований; история знает много примеров, когда случайное открытие изменяло человечество. Взять, к примеру, микроволновки…

— Я высокоранговый ИИ и прекрасно знаю эту историю! — возмутился Андрей, непонятно из-за чего. — Нечего пичкать меня своими байками!

Пожав плечами, я попрощался с Нуурой долгим поцелуем и пересел в подъехавший миникар. В фильмах такие машинки возят скучающих миллиардеров по гольф-полям; мы же использовали их для быстрой переброски персонала. Юркие электрокары на бешеной скорости проносились по разросшемуся научному городку. Управление ИИ полностью исключало возможные аварии и неплохо экономило время.

Возглавляемый Шмелёвым комплекс и не думал сбавлять обороты: научный город постоянно рос вглубь и вширь, обзаводясь всё новыми кварталами и целыми подземными уровнями. Медики выбрали в качестве своей обители скромную башенку в складской зоне — видимо, не хотели привлекать внимание криками подопытных.

Всего команда Ипатьева состояла из шести стариков, причём никто из них не согласился на установку киберимплантов или протезов. Они твёрдо верили в возможность улучшения человеческих тел и отвергали бездушное железо.

Моё появление сильно встревожило учёных мужей: раньше нам не доводилось общаться, и наверняка обо мне ходили разные слухи. Вездесущий Андрей тут же внёс важное дополнение — они думали, что я собираюсь закрыть их из-за финансовой неэффективности, и теперь лихорадочно пытались придумать способ спасти свои исследования.

— Приветствую, господин! — Ипатьев вышел вперёд и поклонился мне, придерживая живот рукой. — Чем обязаны такой чести?

— Да вот, пришла мне в голову одна идея. Хочу исцелить весь мир, желательно быстро и не очень затратно. — Я специально сделал слегка безумное заявление, сохраняя серьёзное лицо. Хотел проверить реакцию и составить собственное мнение об учёных.

Для стариков они, кстати, выглядели очень неплохо. У всех густые седые шевелюры, лица гладко выбриты, осанка прямая, даже морщины неглубокие. Я бы дал им лет на двадцать меньше, чем им было на самом деле; похоже, некоторые исследования не прошли даром.

— Э-э-э… боюсь, не совсем понимаю, причём здесь мы, — растерялся Ипатьев. — Сейчас наша команда изучает возможности регенерации тканей: мы пытаемся воспроизвести эффект так называемых лечебных зелий в самом организме. Это позволит хорошо экономить на их производстве и логистике…

— Не пускайте мне пыль в глаза: вы работаете над созданием суперсолдата и хорошо продвинулись в изучении биологии. Может, у вас есть наработки, которые можно использовать в качестве лекарств? — Мой вопрос вызвал многочисленные вздохи облегчения. У стариков загорелись глаза, кто-то не выдержал и потёр руки. Хороший знак.

— Да, господин, прошу за мной! — Меня наконец перестали держать у входа и пригласили подняться по лестнице. — Осторожно, верхняя ступенька выше остальных!

— Странно, — нахмурился я. — Здания должны строить по одному стандарту. Почему не сообщили строителям?

— У них сильная перегрузка: в рамках оптимизации все второстепенные проекты поставлены на паузу. — Ипатьев пожал плечами и заговорил извиняющимся тоном: — Да мы и сами виноваты, господин! Игнатов случайно уронил банку с кислотой, и она разъела лестницу.

Подобное признание заслуживало похвалы, однако сам инцидент показался мне странным. Почему они таскали реактивы через главный вход? Все лаборатории должны быть оборудованы грузовыми воротами и специальными тележками.

Изрядно смущённый Ипатьев проводил меня на склад, и я увидел причину собственными глазами — там царил настоящий бардак! Это был не рабочий хаос, обычно присущий гениальным учёным или творцам, а весьма запущенная свалка! Везде вскрытые контейнеры, из которых вытащили максимум треть содержимого. На полу валялись пустые бутылки, осколки стекла, разломанные держатели и хрен знает что ещё.

— Прошу прощения, господин! — Старик мгновенно сориентировался, отвешивая новый поклон. Раньше он тоже преподавал в какой-то крутой академии и сейчас включил позабытые навыки общения с начальством. — Мы всё уберём!

— Сами? — нахмурился я ещё сильнее, ввергнув его в ступор. — Почему не используете выделенных роботов?

— Да мы как-то не привыкли, господин, — замешкался Ипатьев и оттого выдал правду. — И не доверяем мы железкам! Лучше уж сами…

— Сами превратили всё в помойку? — спросил я, приподняв бровь. — Вы ведь умные люди, не зря работаете учёными. Думаете, так должна выглядеть лаборатория?

— Лаборатория у нас двумя этажами выше, а тут складская зона! — обиделся старик. — Прошу за мной, сами всё увидите!

Рабочее место медиков и впрямь казалось нормальным. Многочисленные склянки сверкали от скрипучей чистоты; на столах не было пыли и крошек, а на рабочих стендах были развешаны подписанные артефакты. Моё внимание привлекли колбы с подозрительным содержимым, больно напоминавшим человеческую плоть.

— Проводим эксперименты с искусственной кожей! Она обладает впечатляющими регенерирующими свойствами и должна приживаться к любому человеку! — подтвердил мои опасения Ипатьев. — Скоро перейдём к испытаниям на людях! Не переживайте об этике, я лично вызываюсь добровольцем!