Имя нам Легион. Том 34 (СИ) - Лисицин Евгений - Страница 4

Несмотря на раннее утро, солнце уже вовсю припекало. Денёк обещал быть крайне жарким. Синоптики обещали до сорока пяти градусов, и Медведев успел отправить на принудительный выходной практически всех госслужащих. Частники получили настоятельную рекомендацию поступить так же, и многие подчинились. Ну а те, кто не захотел, в ближайшее время получат внеплановые проверки.

Обо всём этом нам поведал Ростислав по пути в закрытый сад. Главе Тайной Канцелярии не нравилось заниматься такими приземлёнными вещами, о чём он не забывал жаловаться всю дорогу! Понимающе улыбающаяся Варя активно сопереживала ему, умело распаляя возмущение. К своему брату он подошёл взвинченный до безобразия.

— Александр! — гаркнул он охреневшему от подобного императору. — Я пашу на тебя больше двадцати лет и требую уважения! У тебя куча помощников, вот их и отправь кошмарить мелкий бизнес! А у меня душа требует романтики! Неужели у нас в стране кончились заговорщики?

— Наверняка остались. Жаль, мы не знаем, где они прячутся. — Отец Вари легко справился с изумлением и сохранил завидное спокойствие. Вообще не совсем типичное для него поведение: обычно всё вокруг дрожит, по стенам идут трещины, посуда разбивается. Наверное, выпил хороший чай… — Мои помощники не такие страшные. Ты должен не искать нарушения, а внушить простую мысль — нужно отправить людей по домам. Мне только резкого повышения смертности и нагрузки на больницы не хватало!

— Тю, тоже мне — проблема! Я пошлю кого-нибудь угрюмого, например Васю, от его кирпичной морды все сразу разбегутся. — Ростислав занял свободное место около брата и придвинул к себе корзинку со сладостями. — Та-а-а-ак, что тут у нас? Неужели это обычное печенье? А где магические звери⁈

— В поставках случилась пауза, — усмехнулся Медведев, с иронией посмотрев на меня. — Приветствую, рад вас видеть. Присаживайтесь, угощайтесь, пока Ростислав всё не съел.

Варя подошла к отцу и обняла его, что-то нашёптывая на ухо. В этот раз он всё же потерял самообладание. Уставившись на дочь с непередаваемой нежностью, он крепко обнял её, поглаживая по спине.

— Молодец, горжусь тобой. Вами обоими, — исправился он со счастливой улыбкой на лице. — Рад, что ты изменил своё мнение о наследниках, Игорь.

— Скажем так, теперь я гораздо выше оцениваю наши шансы на победу. — Заняв место напротив Медведева и приняв поздравления Ростислава, налил нам с Варей чай и попробовал из вежливости. — Очень интересный вкус, из Китая?

— Нет, это мой личный. Растёт вон в том углу, со специальными удобрениями. — Ответ Медведева вызвал удивление. Я вообще не мог представить его в роли садовода-любителя. Впрочем, у всех свои хобби.

— Это точно! — живо согласился со мной Андрей. — Ты вон девиц разных собираешь, ни одной похожей пока не нашлось! Хотя Диана и Элеонор обе британки и блондинки, значит, остаться должна лишь одна! Или ты считаешь Герцогиню шотландкой?

Не обращая внимания на ехидного ИИ, снова похвалил лично выращенный императором чай. Между нами четырьмя потекла неспешная беседа о всяких мелочах, и мы зачем-то делали вид, словно не собрались тут по важному делу. Я, блин, сдёрнул шаттл и прилетел сюда ради второго завтрака в Москве.

Первым не выдержал Медведев. Несмотря на огромный политический опыт, он по-прежнему был довольно нетерпелив. В этом плане Варя пошла не в него: ей достались мудрость и выдержка покойной матери.

— Игорь, по поводу той базы на Камчатке… ты не мог бы объяснить, почему она до сих пор существует и функционирует? — Потяжелевший взгляд и грозный тон императора не предвещали мне ничего хорошего. Будь я более впечатлительным и без опыта жизни сразу с девятью жёнами, я бы непременно напрягся. А так спокойно поставил опустевшую чашку на блюдце и помедлил с ответом… — Тебе нечего сказать?

— Нет, просто не люблю повторяться. Вчера я уже назвал причину — те бриты больше не опасны. Наблюдая за вражескими шпионами, мы получим больше выгоды, чем от расстрела кучки солдат.

— Я бы не назвал их безопасными, — вставил Ростислав. — Именно с помощью этой базы устроили восстание на Камчатке! А ты хочешь оставить им плацдарм!

— Верно. Слежка позволит нам легко предотвратить повторение сценария, и мы заранее поймаем вражеских агентов, сорвав Эдуарду важную операцию. Разве это не прекрасно? — Судя по кислым лицам, Медведевы не разделяли мою точку зрения.

— Можешь хотя бы сообщить координаты? — предложил глава Тайной Канцелярии с нотками кровожадности. — Мы тоже установим своё наблюдение.

— Они находятся на моей территории, и я бы предпочёл сам разобраться с проблемой. — Спокойно пережив молчаливое недовольство Медведевых (сразу стало заметно семейное сходство), я сменил тему: — Это причина, по которой вы позвали нас на личный разговор?

Император сделал небольшую паузу, украдкой посмотрев на залипающую в телефоне дочь. Варя держала экран немного повёрнутым в сторону, и отец прекрасно увидел интерес дочери к ползункам, детским пижамам и прочей миниатюрной одежде по цене взрослой (а то и дороже, грабёж, блин!).

— Я хотел обсудить Эдуарда и ситуацию в целом. С каждым днём нам всё сложнее убеждать население, что всё в порядке. Твои игры и покорение космоса пока неплохо работают в качестве отвлекающего фактора, но скоро их не хватит.

— Согласен: люди не идиоты — они начнут задавать вопросы. И у меня есть отличное предложение, которое позволит успокоить народ. Нужно повысить всем уровень жизни! — Насладившись произведённым эффектом, пожертвовал нанороботами, создавая объёмную иллюзию. Над столом появилась карта Российской империи. — Мы живём в самом большом государстве на планете. Управлять такими территориями нелегко, бюрократия одновременно облегчает и усложняет жизнь.

— Прошу прощения… Игорь, ты правда рассказываешь мне, насколько тяжело быть императором? — хохотнул Медведев, разрядив обстановку.

— Скорее, делаю эффектную подводку и демонстрирую понимание ситуации. Давай приведу пример. Вот у нас есть абсолютно случайно выбранный город… допустим, Волгоград. Там находится крупный трубопрокатный завод; заказчики разбросаны по всей империи. Предприятие важное и полезное — никто не спорит. Однако есть одно «но» — в число крупнейших клиентов входит Ростов, где есть точно такой же завод! Вместо самообеспечения они посылают собственную продукцию в Казань. Стоит ли мне говорить, что и там есть похожий завод? — ненадолго прервался, переведя дыхание и выпив чаю. Император внимательно слушал мою лекцию касательно перемещения труб по всей России, пока скучающий Ростислав опустошал корзинку. — Казань, кстати, отправляет разные детали в Челябинск. Точнее, отправляла: недавно Хромов разорвал порочный круг и перешёл на самообеспечение. А то это какой-то позор для промышленно развитого города…

— Суть я понял, выглядит и впрямь странно, — согласился император. — Я лучше знаком с ситуацией: всё дело в политике. Князь казанский сильно зависит от ростовского, а тот в свою очередь от волгоградского.

— Абсолютно верное замечание! — Я закивал с таким энтузиазмом, что Медведев заподозрил издёвку. — Корень неэффективности нашей экономики находится в аристократах. Они принимают решения с точки зрения политики, а не выгоды. Князю Ростова нет дела до теряемых денег, он платит дань Волгограду за покровительство. И таких примеров тысячи по всей стране!

— Игорь, неужели ты предлагаешь избавиться от аристократов? — Грозно нахмурился император, и чашки наконец задрожали. — Неужели ты демократ?

— Ни в коем случае! — поспешил успокоить тестя. — Мы должны оптимизировать всю систему. Одно лишь исправление логистики позволит увеличить ВВП страны на девятнадцать процентов. Благосостояние городов увеличится, казна получит больше налогов, и все счастливы… кроме аристократов, чьи интересы мы заденем.

И вот тут я попал точно в цель. Медведев отчаянно нуждался в деньгах: слишком много было глобальных проектов, не говоря о возросших расходах на оборону. Плюс европейцы почти перестали покупать наши товары, тем самым обрубив довольно крупный финансовый поток. Переориентирование на восток — процесс долгий и далеко не безболезненный. Некоторые дороги находились в ужасном состоянии, не говоря об огромных расстояниях. А наполнить бюджет требовалось прямо сейчас.