"Пожиратель солнца". Компиляция. Книги 1-7 (СИ) - Руоккио Кристофер - Страница 550

– Лорд Марло? – окликнул меня пехотинец, последний в группе.

Я сообразил, что все еще стою на коллайдере. Мой взгляд задержался на убегавшей за горизонт серебристой веренице этих устройств. Адронные коллайдеры опоясывали всю планету, и, если захотеть, можно было пройти вдоль них по экватору и вернуться к заводу с другой стороны. Единая непрерывная дорога-кольцо.

– Лорд Марло? – повторил гоплит.

Предвкушая драку, я спустился за ним по лестнице.

Солдаты группами по трое – триадами – перемещались из укрытия в укрытие. Мы быстро прошли по оборонительной стене снаружи гигантского машинного комплекса. Почти минуту в моей личной вселенной звучал лишь топот каблуков, вибрирующий от подошв вверх по бронированному комбинезону.

– Вижу цель, – раздался голос по рации. – Слева.

На крыше ближайшего здания стояла темная рогатая фигура – спустившаяся из заоблачных высей инопланетная горгулья. Она не замечала нас, и я подумал, не уснул ли на посту этот нелюдь-часовой.

Впереди гоплит поднял копье. Лазер вспыхнул и выжег в горгулье дыру. Ни звука. Ни крика. Рогатая фигура пошатнулась и упала.

– Еще двое, – предупредил другой солдат.

– Точно в яблочко, один-три!

– Всех сняли, – снова произнес первый.

– Похоже, нас не ждали. Охраны маловато!

«А зачем она им?» – подумал я.

Сьельсины полагались на дистанционные сенсоры и считали, что мы в лоб атакуем их флотилию, заблокировавшую орбиту. Они не предвидели высадки десанта – на это был наш расчет, и в этом было наше преимущество.

Перед нами замаячил основной заводской корпус, где свежую антиматерию извлекали из коллайдера и перегоняли по магнитным спиралям во внешние хранилища. Там же находился центр управления – наша главная цель. Если получится остановить коллайдер и очистить цех от нестабильной субстанции, прибывшие с подкреплением корабли смогут атаковать без ограничений.

В одиночку нам не справиться.

На стене справа открылся люк, откуда появилась фигура в темном шишковатом доспехе. Восьмифутовому ксенобиту пришлось нагнуться, чтобы поместиться в проем. На первый взгляд его можно было принять за человека. Две руки, две ноги, стройный торс. Рога казались украшением шлема. Но я слишком хорошо, до мельчайших особенностей, изучил сьельсинов и знал, какой необъяснимый ужас они внушают любому, кто засмотрится на них. Чересчур длинные руки этих созданий оканчивались когтистыми кистями с многочисленными корявыми пальцами. Ноги были кривыми и узловатыми, туловище – необычайно тонким и коротким. Рогатый венец являлся вовсе не частью шлема, а естественным продолжением головы неземной твари.

Ксенобит не ожидал нашего визита, и его закрытое белой маской лицо удивленно вздрогнуло, когда он нас заметил. Круглые черные линзы расширились. Молниеносно мелькнула рука Бандита, и миг спустя существо согнулось, поливая пол чернильной слизью из перерезанного горла. Бандит перескочил через тело, на ходу выдернув из шеи тонкий метательный кинжал.

Не замедляясь, Карим просигналил двум триадам, чтобы те вошли в открытый шлюз и посмотрели, откуда там взялся ксенобит.

– Проверьте, не осталось ли еще кого-нибудь, – сухо, без эмоций скомандовал он.

Отправляясь на Эйкану, мы тщательно изучили план завода «Ямато», и в моем шлеме сбоку отображалась его трехмерная проекция.

– Адр, не нравится мне это, – поделился мыслями Паллино по закрытому каналу, чтобы не взбудоражить солдат. – Слишком, черт побери, тихо.

– Скоро станет громко. Вход недалеко.

Не успел я договорить, как Бандит уже добрался до нужной двери – массивного квадратного стального блока. Примыкавшие к адронному коллайдеру заводские помещения содержались в абсолютном вакууме, чтобы лучше изолировать антиматерию на случай утечки. Дополнительная, пусть и бессмысленная, пожалуй, мера безопасности. Наш техник нагнулся над панелью управления и легко оторвал ее от стены. Вытянув из своего наручного терминала тонкий провод, он сунул его в образовавшуюся дыру.

– Откроешь? – спросил Бандит.

– Не вопрос, сэр, – ответил техник и нахмурился, – но как только это случится, они узнают. Постараюсь заблокировать сигнал тревоги.

– Лучше вернуться к шлюзу, откуда тот жмурик вылез, – предложил Паллино, кивнув в направлении оставшегося на платформе трупа.

– Не годится, – сказал я, на всякий случай сверившись с картой. – Заблудимся среди коллекторов. Нужно подняться в центр управления и перекрыть все входы и выходы.

– Тьфу ты! – выругался техник. – Не получится открыть эту дверь без срабатывания сигнализации.

– А просто отключить датчики нельзя? – спросил Бандит. – Дверь прорежем.

– Они заметят повышение температуры, – ответил специалист.

– Не заметят, если будем резать вот этим, – сказал я, расталкивая солдат, и, щелкнув магнитной застежкой на правом бедре, взялся за кожаную рукоять джаддианского меча. – Посторонитесь.

– Готово, милорд, – сообщил техник, подчиняясь.

Я нажал на двойной активатор, и клинок из высшей материи вспыхнул лучом лунного света на планете, где никогда не было луны. Экзотический предмет переливался, словно ртуть, сверкая искрами жидкого хрусталя. Меч отбрасывал призрачные блики на платформу и металлическую стену возле нас. Я так давно не бывал на полях сражений, что забыл то напряжение, то ощущение натянутой струны, которое всегда испытывал. Но сейчас я вновь чувствовал себя тридцатилетним юношей, а не трехсоттридцатилетним мужчиной.

Осторожно левой рукой я нащупал переключатель энергетического щита и приготовился. Кончик меча пронзил дверь. Металл подался легко. Тончайшее лезвие рассекало молекулы, и очень быстро мне удалось прорезать в стали кривое отверстие. Не отключая гудящего клинка, я отошел, уступив место Бандиту и двум легионерам. Они налегли на дверь, и та упала с глухим ударом, который невозможно было услышать – лишь уловить вибрации стопами.

Первым вошел Бандит, в одной руке сжимая окровавленный кинжал, а другой держась за навершие керамического меча на поясе. Он крался как леопард, втянув голову и бесшумно ступая. За ним четко, словно шахматные фигуры, двинулись солдаты. Они поводили короткими копьями, готовые стрелять при появлении врага. Но сигнализация не сработала, и никто не выскочил нам навстречу.

– Как-то чересчур легко, – засомневался Паллино.

Взглядом показав, что ему лучше помолчать, я переступил порог вслед за гоплитами. Легионеры позади меня несли факелы, и моя тень вытянулась по полу далеко вперед.

Стоило мне войти в зал, как я увидел на стене отблеск света.

– Контакт! Контакт! – раздались возгласы.

Из бокового коридора вывалился гоплит. Задрав копье, он боролся с серебристым змееподобным аппаратом, обвившим его предплечье.

– Нахуте! – воскликнул я, бросаясь на помощь.

Отчаянные крики солдата по рации заглушали остальных. Дрон пришельцев крепко вцепился в него и сжимался все сильнее. Летучий змей надавил на локоть, и кость переломилась. Гоплит, истошно воя, рухнул на пол.

– Держись! – приказал я, пытаясь вправить его руку.

Он, кажется, не услышал и продолжал вопить. Змееподобный дрон нахуте переключился на мое запястье. Я поднял меч и разрубил смертоносную машину надвое. Останки упали на пол и затихли.

– Встать можешь? – спросил я раненого, наклонившись к нему, но не дождался ответа.

Еще два серебристых дрона вылетели из темного коридора, скрипя зубами-дрелями. Один пронесся надо мной, другой, слишком нетерпеливо возжелавший отведать моей крови, отскочил от щита. Я рассек его мечом и встал наготове, всматриваясь вглубь коридора.

Из сумрака явилось невыразительное бледное лицо с острым подбородком и громадными черными глазами. Рога. Когти. Грозный белый меч. Сьельсин-берсерк бросился на меня; его вытянутое тело как будто воплотилось из сгустка темноты. Я понял, кто метал в нас дронов-змей, и ринулся навстречу, надеясь, что враг не подал сигнала тревоги. Белый меч мелькнул над моей головой, рубанув по стальному косяку, когда я уклонился. Вероятно, этот сьельсин прежде не видел высшей материи и не осознавал ее опасности. Остановить такой клинок могли лишь длинноцепочечный углерод и адамант, из которого изготавливали космические корабли, – и, разумеется, сама высшая материя. Прорезиненные полимеры сьельсинского скафандра не были помехой.